Анни Кос – Нет места под звездами (страница 31)

- Что за безумные шутки? - голос его оказался ниже, чем запомнила Йорунн, а глаза остались прежними, темно синими с серым отливом у краев. - Эйдан, это на тебя совершенно не похоже. Потрудись объяснить, какой бездны ты послал ко мне гонца, и что за глупости он мне наговорил?

Всадник соскочил на землю, рассерженный, злой, раскрасневшийся то ли от скачки, то ли от гнева.

- Сделаю вид, что просто не расслышал твоего приветствия. И даже не напомню тебе о хороших манерах, как и не потребую от тебя извинений, а они обязательно будут немного позже. Да, к слову, рад тебя видеть!

- Я жду ответа! - получилось нечто, больше похожее на рычание.

- Ты не поздоровался с моей спутницей, досадное недоразумение, которое следует немедленно исправить, - Эйдан махнул рукой в сторону Йорунн.

Из новоприбывшего словно весь воздух разом выпустили. Он побледнел и замер, не в силах подобрать хоть слово. Попробовал что-то сказать, но закашлялся. Эйдану пришлось легонько похлопать друга по спине, чтобы привести в чувства. Впрочем, Йорунн ощущала себя немногим лучше: ноги как к земле приросли, а заготовленные слова разом потеряли всякий смысл.

- Я смотрю, вы оба дар речи потеряли, - протянул Эйдан, переводя взгляд с одного на другого. - Придется говорить мне. Мой гонец не обезумел, равно как и ты сам. Просто…

- Просто я вернулась, Кит из рода Кеттингов, - тихо промолвила девушка, справившись с оцепенением.

Кит шумно вдохнул. Выдохнул. Прищурился, рассматривая Йорунн так, словно та была дичью, в которую надо было попасть с одного выстрела.

- Не молчи, пожалуйста. Скажи хоть что-то.

- Вернулась, значит, - его взгляд был непривычно тяжелым. Кит, которого она помнила, смотрел совсем по-другому. И почти всегда улыбался. - Как просто оказывается - вернулась. А ведь я думал, что тебя уже и в живых нет.

- Так было нужно, - голос ее понемногу становился тверже, хотя в груди расползался противный тоскливый холод. - Я не могла открыть никому из вас правду. Если не захочешь выслушать теперь, я пойму.

- А если захочу? - его глаза прожигали почти насквозь.

- Расскажу все. И буду надеяться, что ты сможешь хотя бы простить меня и не видеть во мне врага.

- А и бездна с тобой, - внезапно махнул рукой Кит, сгребая Йорунн в объятия. - Отлупить бы тебя за такое, да только, боюсь, и без этого тебе не сладко жилось. И, если подумать, не тебе надо передо мной оправдываться, а скорее мне у тебя прощения вымаливать, - он слегка отстранился, крепко сжимая ее плечи и всматриваясь в лицо.

- А ты бы попробовал отлупить, - хмыкнул Эйдан. - Сильно бы удивился.

- И впрямь вернулась. Сон какой-то, - пробормотал Кит себе под нос.

- Да оставь ты ее уже, она больше никуда исчезать не станет. По крайней мере сама по себе, ведь верно?

- Обещаю, - серьезно кивнула Йорунн. - Кит, отпусти, больно.

- Прости, - он тут же убрал руки и улыбнулся виновато. - Не хотел, извини.

- Знаю. Сердишься?

- Конечно сержусь. И злюсь. И радуюсь. И не знаю что думать. И еще мне стыдно настолько, что ерунду говорю.

- Глупости, - она совершенно по-девчоночьи всхлипнула. Страх очередной потери растаял, уступая место слезам облегчения. - Как же я рада тебя видеть! - теперь уже она сама обняла Кита.

- Люди смотрят, - вдруг перебил их Эйдан. - Пойдем, остальное - не для лишних глаз и ушей. Рад, что ты успел приехать до совета - нам понадобится вся поддержка, которая только возможна.

25. Совет

Комната, в которой собирался совет Гилона, выглядела очень похоже на тронный зал Витахольма: мощные деревянные колонны, поддерживающие высокие темные балки, темно-серый камень под ногами, узкие окна от пола до потолка, простор и прохлада даже в летнюю жару. Утренний свет рассекал зал на десяток полос, игрался с пылинками, плавающими в воздухе, пускал отблески от позолоченных узоров, вырезанных на поверхности дерева.

Между колоннами стояли кресла - для самых важных горожан, ремесленников, военачальников. Чуть дальше выстроились массивные лавки, на которых могли расположиться все желающие присутствовать при обсуждении городских дел. Гилон был верен традициям хольдингов - тут все решали общим сбором и каждый мог высказать свои мысли. Однако же принятое решение становилось законом, нерушимым как для его сторонников, так и для противников.

Йорунн ступила под своды зала и замерла на пороге, позволяя всем присутствующим рассмотреть ее.

