Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 58)

— Так парни, — Винчестер деловито отодвинул нас поближе к борту буханки, чтобы избежать возможного попадания стрел или шаров, — вы следуйте за Рагатом, и делайте, что он говорит. Позже встретимся, я вас найду.

— Ты это о чём? — не понял я.

— Палыч, не тупи, — сосредоточенно сказал Игорь. — Нат ты вытащил, молорик. А как она без медальона будет, об этом подумал?

— Подумал. Никак. Но что-нибудь придумаем.

— Ни хрена мы не придумаем, — Гарик выразительно на меня посмотрел. — Вы когда рванули Нат спасать, я эту торговку тряхнул как следует, так что знаю, у кого медальон искать. Поэтому давайте вы с Конем, а я в Раухаш за побрякушкой.

— Ты с ума сошел?! — воскликнул я.

— Долбанулся, что ли? — вторил Бабах.

— Не очкуйте! Я знаю, что делаю! — ухмыльнулся Гарик, перехватив автомат двумя руками.

— Подожди, постой, — начал я, для верности схватив Мезенцева за разгрузочный жилет.

Мысли судорожно забегали в голове, пытаясь выстроить логическую цепочку, но ничего не выходило. Я злобно зарычал и несколько раз хлопнул себя ладошкой по щеке, будто это могло заставить голову работать еще лучше.

— Псих! — воскликнул Вишняков.

Я лишь раздосадовано пискнул. Как же сейчас не хватало подсказок от медальона. Треклятая железка просто болталась на груди, не подавая признаков активности. Мы оказались полностью на незнакомой территории. Раухаш толком не изучили. Карту, предоставленную шаманкой, разобрали только вдоль начерченного маршрута. Отбиваться от клана нельзя, потому что мы понятия не имели, какие именно маневры задумал Пасид. Вдобавок ко всему Мезенцев решил изобразить из себя героя-одиночку. Всё это попахивало быстрым и очень трагичным концом нашего «приключения».

— Тохан, не паникуй, — сказал Гарик. — Мы же странники. Странники неприкосновенны!

— Ага! Бабах только что чуть по ногам не получил!

— Так это случайность, они же почти не глядя лупят. Прицельно никто в странника выстрелить не рискнет.

— Но мы-то по ним палим!

— Нам можно! — нагло заявил Бабах.

— Да помолчите вы оба! — я огрызнулся, пытаясь понять, как лучше поступить.

— Палыч, вон шаманка твоя что-то сказать хочет! — Гарик показал мне за спину.

Я быстро повернул голову и ничего не заметил. Зато почувствовал, как быстро Гарик вырвал разгрузку из зажатой пятерни. Не сразу сообразив, что именно он задумал, я еще пару секунд пытался высмотреть Разин между трогающихся транспортов, пока наконец-то не понял, что меня облапошили.

— Мезенцев, сука! — я невольно выругался, быстро развернувшись, но увидел лишь спину друга, быстро скрывшуюся между машинами.

— Бабах, мать твою, ты чего его не задержал?! — выкрикнул я, собираясь броситься следом.

— А чего его держать? Это же Мезенцев! Он если что-то придумал, хрен его переубедишь!

— Володя, это не игра! — закричал я, будучи больше не в состоянии терпеть легкомысленный тон. — Это всё по-настоящему! Если прилетит шаром или рубанут мачете, то всё! Ничего не поможет, ты это понимаешь?!

— Конечно! — Вовка обиженно надул губы.

— Тогда за ним!

Я рванул вдоль оранжевого борта Боливара, когда послышалось стремительно приближающееся шипение, а в следующую секунду раздался оглушающий грохот взрыва.

Ударная волна пронеслась между рядами грузовиков, взметнув облака пыли. Вместе с ней открытые участки тела обожгло горячим ветром. Я сбился с шага и плюхнулся на асфальт, прикрыв голову руками. Со звоном и грохотом по крыше буханки застучали мелкие осколки.

— Карач! — пробился сквозь звон в ушах крик Рагата. — У них гранатомет!

Я поднял голову и быстро огляделся.

Пыльная взвесь и едкий дым заполнили пространство между бортами машин. Рагат рванул дверцу «Нивы», крича что-то Коням за пулеметом и указывая в сторону торчащей крыши соседней пятиэтажки.

С треском взмыли языки пламени. Надрывно взревели двигатели и несколько фургонов поспешно тронулись вперед, со скрежетом бамперов подталкивая друг друга, чтобы как можно скорее убраться от полыхающего «Урала». Несколько человек подскочили к кузову машины и, распахнув согнутую дверь, стали вытаскивать контуженых людей.

Попадание пришлось точно в кабину, разворотив ее подобно очищенному мандарину на новогоднем столе.

— Тохан, давай за руль! — подталкивал меня в спину Вишняков.

Я поднялся и потянулся к дверной ручке, но здесь на парковку словно налетел рой беспокойных мух. Что-то с настырным жужжанием стало рассекать воздух, со звоном и хрустом вгрызаясь в борта машин. Треск пламени, крики раненых, рев двигателей смешался со знакомым сухим кашлем автоматического огня.

«А, выходит, сохранилось что-то из армейского… — подметил я. — Похоже, местные всерьез настроились заполучить дар, раз решили применить столь редкое и ценное оружие».

