Анни Кос – Сотня свадеб и другие (не) приятности (страница 1)
Сотня свадеб и другие (не) приятности
Кос Анни
Глава 1
«Если вас накрыло волной неприятностей, оседлайте ее!», — гласила рекламная надпись. С билборда на меня взирала девушка со внешностью то ли топ-модели, то ли чемпионки мира по спортивным танцам: плоский живот, объемная грудь, волосы до талии, тонкой, как ниточка. Красотка улыбалась счастливо и беззаботно, нежно обнимая одной рукой доску для серфинга, на которой, видимо, и планировалось ту самую волну оседлать.
Черт! Черт! Черт!
Я битый час уже стояла на этой дороге, изучая чужие номера, рекламные слоганы и зимнюю непогоду, а пробке конца и края было не видать. За окном машины серый дождь мешался с редким снегом, дворники противно скребли по стеклу, стрелка бензобака медленно, но уверенно ползла к нулю. Телефон, подмигнув мне на прощание радостной алой картинкой с бесконечными заторами — десять из десяти баллов! — отрубился еще минут двадцать назад.
Я бессильно ткнулась лбом в руль и едва не завыла в голос. Нет, в сравнении с людьми, мокнущими под этим недоснегом и передождем на улице, я еще удобно устроилась! Машина, хотя и старая, как египетская мумия, и не даже моя, а сердобольного коллеги, исправно таскала свой ржавый зад по городу, в меру своих скромных сил помогая мне по работе. Жаль вот отдавать ее придется совсем скоро, как только коллега выйдет с больничного. И снова “привет” очередям на автобус, промозглом остановкам и душному метро, набитому пассажирами не хуже, чем консервная банка — шпротами.
Машина — это хорошо. Но на этом весь мой позитив за последние дни и заканчивался, начиналась реальность: трехмесячный испытательный срок на новой работе подходил к концу, а я так и не была уверена в том, что контракт со мной подпишут. Аренда квартиры поджимала, хозяин грозился поднять цену, близких знакомых или родственников у меня в этом огромном городе не было, да и откуда? Только-только переехала, родители и друзья остались в своей провинции, а я вцепилась в эту работу, пахала на ней с утра до вечера: ни личной жизни, ни отдыха, лишь пробки, перекусы на бегу и литры кофе, от которого живот уже сводило.
В реальность меня вернул бешеный сигнал чьей-то машины позади. Отлипнув от руля, я с удивлением обнаружила, что затор начал понемногу двигаться. Со скоростью раненой улитки или коматозного червяка, но впервые за эту четверть часа. Живем! Прощай ненавистный билборд с красивой жизнью, беси кого-то другого!
Я, как могла проворно, стронула свою колымагу с места и поползла вперед со всеми. Минут через тридцать удалось вывернуть с забитой машинами магистрали на прилегающую дорожку, а затем в темные дворы. Слава богу: дом, милый дом!
***
Наскоро закупившись самым необходимым в мелком магазинчике на первом этаже, я поднялась в свою уютную однушку. Ничего особенного, но чистенько, опрятно, кухня приличная (целых пять метров квадратных, есть, где развернуться душе, жаждущей приключений), третий этаж, окна во двор. Летом тут даже мило: цветочки, деревья, детвора на площадке резвится, мамочки с колясками бродят. Сейчас, конечно, серо и невзрачно, но что поделать, декабрь всегда был беспощаден ко всем любителям пикников и прогулок на свежем воздухе. В общем, насладившись позавчерашним супом и оставшимся с утра бутербродом, я завалилась на единственный в квартире диван и занялась отчетом.
Точнее — презентацией. Как и всякому стажеру по окончании испытательного срока, мне надо было предоставить красивенький такой рассказ о том, какая я незаменимая для этой компании, и как всем кругом станет лучше, если я буду продолжать свою трудовую деятельность именно у них в должности младшего аналитика потребительского отдела. Глупость несусветная, правда?
Как будто моя презентация что-то решит. Нас восемь человек на одну вакансию, заметать хвостом перед начальством и строить глазки куратору я не умею, толковых исполнителей кроме меня еще четверо, причем трое из них — мужчины, которые не выскочат замуж, не уйдут в декрет и не бросят работу ради семьи. Поэтому мои шансы на эту должность, скажем так, объективно невелики.
А как хочется-то, мамочки! Нормальная работа, престижная компания, зарплата приличная, расти есть куда! Эх, немного бы везения мне, со временем бы обжилась, родителей из их глухомани забрала, может, и замуж вышла бы, ну что ж я, не человек вовсе?
С вот такими вот мыслями я и просидела до глубокой ночи, старательно обдумывая предстоящее выступление, прикидывая детали, даже немного порепетировала перед зеркалом. Процесс оказался достаточно увлекательным, и вскоре я, замотанная в одеяло, как в римскую тогу, гордо расхаживала по единственной комнате, пафосно декламируя нехитрый текст и размахивая руками для пущей убедительности. Мда, кто б со стороны увидел — точно санитаров позвал.
