Анри Волохонский – Собрание произведений в 3 томах. Том 1: Стихи (страница 132)

Шрифт

20_ В платонический пух полигоном зеленым В лепестки, где трепещут желтея подряд — Но тугие обличья хлопчатых дриад Не сулили, казалось, ушедшего лета Возле метаморфоз насекомых балета. Чешуею со щек вся нагая от ласк (А под маской другая такая же маска А под маской другая такая же маск — а, — Под маской другой но такою же маской — За летящей в стекле, за личиной сухой 30_ И прозрачной, раздевшись от ласк шелухой) Вся нагая от ласк, как в индийские ткани Облачая меж ласками пляшущий стыд, Смотришь — дева над девой за девой летит И летит и бока заслоняет боками. И другая кружится у той по пятам, Торжествуя над башней величием кладки, Да скатились со славой манящим их там Всенародные яства блестящи и сладки — Словно «Сим победиши!» сияет сия: 40_ О какая гордыня во взоре ея! Так глядят в эмпирей с ледяного помоста Где слышна лишь валькирии ломкая поступь. По какой, повтори, дорогая, любви — По симпатии верной иль страсти полдневной? — Белокурое Эхо окликнуть зови Молью бледных невест? богомолом-царевной? Саранчой в горностаях? тупым мотыльком? Глупой бабочкой? белым крылатым хорьком? — Что сосущей натурой цветов и пророчеств 50_ Наполняет утробу своих одиночеств… И как мягкие лампы их в дым фонари Озаряют шарами круги просветленья От любви — чтобы: Ветхим Заветом гори! — Станцевать в одиночество свального тленья. Тем кто алчет на россыпях хлеба нигде Чтобы в муках от жажды утечь из-под ливня Вот колено Тантала по зубы в воде А на белом плече — клык слоновьего бивня Кто от смерти незрячей любви поддавал 60_ Что за варево! — если богам подавал.

178. СТИХИ НА ЗЕРКАЛАХ

Серые синие зеленые и бирюзовые тупые С опасною подчас голубизной Простые, но повернутые внутрь и проще — влево Извне и вправо мутные прозрачные всё мимо, Вполоборота, в лед каменьям в глубину, Из-подо льда с невероятной грустью Где мнимое их средоточие сияет словно смерть в детстве. А в сером отрочестве я и не узнал Всё в простоте на голубую малость Но верил, а вернее догадался, Что там слепая та и вера и уверенность потом Вдруг станет — смутная — пронзительной догадкой Да и тростник — Тростник мой пел от первого тупого дуновенья Но я вникать не стал, по-юношески глух Да так и не успел — от ветхости незрячий Но мнимо всё плясал, и действовал и созерцал И дул и пел вершил и руки простирал, А мимо вечно шествовали серые простые За ними следом, говорят, зеленые бесцветные тупые А далее совсем уж бирюзовые и мутные немые И синие с простейшею голубизной —

131 132 133 134 Вперед