Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть первая. (страница 42)

Вовка не задумываясь протянул руку и так и замер с неизвестным листом.

— Жуй, — указала девушка. — Это вместо болеутоляющего.

Вишняков недоверчиво на всех посмотрел.

— Ничего страшного не будет. Максимум язык онемеет. Зато я смогу спокойно рану обработать и зашить. Давай быстрей.

— А, чёрт с ним! — выдохнул Бабах и засунул в рот предложенный лист, с хрустом откусив большой кусок. — А ничего так, кисленько...

Я тем временем успел переложить спальные куртки и добраться до чайника, когда услышал, как брюнетка резко вдохнула и почесала нос.

— Это что? — живо спросила она, ткнув пальцем в стоящую рядом ярко-жёлтую бутылку отбеливателя.

— Белизна.

— Что?

— Хлорный раствор, — уточнил я, тихо ужасаясь тому, сколько мелочей надо держать в голове, чтобы не вызывать подозрений в новом мире.

— Отлично! — будто с облегчением выдохнула девушка и губы тронула улыбка. — Так, прежде чем воду кипятить, вот что сделай. Всю пропитанную кровью одежду этим раствором замой и подальше спрячь. А ещё лучше в герметичную упаковку сложи, есть такое?

Я хотел было поинтересоваться зачем проделывать все эти манипуляции, но тут снова вклинился Вишняков.

— Ага, — отозвался он, уже с удовольствием чавкая листом. — Тохан, ты же свои штаны в пакет завернул. Ну которые обо...

— Да, найдём куда сложить, — быстро оборвал я Вишнякова. — Оборванные штаны я в пакет сложил, чтоб потом в порядок привести. Спасибо, Бабах, я помню.

Мезенцев снова тихо хихикнул.

— Бабах? — удивилась девушка. — Почему Бабах?

— Потому что если представить, что слово «Вован» написано английскими буквами, и прочитать как английские, — начал быстро объяснять Игорь, — то получится нечто очень созвучное со словом «бабах».

Я зыркнул на Гарика. Тот улыбнулся и пожал плечами.

«Да, будет нелегко приучить себя думать, что именно говорить в незнакомом мире... — заключил я. — А что, если здесь нет английского языка? Мы, итак, уже капец какие подозрительные. Тут и раненный Вишняков, и дырки от пуль, и царапины, и наш нелепый внешний вид. Ведь наверняка наша одежда кажется ей не менее чудной, чем нам её...»

Но, несмотря на мои внутренние сомнения, девушка лишь еле заметно кивнула и, скинув рюкзачок под стол, принялась раскладывать всё необходимое.

— А это что? — она ткнула пальцем в пакет с Вовкиным аналогом чипсов.

— Морковка, — протянул я. — Сушёная.

— С сахаром, — многозначительно добавил Вишняков.

— Пахнет вкусно, я попробую?

— Конечно.

Брюнетка бесцеремонно оторвала узелок пакета и быстро закинула в рот несколько кусочков заветренной оранжевой соломки. В воцарившейся тишине раздался деловитый хруст, заглушающий собой даже Володькино чавканье.

— Ребята, ребята, — радостно протянула брюнетка, довольно похрустевшая — Есть ещё?

— Дофига, — кивнул Вишняков с таким видом, будто мы с Гариком должны были пасть ниц перед его кулинарной проницательностью, которую он проявил в вопросе заготовки морковной соломки.

— Это великолепно! — похоже что искренне восхитилась девушка с набитым ртом. — Вы даже не представляете на сколько это сейчас важно...

— Чего? — тихо буркнул я. — Морковка? Важная?

— Не вникай, — она махнула рукой. — Давай, давай, время не ждёт. Сначала одежду запакуй, потом воду.

— А мне чего делать? — поинтересовался Мезенцев, всё это время наблюдающий за царящей суматохой.

— Со светом что-нибудь, — брюнетка ткнула пальцем в потолочную лампу буханки. — Что-то мне подсказывает, что с операционной ей не сравниться... Но явно лучше, чем ничего.

— У нас ещё фонарик есть, — отозвался Гарик. — Не очень хороший правда, но если с небольшого расстояния светить, будет неплохо.

Часть 24

— Фонарик медицинский и у меня есть. Придётся его тоже использовать. Ладно, разберёмся.

