Ант Скаландис – Охота на Эльфа (страница 13)

Ответа пока не было, зато он все отчетливее понимал, что Циркач не успеет сообщить им уже ничего. После второго убийства начнется чехарда в ускоренном темпе, и надо будет только успевать поворачиваться. Почему же он решил, что все-таки стоит поворачиваться по их приказам, а не отворачиваться от этих странных людей? Ведь не потому же, что всю дорогу в вертолете – а какое там, к черту, общение через шлемофоны! – Циркач агитировал его «за советскую власть», то есть за немедленное спасение всей российской экономики путем спасения финансовой империи господина Аникеева? И не потому, в конце концов, что об оплате говорили, не называя сумм, а это, как правило, означало очень большие деньги. И даже не потому, что у этих чудаковатых людей, работающих не по канонам спецслужб, а скорее по канонам хорошо отлаженного механизма совкового министерства, такие огромные возможности на самом верху и даже в международных организациях – этим сейчас никого не удивишь. Те же наркодельцы – при их-то деньгах! – иногда бывают и с президентами и с премьерами «вась-вась».

Нет, что-то другое подкупало его в фирме Аникеева-Мышкина, какая-то бесшабашность и романтизм, отсутствие цинизма, что ли, неотъемлемо присущего любым бандитам или сотрудникам спецслужб. И внутренний голос подсказывал: берись за это дело.

«Если я почувствую…»

Вот оно! Верить не логике, а ощущениям. А внутренний голос – это и есть то самое чувство.

«Конечно, – подумал он еще через полминуты, – в итоге мы все пятеро почти наверняка снова вляпаемся в какое-нибудь дерьмо, но попутно – и это тоже наверняка – узнаем много интересного».

И вот поймав себя на этом сверхцинизме – мечтах о поиске интересной информации в дерьме, – Крошка мысленно рассмеялся и даже внешне не смог сдержать улыбки. Очевидно, не смог, потому что сразу перехватил удивленный взгляд Циркача и обиженный, если не сказать возмущенный – Фила: человека убили, а этот придурок улыбается!

Но Крошка знать не знал никакого Эдика и мог сейчас думать только об одном – о непосредственно предстоящей им работе.

Из специального досье Четырнадцатого Главного Управления ФСБ (ЧГУ)

Большаков Андрей Николаевич, 1966 года рождения, русский, кличка – Крошка, родился в г. Чжаланьтунь (Китай), женат с 1987 года, жена – Мария Анатольевна Чистякова, 1964 г.р., сын – Егор, 1993 г.р., отец – Большаков Николай Иванович, русский, полковник инженерных войск, мать – Рубцова Зоя Никитична, русская, врач. Среднюю школу закончил в Челябинске, в 1983 поступил в высшую школу КГБ. С 1988-го в штате Девятого главного управления. В 1990-м завербован, в 1991-м официально переведен в штат ЧГУ. С 1991-го по 1994-й спецучилище ЧГУ. Присвоено звание – капитан. С 1995-го по 1997-й – Чечня. Возглавил группу спецназа. Сентябрь 1997-го – вместе с группой выведен из личного состава ЧГУ за нарушение воинского Устава. Официально – в розыске.

Особая характеристика: раскрытие латентной энергии организма с помощью алкоголя (Большаков возражает против изучения этой своей особенности); умение подчинять себе людей, организовывать и проводить сложнейшие спецоперации; выдающиеся аналитические способности; коэффициент экстрасенсорного восприятия опасности – 0,94 (более высокий коэффициент не зафиксирован ни у одного человека в мире).

Подвал производил сильное впечатление. И глубиной и территорией – на добрый квартал. В самом центре Москвы! Кому это раньше принадлежало? Двух ответов на этот вопрос быть не могло. Подземные спецсооружения столицы, которые так любил обустраивать Отец народов, находились исключительно в ведении НКВД. И где-то оно теперь, это ВЧК-КГБ? Почему ушами хлопает?

А подвал-то хорош! Особнячок над ним – как капитанский мостик над огромной подводной лодкой. В подземелье располагались, всякие офисы, небольшой конференц-зал, лаборатории, склады, просторная столовая, скорее похожая на ресторан, спортзалы, сауна с двадцатипятиметровым бассейном, огромный, отлично обустроенный тир… Не хватало разве что конного манежа, да еще, пожалуй, танкодрома для полного счастья. И что характерно, все эти помещения были обеспечены прекрасной вентиляцией, кондиционированием и высококачественной имитацией дневного света. А помимо лифта, на котором они и приехали, имелись еще массивные железные двери, как у шлюзовых камер, выводящие, надо полагать, в туннели метро – для доставки грузов и на случай экстренной эвакуации.