В общем, спать я легла в четвертом часу и, что вполне ожидаемо, утренний будильник не услышала.
Если вы когда-нибудь видели ошпаренную белку, то вполне можете себе представить мои сборы на работу: прыгая на одной ноге, натянуть колготки, погладить блузу, намазать хоть какой-то бутерброд, причесаться и собрать сумку, и все это за пять минут? Да, так и было.
На пороге меня ждали приготовленные с вечера туфли на высоченной шпильке. Безумное творение какого-то модного дома, доставшееся мне на распродаже с огромной скидкой. Правда, даже скидочная цена немного кусалась, но я решила, что переживу, никто еще не умер от недели на макаронах без масла. Красивые туфли, изящные и стильные, как олицетворение той прекрасной жизни, что ждала меня впереди. Не по погоде, конечно, зато на презентации я точно буду блистать.
Из дома я вышла с третьего раза. Сперва забыла на кухне телефон, вернулась аж с первого этажа. Второй раз — потому что сумочку оставила в прихожей. Твою ж…! Третий — ключи от машины в этой самой сумочке не обнаружились. Пришлось пулей лететь обратно и рыскать по всем полкам и карманам, потратив на поиски еще десять минут точно.
В итоге к машине я подошла, уже безнадежно опаздывая, к тому же злая, голодная и сердитая на весь мир в целом и саму себя в частности. И, наверное, из-за этого и случилось то, что случилось.
Собственно, я даже не поняла, что именно. Наверное, противная вечерняя морось все-таки схватилась тонким льдом на асфальте, а может, это я отвыкла ходить на каблуках, но правая нога внезапно поехала в сторону. Я взвизгнула, теряя равновесие, земля резко вздыбилась, пребольно ударив по затылку, в глазах вспыхнула сотня огней — и меня не стало.
Глава 2
— На сегодня это все. Последняя. Принимаем — и сваливаем, сил же нет никаких.
— Пиши: протокол пятнадцать, дробь шесть “А”, тридцать четыре, восемнадцать. Человек, женского пола, возраст — двадцать два. Волосы — светлые, короткие, глаза голубые с зеленью, рост — сто семьдесят четыре, размер ноги — тридцать восемь. Тип питания — смешанный, но какой-то бестолковый. Магические силы — не обнаружены, опасные заболевания — не обнаружены, критические травмы — не обнаружены. Повреждения — небольшой ушиб, два дня на регенерационной подпитке — и как новая будет. Дальше, смерть в родном мире — случайная. Добавь в скобках, что каблук сломался.
Пауза, чей-то сдержанный смех.
— Серьезно, что ли?
— Да, — в голосе послышалось раздражение. — Внезапное падение, черепно-мозговая травма, несовместимая с жизнью. Не отвлекайся, а то до ночи тут проторчим. Профессия — снова дребедень какая-то ненужная, кем они там вообще работают? Ни тебе каменщиков, ни швей, ни прачек, сплошные блогеры, менеджеры да программисты. Хотя бы лекарша была или учительница, ну и куда ее теперь? Опять социальная адаптация, курсы по культуре и традициям, трудоустройство. Надоело.
— Нам-то что? Инвентаризируем — и по домам.
Сознание вернулось как-то резко. Я была жива, совершенно точно: у мертвых не может так болеть… ну… седалище отбитое. И еще мертвые вроде не мерзнут, верно? Они же трупы, холодные, застывшие и все такое. А мне было дискомфортно до жути, потому что лежала я на чем-то твердом и страшно неудобном. И, похоже, что голышом. Господи, стыд-то какой!
— Пиши имя: Елена, дочь Владимира, интеллект средний, семейный статус — свободна, детей нет, мужа нет, домашних животных нет, даже любовника, погоди, — я с закрытыми глазами и без всякого зеркала поняла, что неудержимо краснею, — нет и никогда не было. Скучная жизнь какая-то, а смерть и вовсе дурацкая.
Ну это уже возмутительно! Кто там настолько наглый, что всю мою подноготную выворачивает с таким цинизмом? Любовников ему подавай! У меня учеба была, университет не самый плохой, хоть и филиал провинциальный. Да я с дополнительных курсов не вылезала: английский, немецкий, основы предпринимательства. Все, чтобы хоть как-то вырваться из мрачных будней и найти свое место в жизни! Чтоб кто-то теперь мне косточки перемывал?!
А, кстати, кто?
Я постаралась разлепить глаза и подняться, но тут же почувствовала на своем голом животе чью-то горячую ладонь, решительно прижимающую меня к странному ложу.
— Да не дергайся ты, — рявкнул басовитый голос. — Переход только завершился, поля не стабилизировались! Слезешь с алтаря — застрянешь между той жизнью и этой. Оно тебе надо?