АНОНИМYС – Гибель Сатурна (страница 37)

Волин был озадачен. Ну ладно, киллеры могли обознаться, но полиция?

– А что полиция? – усмехнулся генерал. – Документы приятель мой оставил в гостинице, телефон его забрали, убили его в моей квартире. Человек я одинокий, даже с соседями не вижусь. Так что опознать меня было некому. Тем более, я на горизонте появляться не спешу. В результате пошли по самому простому пути. Зато у меня появилось некоторое время на знакомство с господином Соколовским.

Волин молчал несколько секунд, потом вдруг сказал:

– Слушайте, Сергей Сергеевич, я вас очень прошу – не предпринимайте ничего в одиночку. Там, может, целая команда профессиональных убийц, и один вы все равно не справитесь, только голову зря сложите. Подождите, пока я вернусь, вместе что-нибудь придумаем. У вас есть пока, где спрятаться?

– Найду, – проворчал Воронцов. – На даче у знакомых скроюсь.

– Дача подойдет, – сказал Волин. – Как что-то прояснится, я вам позвоню.

Генерал положил трубку.

– Ух! – выдохнул старший следователь, глядя на Иришку бешеными глазами. – Еще пара таких новостей сегодня – и меня можно будет везти в больницу с инсультом. Или с инфарктом, на ваш выбор.

Иришка дернула его за ухо и сказала, что она бы на его месте не спешила. Вступил наконец и совринтенденте, который все это время молчал, меняя лицо с обыденного на скорбное, а потом – на радостное.

– Рагацци, – сказал он, – насколько я понимаю, случилось чудо, и старший друг нашего Арресто воскрес? Это, как говорят у вас в России, хорошо бы отметить. Тем более, что ты, Арресто, должен мне ящик пива.

– Ладно, – сказал Волин, – валяй, тащи свой ящик.

– Двадцать банок? – уточнил Серджио.

– С какой стати? – удивился старший следователь. – Шесть, не больше.

Пеллегрини возмутился. Синьоры, поглядите только на этого Гобсека! Такой день, второй подобный случай за две тысячи лет, к тому же пить это пиво будут все, а не один синьор комиссарио. И после этого он предлагает купить всего шесть банок! А еще говорят о широкой русской душе. Широкая душа, если хотите знать, начинается именно с двадцати банок пива. В крайнем случае – с шестнадцати. Но уж никак не с шести. Он бы еще предложил ящик из двух банок!

– Ладно, ладно, – махнула рукой Иришка, – покупай сколько хочешь.

– А кто платит? – осведомился Пеллегрини недоверчиво.

Ирина отвечала, что платит французское правительство и для ясности ткнула пальцем себя в грудь. Синьор комиссарио пришел в восторг: а еще говорят, что французы – прижимистые! Сегодня мадемуазель Белью реабилитировала в глазах мировой общественности всю французскую нацию. Если она еще позволит включить в набор некоторое количество закусок, она, без сомнения, может стать местночтимой святой французского происхождения.

– Ты это уже говорил, – заметил Волин.

– И повторю еще сто раз, – запальчиво отвечал совринтенденте. – Нини станет святой, и я лично буду приносить цветы к иконе с ее ликом.

– Валяй, – засмеялась Иришка. – Это даже интересно, никогда не думала стать святой.

Пеллегрини, морща круглое личико, важно заявил, что при его связях в Ватикане она может быть канонизирована еще при жизни. Впрочем, это дело будущего. А сейчас он, с их позволения, отправляется в магазин, поскольку доставке не доверяет, да и зачем переплачивать за то, что можно принести самому?

С этими словами совринтенденте выпорхнул из номера.

– Телефон забыл, обалдуй, – заметил Волин.

– Ничего, полчаса проживет без телефона, – отмахнулась Иришка.

– Точно, – сказал Волин. – А мы с тобой могли бы запереть дверь и заняться в эти полчаса чем-то полезным и приятным.

– Дверь тут запирается сама собой, – отвечала Иришка.

– Ага, – кивнул Волин. – Значит, могли бы не запирать дверь и сразу заняться чем-то полезным и приятным. Например…

И он потянулся к ней губами.

– Например, обсудить наши дальнейшие действия. – отвечала мадемуазель Белью, уклоняясь от поцелуя.

– Какая ты все-таки жестокосердная, – сказал старший следователь. – Нет, с таким характером не быть тебе святой, уж мне можешь поверить.

Она пожала плечами: неужели он не может подождать до вечера? А вот представьте себе! Сегодняшние события так взволновали его, так взволновали, что он тут же немедленно должен…

Но тут его страстную речь перебили самым нахальным образом: зазвонил телефон Пеллегрини.

– Возьмем? – спросил Волин.

