Ansi Murrey – Проект "Феникс" (страница 8)

Тогда она обошла стол и взяла его лицо в ладони. Руки всё ещё хранили холод улицы, но прикосновение вышло твёрдым, почти настойчивым.

– Слушай меня, – произнесла она, не отрывая взгляда от его глаз. – Ты спас меня. Твои письма, твоя… паранойя – они заставили меня быть настороже. Дали время понять, что происходит. Борис… – голос дрогнул, но она не отвела взгляда, – Борис успел сообразить, потому что я крикнула ему именно то, о чём ты писал: «Это не землетрясение! Это оно!» Он понял. И принял решение. Твоя работа не была напрасной. Она дала нам обоим шанс что‑то понять.

Слёзы, которых, казалось, уже не осталось, выступили на его глазах. Он закрыл их, прижавшись лбом к её ладоням.

– Он был хорошим другом, – выдохнул он хрипло.

– Лучшим, – тихо согласилась Елена. И наконец позволила слезам прочертить дорожки по щекам.

Они стояли посреди лаборатории, прижавшись лбами друг к другу – два учёного, оплакивающих друга и тяжесть открытия, купленного его жизнью.

На следующий день работа закипела. Стол утопал в распечатках, ноутбуках, чашках с остывшим кофе. Елена, укутавшись в его необъятный свитер, листала потрёпанные блокноты.

– Вот, смотри, – она положила перед ним зарисовку символов с артефакта. – Я сравнивала с доступными базами: клинопись, иероглифы, математические символы высокого порядка. Ничего похожего. Но есть сходство… – она потянула к себе его старую тетрадь, раскрыла на странице с чертежами гипотетического гравитационного манипулятора. – Вот. Угол здесь и здесь. Эта дуга… почти один в один, только идеализирована.

Корвин молча сравнивал, сосредоточенно сдвинув брови. В глазах – напряжённая работа мысли, будто он выстраивал невидимые мосты между символами на бумаге и образами в голове.

– Они не просто читали наши журналы, – наконец произнёс он глухим, почти безжизненным голосом. – Они… рецензировали нашу работу. Словно говорили: «Хорошая попытка, приматы, но вот как это делается по‑настоящему».

Елена откинулась на спинку стула, взгляд устремился в пустоту.

– Пугающая мысль, – выдохнула она. – Что, если всё наше научное развитие… просто выполнение тестовых заданий? А они ставят галочки: «достиг понимания квантовой механики», «сделал первые шаги в манипуляции полями»…

Корвин резко поднялся, подошёл к громадному экрану с картой мира. Пальцы забегали по сенсорной панели.

– А война? – голос прозвучал резко, как удар. – Это что, проваленный тест? «Неспособность к кооперации. Показать отрицательное подкрепление»?

Он запустил программу. Экран ожил: замигали красные точки – даты и координаты крупнейших военных конфликтов XX–XXI веков. А рядом, с задержкой в дни, недели, иногда месяцы, вспыхивали оранжевые – природные катаклизмы. Землетрясения, цунами, извержения.

Точки выстраивались в зловещие цепочки. Совпадения становились слишком частыми, чтобы списывать на случайность.

Елена медленно поднялась, приблизилась к экрану.

– Это… паттерн, – прошептала она. – Чёткий, как учебный пример. Только мы в нём – лабораторные крысы, а не исследователи.

Корвин не ответил. Взгляд застыл на карте, где красные и оранжевые огоньки сплетались в узор – холодный, бездушный, безупречный в своей логике.

– Видишь? – его ладонь скользнула по экрану, словно пытаясь уловить невидимые связи между точками. – Это не случайность. Это чёткая закономерность. Удар почти всегда направлен не на агрессора напрямую, а на место силы – культурный, экономический или символический центр конфликтующей стороны. Или на нейтральную территорию – чтобы запугать всех разом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.