Я открыл дверцу и бросил быстрый взгляд на грузовик с установкой, припаркованный позади машины Песта. По нему никто не бил. Даже развороченный гранатой автомобиль оказался на значительном удалении и в соседнем ряду.

Местный механик в сопровождении Красного Коня бежали к кабине, чтобы завести машину. Но когда им оставалось преодолеть всего несколько метров, асфальт вокруг них буквально закипел от пылевых фонтанчиков, а в следующую секунду обоих пронзил десяток пуль. По темным струйкам крови, брызнувшим из оставленных ран, было хорошо видно, что смерть пронзила несчастных сверху вниз.

— Странники! — переселил царящий хаос голос Песта. — Уводите дар!

Я повернул голову. Великий Конь наполовину высунулся из кабины, указывая рукой на целехонький «Урал» и неподвижные тела рядом.

— Они срезали водителей! Если хотите загладить вину за то, что наделали, уводите дар!

— Нас же на подходе положат… — нервно протянул я, но Кибер-Бабах уже бросился к «Уралу», потянув меня за рукав.

— Сделаем в лучшем виде! — изо всех сил заорал он, увлекая меня за собой.

— С ума сошел?!

— Всё пучком, Тохан! Этот грузовик самое безопасное место! По нему не стреляют!

Я не успел ничего сообразить, как с чудовищным грохотом огрызнулся ДШК. Никогда в жизни не слышал, как работает крупнокалиберный пулемет. Выстрелы заглушили все прочие звуки, отдавшись в грудине ощутимым резонансом.

Ноги сами понесли следом за Вишняковым. Видимо, слова старшего Песта зацепили чувство вины на подсознательном уровне. И как бы ни хотелось отговорить Бабаха прыгать в «Урал», в глубине души я решил ухватиться за этот шанс и хоть как-то исправить ситуацию.

«А как ты ее исправишь для всех тех, кто только что погиб?» — поинтересовался предательский внутренний голос.

— Да заткнись ты, пожалуйста, — я огрызнулся, краем глаза заметив, как верхний ряд оконных проёмов пятиэтажек содрогнулся от попадания крупного калибра.

Пули откалывали огромные куски выгоревшего бетона. Облицовка начала отваливаться пластами, а поднятая пыль за пару секунд окутала весь этаж.

— Вот это мощь! — радостно крикнул Вован, подскочив к дверце грузовика и мгновенно взлетев на приступку. — С той стороны обходи!

Я не стал ничего говорить, лишь задрал ствол калаша, опасаясь, что где-нибудь за бетонной взвесью промелькнет контур стрелка, и всё наше бравое приключение мгновенно кончится. Но ничего не произошло.

ДШК смолк. Жигуль газанул. Рагат прокричал, чтобы мы следовали строго за ним, и захлопнул дверцу. Я забрался в кресло высокой кабины «Урала» и плюхнулся на пассажирское место.

Разглядывать внутреннее убранство грузовика недосуг, но в глаза успел броситься лаконичный минимализм приборной доски и множество характерных украшений из обрезков цветных ленточек, свисающих практически с каждой поверхности. Даже простенькое пассажирское сидение покрывала грубая ткань на манер половика, расшитого подобными элементами.

— Поехали! — воскликнул Вишняков, повернув ключ зажигания и врубив передачу.

— Ты когда эту хреновину водить научился?! — я захлопнул дверцу.

— Так еще в первый день, пока с механиками болтал, показали, что к чему…

Кабина грузовика оказалась намного выше, чем у буханки. Находиться так высоко над землей непривычно, но Вована это не остановило. Двигатель взревел повышенными оборотами, и «Урал» с резким рывком пришел в движение. Разумеется, управлять огромным монстром Кибер-Бабаху непривычно, но другого выбора у нас не было.

— Тохан, опусти стекло и приготовь автомат! — с полным знанием дела распорядился Вовка.

— Блин, под левую руку неудобно… — я закрутился на сидении, перехватывая оружие.

Калашников несколько раз глухо ткнулся стволом в крышу кабины. Стекло опускалось обычной ручкой, как от мясорубки. Держать оружие левой рукой и уж тем более пытаться из него целиться в таком положении было совершенно неудобно.

Тем временем жигуль Коней и «Нива» Рагата уже пришли в движение. Дым от горящей машины окутал соседние ряды, но я видел, что большинство из них плавно покатилось вперед. Отовсюду доносились редкие выстрелы и крики. Очередями больше никто не поливал. То ли грохот ДШК отбил всё желание, то ли у нападавших элементарно кончились патроны. Зато стрелы и шары летели с завидной периодичностью.

Бронированные фургоны, прикрывающие стоянку по периметру, принимали на себя большую часть, но некоторые всё же с характерным звуком били по бортам и навесной защите.

Всё происходящее не укладывалось в голове. Как меньше чем за полчаса вроде бы дружелюбный город умудрился превратиться в самую настоящую бетонную ловушку, из которой нам предстояло выбраться? Неужели равновесие этого мира оказалось действительно настолько хрупким, что всего лишь один неосторожный шаг привел к таким последствиям? Вокруг снова гибнут люди, и мне тяжело признавать, что это происходит по нашей вине.