– Конечно, возьмем, – отвечала Иришка. – А вдруг там что-то срочное. Или сам Серджио обнаружил пропажу телефона и теперь гадает, остался ли он в номере или просто украден кем-то.

И она подняла трубку.

Сидевший в той же гостинице, но в номере на другом конце коридора, Тень включил запись.

Что ни говорите, дамы и господа, а технический прогресс сделал жизнь шпионскую куда более легкой и приятной, чем это было, ну, скажем, во времена Ивана Грозного. Привесь ты себе на луку седла хоть три собачьих головы, но в тонком деле шпионажа рассчитывать приходилось только на свои собственные глаза, уши и ноги. Теперь же можно спокойно сидеть на некотором удалении и слышать все разговоры клиентов по телефону. И нужен всего только ноутбук и дублирующая базовая станция.

– Слушаю, – голос мадемуазель Белью звучал так отчетливо, словно она звонила ему, Тени, на его собственный телефон.

– Добрый день, – судя по манере говорить, на другом конце был явно не итальянец. – Могу я поговорить с синьором Пеллегрини?

– Он вышел ненадолго, – отвечала Ирина. – Попробуйте перезвонить через полчаса.

– Полчаса? – огорчился незнакомец. – Это невозможно, это слишком долго.

– А в чем дело? – спросила Ирина. – Может быть, я могу быть чем-то полезна?

– Если только вы полицейский и работаете вместе с синьором Пеллегрини, – уныло заметил голос.

Ирина подтвердила, что она полицейский и она действительно работает с синьором Пеллегрини. На том конце явно обрадовались.

– Ну, разумеется, как я не догадался. Ведь вы – мадемуазель Белью!

Иришка удивилась:

– А вы откуда знаете?

– Это не важно, – отвечал голос торопливо. – Я знаю, что есть интернациональная группа следователей, которая работает над делом покойного Корзуна. В нее входят господин Пеллегрини, вы и еще один агент с трудной русской фамилией… кажется, Вайолин.

– Так чего же вы хотите? – Ирина не стала ни подтверждать, ни опровергать слова незнакомца, но Тень услышал, что характер звука изменился. Видимо, она включила громкую связь, чтобы Волин тоже мог слышать разговор.

Незнакомец отвечал, что он – поручитель одного влиятельного человека. И этого самого влиятельного человека шантажирует некий синьор Джорджоне – само собой, имя выдуманное. Так вот, у них есть все основания полагать, что группа Пеллегрини сейчас охотится именно за этим самым Джорджоне или как там его на самом деле…

Голос на том конце ненадолго умолк.

– Я слушаю, – сказала Ирина.

– Мне кажется, у вас на линии какие-то помехи, – проговорил голос с некоторым сомнением.

Тень беззвучно чертыхнулся, но, к счастью, Ирина никаких помех не заметила.

– Впрочем, это не важно, – продолжал незнакомец. – Господин Джорджоне был настолько убедителен, что нам пришлось уступить его требованиям. Мы договорились, что ему передадут чемоданчик с наличными.

– И насколько велик чемоданчик? – полюбопытствовала Ирина.

Собеседник сухо отвечал, что чемоданчик достаточно вместителен. Речь идет о пяти миллионах евро – сумма значительная даже для его клиента. Так вот, они не уверены, что господин Джорджоне будет соблюдать договоренности и не захочет снова шантажировать их спустя какое-то время. Поэтому у него предложение: он говорит им место встречи Джорджоне и его человека, а группа Пеллегрини арестовывает Джорджоне с деньгами на руках.

После небольшой паузы Ирина полюбопытствовала, почему собеседник не обратился напрямую в центральное полицейское управление. Тот отвечал, что дело уж очень деликатное, официальные структуры захотели бы знать всю подноготную их отношений с Джорджоне, начали бы задавать неудобные вопросы, на которые никак нельзя ответить откровенно.

– А мы, значит, не будем задавать неудобных вопросов? – хмыкнула Ирина.

– Надеюсь, что нет, – отвечал незнакомец осторожно. – Вы сыщики, для вас главное – найти преступника и закрыть дело. И я могу вам в этом помочь.

– Ну, хорошо, – сказала Ирина, – предположим, мы арестуем этого самого Джорджоне. Что нам делать с вашим чемоданчиком, набитым миллионами?

Загадочный собеседник отвечал на это, что они могут делать с деньгами что хотят. Пусть считают это гонораром за хорошо выполненную работу. Так они готовы услышать адрес?

– Диктуйте, – сказала Ирина.

Оказалось, что передача денег состоится в этом же городе, где они сейчас находятся. Более того, до места ехать совсем недалеко. Вот только передача денег начнется через десять минут.

– Какого же черта вы не позвонили раньше? – взорвалась Ирина.