вовремя кончить не успеваю,
обещанного не исполняю,
Неотложные работы стараюсь сунуть в долгий ящик.
Ни на что не способен решиться,
опасаюсь выйти из дома,
не умею водить автомобиль.
Страдаю также от меланхолии и ипохондрии
и еще от мизантропии
в виде резких и острых припадков.
Сам себе неприятен,
причиняю тяжелые переживания близким,
в общении невыносим.
Мой любимый поэт?
— Да нет у меня никакого любимого поэта…
Не придерживаюсь убеждений.
Как жить дальше не знаю.
405. ИСАИЧ И СВЕТ НЕКТАРИЙ
(былина)
Как на Красной на широкой речке
Ветры вольные муссоны гуляют
А как во нашей Филодельфи красной
Вольные масоны заседают.
Вот Исаича они зовут-зазывают:
Приходи к нам, вольныя казак Исаич,
Мы с тобой поговорим да потолкуем
Может ты нас уму-разуму научишь.
Говорит ему свет-Нектарий, старец:
Ой же вольные казак ты наш, Исаич,
Не ходи ты к фармазонам в говоренье
Не учи уму-разуму проклятых!
Отвечает ему громким голосом Исаич:
Ой же ты наш свет-Нектарий, старче,
А бери-ка ты свое горючее кадило
Да пойдем ко змеям в логово у двое!
Доскакали до Масонскоей Палаты
К воротам за Соломоновой печатью —
Высока Фармазонская палата,
Широки-крепки плочоные ворота:
Тяжела Соломонова печать-то!
Вот и входят свет-Нектарий да Исаич
Прямо к ним во трудовое говоренье.
А масоны-то сидят в масонских креслах
Почивают на масонских ложах
Зелья льют себе в запойные кубки
Потирают говорёные перстни
Знаки тайные друг другу кажут —
Вот какая окаянная у них воля:
Сами рады — только бесов тешат!
Ну а бесам там разгул да раздолье —
Вон вонючий погань-бес Мороксицкой,
Ишь, укрылся-то за идол Ранессанский!
С ним слащавое Содомово отродье
И Суфряжская амурная ведьма.
А в углу старый чорт Товел Каин
Зубы скалит да знай молотом машет
Всё кует — ничего не строит,
Вольный каменщик из него на славу!
Как увидел то свет-Нектарий старец
Ну махать на них горючим кадилом
Заходило кадило, загуляло
Во дыму и бесы расточились
Обомлели вольные масоны,
А Исаич сказал им всю правду.
406. ВСЕ СИДЯТ
Сидит в Израиле Федотов
Сидит и что-то там считает 
