Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 2)
Знаешь, говорят, они в Вифинии в моде».
Тут мне присвистнуть, пыль в глаза пустить захотелось:
«Мужиков-бурлаков? Да уж конечно,
Этих-то вывез, рослые парни,
Сильные руки, крепкие ноги,
Как на подбор, все — говорю — восемь,
Хоть и бедна провинция, но обзавелся».
И тут она, не сходя с места: «Слушай, Катулл,
Одолжи бурлаков. Видишь ли, мне к Серапису надо
На пару дней, хочу, чтоб к храму с комфортом
Они меня поднесли на носилках».
Ну что тут скажешь? «Слушай, красавица,
Эти ребята, собственно говоря, не мои,
Гай Кинна купил их, дружок мой старинный,
Так что они-то, хоть не мои, однако же как бы
Вроде того что мои, но все же не очень».
Вот такими словами я еле-еле отговорился,
Сгладил неловкость, попрощался и к дому
Двинул. Ну до чего же бесстыжая баба!
На минуту расслабиться не позволит.
441. XII
О Азиний, Ослуша Маррукинский,
Что нечестно поигрываешь левой?
Ты тряпье у товарищей таскаешь
И салфетки хозяйские уносишь.
Это даже вовсе неприлично,
Если ты меня не хочешь слушать,
Так спроси у брата-Поллиона:
Он бы рад уплатить, чтобы не слышать,
Как ворует вороватый братец,
Хоть талант — вот то-то суета-то…
Деньги — что? И разве дело в деньгах?
И не думай — дело вовсе не в деньгах тут.
Отдавай платочек сетабийский,
Отдавай испанскую тряпицу —
Дар Верания и дар Фабулла:
Носом дунешь — сразу вспоминаешь
Вераньолу моего с Фабуллом.
442. XIV
Не был, Кальв, бы ты мне дороже ока,
То за эти бесценные подарки
Я б воздал тебе Ватиньевым взвизгом.
О поэты! О, из какой помойки
Вас достал-добыл добрый мой приятель?
Где искали вас? Брали вас откуда?
Может, книжки обрел ты в рыбной лавке,
А листы тошнотворных стихотворцев
Взял ты в дар ты от буквоеда Суллы?
То ведь всем же известный зависала —
Может, сам же их выкопал он где-то,
Перебрал, а потом сложил их стопкой
И тебе передал для издевательств.
Вот такой, говорю, пришел подарок
В Сатурналии, в славные денечки.
Ты подарка и от меня дождешься:
Я обследую книжные развалы,
Изучу все запасы у торговцев,
Я Суффена пришлю тебе, Аквина,
Вместе с ними и Кезия впридачу.
Скажешь: гнусность! А сам-то ты что шлешь мне?
Просто срам, поэтическая низость!
Что же, право, за мерзкая эпоха…
443. XVI
Кто смеет устами, сумеет и задом,
Премерзкий Аврелий и Фурий прескверный! 