Я тем временем заслонил спиной девушке обзор, чтобы незаметно переложить обрез и патронташи. Бабах многозначительно выпучил глаза, и громко кашлянул в кулачок, маскируя стук, с которым курковка легла на пол под сидениями. Я одобрительно кивнул, быстро подпихнув ногой свёрнутую спальную куртку.

Большой полиэтиленовый мусорный пакет нашёлся сразу, так был предусмотрительно заготовлен Вованом поверх скромной кучи нашего барахла. Тут же лежали обрывки тряпок, оставшихся после изготовления самодельных портков. Я достал бутыль с водой и как следует их смочил, добавив немного «Белизны». После чего попробовал затереть засохшие пятна.

Салон мгновенно заполнился резким запахом дезинфекции, отчего брюнетка несколько раз чихнула и почесала нос.

— Давай скорей, — нетерпеливо бросила она, морщась от неприятного запаха.

Затирать шинель было бесполезно, по причине того, что кровь глубоко впиталась в плотное сукно. Поэтому я просто положил тряпки поверх отверстия от пули и постарался максимально компактно свернуть грубое изделие.

— Неплохо... — тихо, словно разговаривая сама с собой, протянула брюнетка, закидывая в рот ещё оранжевой соломки. — Неплохо так перебивает... Пожалуй подойдёт... И я смогу...

«В этом мире что, никто и никогда морковку не видел? — подумал я, захватив пакет с куртками, чайник и бутыль с чистой водой. — Нет, надо определённо составить план действий. Иначе это какая-то ерунда. Хорошо, что мы девушку встретили. А что, если бы первыми, кто нас увидел, был бы милицейский патруль? Или его местный аналог? Что тогда?»

Я протиснулся между незнакомкой и рядками сидений. На этот раз никаких казусов не произошло, и я протянул Мезенцеву бутылку и чайник.

— Ну, что думаешь? — тихо спросил он, когда я перегнулся чтобы помочь налить воду. — Медальон молчит с момента как мы сюда въехали...

Я кивнул с таким видом, будто давно обратил на это внимание. Хотя на самом деле, все мои мысли и чувства сейчас занимала какая-то странная мешанина. Переживания за Володькино прострелянное плечо и будоражащее любопытство относительно загадочной девушки.

— Я думаю, что будь она настроена не так дружелюбно, мы могли почти сходу вляпаться в неприятности, — тихо прошептал я, маскируя свои слова за характерным звуком закрываемой крышки чайника. — Мы же в первую минуту спалились.

— Это да, не спорю, — Мезенцев хитро прищурился. — Я имею в виду...

Он еле заметно кивнул головой в сторону салона и тут же небрежно описал ладонями в воздухе две округлости на уровне груди.

— Гарик, так-то Вован ранен.

— Так ему уже сейчас помощь окажут. И явно лучше, чем мы бы с тобой это смогли сделать. У нас даже шовного набора нет. Ты вот умеешь раны зашивать?

— Нет.

— И я нет.

Я хотел было призвать Игоря к более серьёзному отношению, но не смог подобрать нужных слов, замешкавшись на несколько секунд, чем вызвал у него тихий добродушный смех.

— Нормально там всё... С этим вот всем... — наконец-то был вынужден признать я.

— И я про тоже, — согласно кивнул Гарик.

«Может сказать ему про странный шрам и рубцы? — подумал я. — Впрочем, нет. Вдруг это тоже что-то личное, как в случае с Людмилой. Не хотелось бы чтобы...»

Я тяжело вздохнул. Мне снова стало мерзко от собственного поведения. Может я и правда был мелкой бездушной скотиной? Во всяком случае столь точное определение вполне объясняло то, как быстро образ симпатичной и, тут надо было быть откровенным с самим собой, сексапильной брюнетки вытеснял переживания за Вовкино плечо. А ещё меня немного настораживали эти странности в её поведении. Но не настолько, чтобы отказываться от предложенной помощи.

«Так, стоп, — подумал я. — Ну, допустим, нос у неё прочищен после долго нахождения на свежем воздухе. А как она вообще поняла, что морковка вкусно пахнет, если та хранилась в завязанном пакете?»

Глава 11

Костерок