Анни Кос – Нет места под звездами (страница 3)
- Боюсь, его ожидает несколько неприятных открытий. Ситуация непростая, кое-кто назвал бы все произошедшее заговором, а твое поведение - изменой.
- У всего есть причина. Только глупец делает поспешные выводы.
- Я пожертвовал интересами хольдингов, чтобы добиться лучшей судьбы для Недоре - вот истина, которую нельзя отрицать. Осознать себя марионеткой в руках кукловода - не самое приятное чувство.
- Лонхат выслушает меня, что бы ни было между нами.
- А если нет? - Хальвард склонил голову, внимательно наблюдая за Йорунн. - Подумай как будущий правитель. Хорошо надеяться на лучший исход, но готовиться нужно к любому. Мудрость заключается в том, чтобы предусмотреть все возможные итоги и найти пути предотвращения худших из них. Итак?
Йорунн подавила всколыхнувшееся внутри раздражение - он опять был прав, а она упустила факты, поддавшись эмоциям.
- Лонхату потребуются не только слова, но и доказательства. И время. Мы должны ему их предоставить, - наконец сказала она.
- Верно.
- И что вы предлагаете?
- Удержать его от прямого разговора с тобой хотя бы первые дни. У него появится возможность успокоиться и снова услышать голос разума, а не раненого самолюбия.
- Вы запретите мне говорить с ним? - Йорунн удивленно вскинула брови. - И как, по-вашему, мы сможем найти общий язык?
- Успеете позже. Ты слишком нетерпелива. Позволь ему узнать обо всем, что тут происходило, не от тебя, а хотя бы от Ульфа. Дай время осознать, как важна ты для Кинна-Тиате, Недоре и всей империи.
- Я не нуждаюсь в том, чтобы люди шептались за моей спиной! - возмутилась девушка.
- Даже я нуждаюсь, - осадил ее Хальвард. - Ты недооцениваешь силу слова и важность молвы. Сейчас ты стоишь в крайне уязвимой позиции, если хочешь вернуть себе расположение и доверие хольдингов, то придется действовать терпеливо и аккуратно. Позволь мне помочь тебе в этом.
- Это лишнее.
- Йорунн, я запрещаю тебе общаться с послами Великой Степи до тех пор, пока не решу, что обе стороны готовы к этому разговору, - терпение Хальварда было на исходе.
Девушка оскорбленно вскинула голову.
- Вы не имеете такого права. Эти люди - мои друзья и родичи.
- Если это право у кого и есть, то только у меня. Это мои земли, я старше и, поверь, опытнее в подобных вопросах. Кроме того, ты клялась подчиняться мне.
- Тогда вы поступаете низко. Пользуетесь своей властью, чтобы встать между мной и Лонхатом.
- Нет, я пользуюсь своей властью, чтобы удержать тебя от ошибок. И твои слова лишь подтверждают, что я прав, - твердо и абсолютно спокойно закончил Хальвард.
Йорунн вскочила на ноги и уперлась ладонями в стол напротив правителя:
- Я не стану вас слушать. Довольно того, что я лишилась возможности быть тем, кто я есть, на долгие годы.
- Ты сама знаешь, что это не так.
- Тогда разрешите мне увидеться с послами.
- Нет, слишком рано. Из этой встречи не может родиться ничего доброго. По крайней мере сейчас. И ты сама минуту назад согласилась с этим.
- Они - самое ценное, что у меня осталось, - твердо ответила девушка.
Лицо Хальварда на миг окаменело, словно он испытал острую боль. Маг замер, сдерживая резкие фразы, что едва не вырвались на свободу, а на лице его пролегли тени усталости и глубокой тоски.
- Твоей прошлой жизни уже нет, наследница рода Хольда. И тебя уже нет. Ты - совсем не тот человек, которым была до войны. Я хочу защитить тебя от новых страданий, не более того.
Йорунн опустила голову.
- Я сама выбрала этот путь. Просто хочу знать, что эта жертва не была напрасной, - она подняла глаза, полные слез, на Хальварда. Но тот лишь покачал головой и коротко ответил:
- Нет.
Она выпрямилась - жесткая, твердая, сильная - и зрачки ее наполнились темнотой, внутри которой заплясали искры.
- Тогда попробуйте мне помешать.
Хальварда тоже встал, подошёл к Йорунн совсем близко. Сейчас он показался девушке особенно высоким и угрожающим. Тьма возникла в мгновение ока и окутала фигуру правителя, высасывая яркий солнечный свет из комнаты.
- Осторожнее, девочка. Ты забываешься.
Минуту они стояли друг напротив друга, глядя прямо в глаза. Но вот Йорунн дрогнула, отвернулась, а затем опустилась в кресло и спрятала пылающее лицо руками. Хальвард повёл плечами и тени вокруг него рассеялись. Он очень внимательно рассматривал тонкую фигурку ещё пару минут, затем резко развернулся и вышел, не сказав ни слова.