Сегодня она выглядела безупречно, ровно так, как следовало выглядеть дочери конунга. Волосы заплетены в подобие косы, спускающейся ото лба к затылку, перехвачены бело-золотой лентой. Традиционное платье знатной степнячки, подаренное Аэрин, было украшено по вороту и подолу сложной вышивкой, в которой золотом горели родовые символы дома Хольда. Золотые же фибулы с отчеканенным изображением летящей ласточки скрепляли одежду на плечах, указывая на высокий статус их владелицы. Не хватало лишь одного знака власти - перстня, что принадлежал правящему дому столько, сколько народ Хольда жил в этих землях.

Спокойная уверенность в себе, гордо поднятая голова, осанка истинной властительницы - вот что бросалось в глаза с первого взгляда. И лишь самые близкие люди понимали, что Йорунн волнуется по-настоящему, и что каждый шаг по этому блеклому серому полу выстрадан, оплачен слезами, кровью, годами жизни.

За ее спиной тенями стояли верный друзья юности: Эйдан, Хала и Кит. Лонхат уже занял свое место в зале и теперь внимательно наблюдал за тем, как меняются лица собравшихся.

Адой заметил Йорунн первым и поспешил ей навстречу. Голос его с легкостью перекрыл разноголосый шум в зале, градоправителя привыкли слушать с почтением и вниманием.

- Госпожа, для нас огромная честь видеть вас сегодня в зале советов Гилона, - он развернулся к остальным и громко объявил: - Приветствуйте Йорунн дочь Канита, последнюю в роду Хольда.

В Йорунн впились десятки глаз, рассматривая, разбирая по ниточке каждый завиток вышивки на одежде, отмечая оттенки эмоций на лице. Минуло несколько мгновений -  и по залу прокатилась тихая волна: люди склонялись в приветствии. Адой тоже поклонился: не так глубоко, как наследнице великого рода, но и не настолько пренебрежительно, как самозванке или отступнице. Йорунн кивнула точно выверенным движением. Первый шаг сделан, ее признали.

- Я рада быть сегодня здесь, с вами, - голос ее прозвучал в абсолютной тишине.

Взгляды обжигали, многое смешалось в них: надежда, восторг, любопытство, настороженность, недоверие, пренебрежение. Когда-то давно, в прошлой жизни, Йорунн бы смутилась и сломалась под тяжестью чужих суждений о самой себе. В те времена она хотела бы видеть в глазах людей лишь обожание, признание и поддержку.

Сегодня все было не так. Да, для неё по-прежнему оставалось важно их одобрение, их вера в ее силы и общую победу. Она высоко ценила преданность дому Хольда, однако теперь четко понимала - даже враг может стать союзником, если предложить ему что-то по-настоящему важное.

Среди собравшихся не было тех, кто бы ненавидел ее, но были те, кто по недомыслию, глупости или гордыне позволил себе осудить ее поступки, не разобравшись в их причинах. Йорунн знала, что не станет оправдываться перед этими людьми за сделанный выбор, равно как и открывать истинные мотивы, которыми она руководствуется сегодня. Ей нужно было не их преклонение и бесконечное восхищение, но верность клятвам и союзам.

В полном молчании она прошла через весь зал и опустилась в кресло по правую руку от Адоя Гасти. Он лишь слегка сжал губы, но более ничем не выдал своего напряжения. Третьим свое место занял Дуараг, градоправитель Танасиса, глава торговцев и давний друг детей Канита. Именно его семья, род Дуланак, некогда приняла в гостях юного конунга и его сестру во время их первой поездки по стране.

Толпа шевельнулась, люди рассаживались по лавкам. Те, кому не хватило мест, застыли у колонн и под стенами.

- Позвольте мне поприветствовать всех, кто явился сюда по зову сегодня. Давно под этой крышей не собиралось столько достойных мужей и жен, - начал Адой. - Но, честно сказать, и повода такого не помнит ни королевство Хольда, ни Великая Степь. То, что вы, госпожа Йорунн вернулись к нам после долгих лет отсутствия - чудо. Не скрою, все мы считали вас погибшей и искренне горевали об этой потере. Падение Витахольма поставило под угрозу будущее целого народа, мы выживали как умели, позабыв о гордости и привычках прошлого. К счастью это или к худу, но королевство Хольда, лишившись законного правителя, так и не нашло ему замену. Возможно, мы просто были не готовы смириться с потерей, а может, не явился еще тот, кто был бы достоин высокой чести принять венец Хольда.

Адой сделал небольшую паузу, давая возможность слушателям проникнуться его словами. Затем продолжил:

- Как вы знаете, наше положение сейчас можно назвать шатким миром, хотя никто из присутствующих не сомневается в его недолговечности. Все вы, верные дети рода Хольда, неотлучно были со своим народом в самые печальные часы, пережили скорбное падение, но сумели подняться и протянули руку помощи тем, кто нуждался в ней. Сегодня я обращаюсь к вам, ибо кто, как не вы, имеете право решить будущее нашего королевства?

Градоправитель поднялся с места и вышел в центр зала. Йорунн не видела его лица, но ей этого и не требовалось, не понять, куда клонит Адой из рода Гасти, было крайне затруднительно.