Их пятерых прежде всего попросили раздеться, принять душ (для бодрости) и выдали грамотные спецназовские комплекты – комбезы с веревочной сеткой, защищающей от прилипания к телу, легкие и прочные ботинки, очень компактные бронежилеты из нео-кевлара, шлемы с забралом – все по-взрослому! Одежду цивильную сдали на склад по описи, пока ребята мылись. Карманы и швы были, надо думать, тщательно проверены. Да только нечего там было искать – их же всех повыдергивали из дома да с отдыха, кроме Циркача, про которого и так было все известно, и Шкипера, сдавшего, естественно, свое табельное оружие. Стволы выдали, может, и не новейшие, но вполне серьезные и удобные – «кедры». Поразил боекомплект, рассчитанный вне всяких сомнений на многочасовой бой. По четыре лимонки на каждого – это тоже было немало. После такого казалось особенно интересным выслушать непосредственную боевую задачу.

Однако ситуация складывалась дурацкая. Инструктировать группу спецназа поручили одному из замов Мышкина, скромно назвавшемуся майором Платоновым. Одетый в камуфляж, но без погон, лет пятидесяти (смешно в таком возрасте иметь звание майора!), но юркий, сноровистый, гибкий, по-спортивному крепкий Платонов, постоянно был вызываем то наверх, то еще куда-то – в связи с последним убийством в Турции. Эдик Свирский оказался если и не впрямую человеком убитого Аникеева, то, вне всяких сомнений, фигурой очень значительной для всей конторы. И как же это угораздило Фила познакомиться с таким человеком именно сейчас, за несколько дней до срочного вызова в Москву и до заказного, вне всяких сомнений, убийства? Неужели простая случайность? Или…

Этот вопрос не отпускал Крошку ни на минуту, но вообще-то сейчас он уже думал над другой загадкой. Он все смотрел на псевдомайора Платонова (полковник он, как минимум, видно было невооруженным глазом!) и мучительно вспоминал, где они могли видеться. В Чечне? В Паланге? На Таймыре? В Венгрии? А потом Платонов появился в очередной раз, сдернул трубку аппарата, стоящего посреди стола и вдруг заговорил по-польски. Крошка не знал польского, но смысл беседы едва ли был секретным, раз она велась в открытую, да еще так громко, эмоционально – дело было в другом: в естественной ассоциации. Андрей теперь с абсолютной точностью вспомнил, где видел этого человека.

И сразу ему сделалось кисло. Вот тебе и майор Платонов!

Из них пятерых еще только Борис мог знать в лицо знакомого незнакомца, ну, Крошка и шепнул Циркачу на ухо:

– Ты раньше встречал здесь этого хмыря?

– Никогда.

– Но ты узнаёшь его?

– Кажется… узнаю, – ответил Циркач нерешительно.

Говорил он еще более тихим, практически неслышным шепотом – Борька этим своим умением славился еще в военном училище, где прослыл величайшим мастером подсказок.

И псевдомайор Платонов действительно ничего не услыхал, не мог услыхать, ведь он продолжал «пшикать» с невероятной экспрессией.

– Вроцлав, правильно? – спросил Циркач. – И звали его Гном?

– Эльф, – поправил Крошка, – но оговорка прекрасная. Я так и передам… И вот теперь ты мне скажи: кто же кого завербовал: Мышкин этого «гнома», или «гном» – всю эту шайку одним махом? А в решающий момент явился сюда сам, собственной персоной…

Циркач не успел ответить, потому что майор Платонов закончил трепаться с польским другом и объявил:

– Ну, все, начинаем.

И они начали.

Задачка-то была ого-го! Взять штурмом ночью чью-то дачу в Вязниковском районе Владимирской области на берегу Клязьмы. Майор выдал всем карты-полукилометровки. А на доску повесил план-схему объекта. Неслабая оказалась дача: с КПП, с двойным забором – внешний проволочный с колючкой и током, внутренний – железобетонный, уходящий на два метра вглубь и соединенный с фундаментом главного здания. Ворота такие, что никаким джипом с налету не пробьешь. Тут хоть хваленый американский «хаммер» гони – все одно, непременно всмятку. Не дача, а прямо командный пункт штаба армии! Охрана, не считая дежурного наряда из трех бойцов на КПП, – шестнадцать человек с подготовкой уровня областного ОМОНа, у всех «калаши». Плюс три двенадцатимиллиметровых пулемета, один РПГ-7 и одна противотанковая(!) пушка.

– Кто они, эти ребята в охране? – спросил Крошка.

– Я понял ваш вопрос, – кивнул майор. – Вам не хочется стрелять на поражение по своим. Но это не ментура и даже не ГБ, это – собственная служба безопасности мафиозного клана, называющего себя «Корпорация Феникс», то есть наших главных даже не конкурентов, а врагов. Да, они тоже делают вид, что торгуют, у них даже есть какая-то сеть, но в действительности зарабатывает фирма только на вымогательстве, последовательно ставит палки в колеса любому благому начинанию, связанному с рынками. Так вот, возвращаюсь к ребятам из персональной охраны президента «Корпорации Феникс». Кто из них где и кем служил раньше, – это личное дело каждого, сегодня все они служат только «Фениксу». Знали, на что идут и чем собираются заниматься. И учтите, необстрелянных солдатиков-первогодков там не будет, уж это точно. Кстати, ваше право – не убивать никого вообще. Если сумеете, даже хорошо. Это всегда хорошо. Задача в другом – захватить в заложники хозяина дачи, то бишь президента корпорации.