3. Через Миату
Лесные владения давно растаяли за спиной, превратившись в чуть уловимую дымчатую полосу темно-зеленого цвета. Хольдинги уже почти пересекли безлюдные дикие просторы, отделяющие Золотую Империю от остального мира. Земля тут поднималась плавными волнами, напоминая о лежащих впереди горах.
Когда Лонхат впервые увидел заснеженные вершины, опоясывающие горизонт с запада на восток, то замер в восхищении. Непривычная, опасная, надменная красота белых пиков завораживала. Среди острых, как клыки хищников, гор, плыли облака, цепляясь за склоны, силясь перебраться на другую сторону неприступных природных стен. Кажое утро пики окрашивались в золото и багрянец, а длинные синие-сиреневые тени стелились у подножий, скрывая от непрошенных гостей свои тайны.
Люди в этих местах не селились, но на подступах к склонам отряд обнаружил отлично вымощенную дорогу. По-видимому, границы свои герцогство Недоре охраняло тщательно - прокладывать и ремонтировать никому не нужный тракт не стал бы самый расточительный правитель.
Чужое внимание хольдинги ощутили сразу, как только начали первый подъем. А когда добрались до седловины, путь им преградили хорошо вооруженные воины. Командир сторожевого отряда не выглядел удивленным, пожалуй, он знал о предстоящей встрече. Не вызвали у него вопросов ни чуждые непривычные имена, ни цель, ради которой степняки забрались так далеко от дома.
Лонхата и его людей проводили в крепость Эльтре, где они смогли отдохнуть после долгой дороги и изнурительного подъема. Через семь дней степняки вновь отправились в путь, но теперь в сопровождении воинов герцога сумеречных земель.
Хольдингам была в диковинку новая страна: зеленые, заросшие перелесками склоны, плавно сбегающие с гор в долину, скалистые уступы, обрывистые ущелья, бурные пенные перекаты рек в стесненных горами руслах.
Однако больше всего Лонхата интересовали подданные герцога. Годы приучили воина читать по глазам то, о чем не говорят с первым встречным. Ловить жесты, выражения лиц, и по увиденному судить о том, как людям живется. Слушать разговоры получалось не всегда, жители Миаты предпочитали местное наречие всеобщему языку. Оно было непривычным, слишком тягучим и напевным, различить в нем хотя бы отдельные знакомые слова не удавалось, но старик очень скоро научился угадывать общее настроение собеседников.
Лонхат чувствовал, что воины, сопровождавшие его, были собраны и внимательны, но совсем не враждебны. Отметил, что местные жители не убегали при виде вооруженного отряда. Скорее даже наоборот: многие приветственно махали руками, кто-то улыбался, иные разглядывали чужаков с неприкрытым интересом. Впрочем, по большей части все были заняты своими делами. Жизнь любого человека, возделывающего землю, всегда основательна, размерена и подчиняется природным ритмам. Сейчас в долине буйствовала весна, полевых работ было множество, а значит и времени на пустые разговоры никто не тратил.
Ехали не спеша, на ночевки останавливались на постоялых дворах. Вечерами вокруг Лонхата и его спутников собирались толпы любопытных. Никто не лез с расспросами и разговорами, но старик видел, с каким искренним интересом разглядывают их одежду, коней, как внимательно прислушиваются к незнакомой речи.
Иногда к хольдингам подходили самые любопытные и храбрые из местных и жестами просили разрешения потрогать что-то из оружия. Лонхат не отказывал. А однажды к отряду пристала настоящая стайка детворы под командой светловолосой бойкой девчушки лет пяти на вид. Она отчаянно заикалась от волнения, щеки ее пылали маковым цветом, но все же любопытство пересилило робость и она что-то пролепетала тоненьким срывающимся голосочком, показывая руками в сторону.
Лонхат честно старался понять, чего именно от него хочет девчонка, но признав полное поражение, обратился к одному из сопровождающих.
- Она просит позволения покормить вашего коня, - пояснил воин. - Говорит, что никогда не видела такого огромного животного. Ее отец держит в этом деревне конюшни, но и там подобного скакуна не найти.
Старик подавил улыбку и, как можно строже глядя на малолетнюю шалунью, ответил:
- Я разрешу ей, только если она пообещает вести себя смирно и послушно.
Воин перевёл, и девочка тут же согласно закивала, всеми силами заверив, что будет вести себя примерно. Из глубокого кармана платья она выудила яблоко и чисто вымытую морковь, а потом с надеждой уставилась на грозного седого воина из чужой страны.
Лонхат провёл девочку на конюшню, за ними тут же увязалась толпа детворы. Младшие не решились заходить в стойло, а вот те, кто был постарше, изо всех сил тянули шеи, чтобы рассмотреть коня получше. Лонхат подхватил малышку на руки и поднял повыше, усадив на сгиб локтя. Второй рукой ласково потрепал коня по шее, тихо нашептывая что-то ему на ухо.
Умный конь фыркнул, но посмотрел на ребёнка добродушно. Мягкие губы осторожно ухватили за хвостик морковку, затем так же аккуратно подцепили с раскрытой детской ладошки сладкое яблочное подношение. Девочка потянулась и несмело погладила коня по носу - знакомство состоялось успешно.