Анни Кос – Королевский брак, или Не трать мое время (страница 5)

Ни у одних карманных часов, даже самых магических, не нуждающихся в подзаводе, зачарованных от потери или кражи, не могло быть такой витиеватой магической структуры. Ни одни карманные часы, сколь угодно сложные и дорогие, не имели двойного циферблата, один из которых лежал в подпространстве. В конце концов, ни одни карманные часы не шли одновременно в двух направлениях, отсчитывая время вперед и назад.

Передо мной лежал очень опасный, очень старый, очень сложный и до безумия прекрасный артефакт магии времени. Той самой, запрещенной, стертой из памяти мира советом Архитекторов еще бог знает сколько веков назад.

От неожиданности я дернулась и резко подняла глаза. Острый, холодный, расчетливый взгляд мужчины напротив пробил меня навылет, заставив отшатнуться от стола. Наверное, стоило притвориться, что я ничего не поняла, выдавить какую-то глупую шутку о бабушкином наследстве и отправить незадачливого клиента в часовую мастерскую, но мне банально не хватило самообладания.

С жуткой отчетливостью я представила, что со мной сделают службы магического контроля, если узнают об этой находке. И с не меньшей — что со мной сделает загадочный клиент прямо тут и сейчас, пикни я хоть на полтона громче нужного.

Жить мне хотелось. Очень сильно.

Эньян Эдвард понял все мгновенно и перемахнул стол одним прыжком. Молниеносным движением схватил мое запястье, не позволяя дотянуться до кнопки активации тревожного сигнала, оттеснил к шкафу у стены, вжал в него всем телом. И что мне делать? Бить клиента магией? Если на нем щиты, то вместо нападения будет сплошная провокация с неизвестными последствиями. А если щитов нет, я могу убить человека, кто знает, насколько у него сердце здоровое. Я шумно выдохнула, да так и не успела вдохнуть снова.

Глава 5. Хронометр

— Не делайте глупостей, энья Колти, — голос мужчина не повысил, но от угрожающей интонации у меня все внутри сжалось. — Вы согласились на неразглашение, а я шутить не люблю.

Он склонился к моему лицу, неторопливо провел тыльной стороной ладони по моей щеке, опустился ниже, задержав руку под подбородком. Я судорожно сглотнула: вот же вляпалась!

— Дышите, Грейс, дышите. И давайте поступим так, — он, словно играясь, прижал пальцы к венке на моей шее, — я сейчас отойду и не буду мешать вам делать свою работу. Вы закончите с заказом, получите оплату, после чего мы оба забудем об этой встрече. Обещаю, что больше не потревожу ни вас, ни других работников лавки. Ну, идет?

Он замер в ожидании моей реакции.

— Больно. Рука, — сипло выдохнула я.

Кажется, он только сейчас заметил, что слишком сильно стиснул пальцы.

— Простите.

Стальная хватка разжалась, да и сам эньян отступил на полшага назад, позволяя мне пошевелиться. Впрочем, питать иллюзии было бы глупо: с такой скоростью реакции этот человек опаснее ядовитой змеи.

— Грейс? Вы в порядке? — мужчина щелкнул пальцами у меня перед самым носом.

А я лихорадочно соображала. Кроме странного клиента, нас в лавке всего трое: я, счетовод и моя напарница в торговом зале, совсем еще желторотый птенец. Я, конечно, могу немного потрепыхаться и даже поднять шум, но вряд ли кто-то из прохожих зайдет узнать, что тут происходит. Брэм мне не защита, для высокого человека низкорослый гоблин не опаснее пятилетнего ребенка, а Эдвард явно не новичок в вопросах применения силы. Я потерла покрасневшую руку и невольно поморщилась.

— Так как? Мы договорились?

Эдвард сделал еще полшага в сторону, ровно настолько, чтобы мне открылся вид на раскрытую коробку.

— Ну же, Грейс. Неужели вам неинтересно? Держу пари, в академии вам не показывали подобных штуковин, разве что в разобранном и совершенно нерабочем виде. Не бойтесь, вся ответственность за происходящее лежит на мне, как и прописано в договоре.

Троллева печенка, да что ж такое-то? Ну да, мне интересно. Ну да, не показывали. Ну да, это уникальная возможность. Узнай о которой служба контроля — меня лишат лицензии и разберут на атомы. Чтоб другим неповадно было.

Я кинула неуверенный взгляд сперва на гостя, потом на артефакт.

— Хорошо, посмотрю. Но не потому, что боюсь вас, — на лице мужчины появилась легкая насмешка, — и не из-за договора. Мне просто слегка любопытно, вот и всё.

Смешок. Приглашающий жест рукой.

— Вы же понимаете, я ничего не могу гарантировать? — лучше уточнить, а то будет потом руки распускать и требовать не пойми чего. — Нас не учили работе с… этим, и даже мои способности интуита могут оказаться бесполезными.

— Понимаю, — спокойно кивнул он. — Но надеюсь на ваше упорство и добросовестность. Если возникнут вопросы, смело задавайте. Я не силен в теории, но кое-какие практические навыки имею.

— Хотите сказать, что пользовались этим?! — сдержать изумление оказалось невозможно.

— Этим хронометром, да, всё верно. — Эдвард обошел стол, что несказанно меня обрадовало, и вынул безделушку из коробки. На его ладони она смотрелась удивительно гармонично, более того, тут же окуталась ровным золотистым светом. — Эта штучка несколько раз побывала со мной в разных передрягах и пару раз спасла мне жизнь. Смотрите, справа ключ завода, слева два колеса настройки, кнопка сверху спускает пружину. Точнее, спускала. В последний раз мне не очень повезло: было падение, затяжное и с очень жестким приземлением. А хронометр — штука нежная.

— С крыши прыгали с уникальным артефактом в руках?

— Вы точно хотите получить ответ? — усмехнулся он.

— Эм, — я стряхнула с себя оцепенение и аккуратно забрала вещицу. — Не уверена.

— И правильно.

Я честно активировала структуру артефакта и попыталась разобраться в том, что вижу. Как и ожидалось, это было прекрасно и дико одновременно. Пересечения в двух подпространствах, запутанные направляющие, целые клубки указателей и разветвлений, половину из которых я не встречала даже на чертежах. И всё же какой-то встроенные бесёнок подтолкнул меня всмотреться в этот хаос цепей и связей максимально внимательно. Почти в самом сердце артефакта едва уловимо пульсировала тонкая магическая жилка. Точнее, вспыхивала, роняя искры с оборванного конца.

— Ну, что скажете? — не выдержал Эдвард. — Шанс исправить ситуацию есть?

— Шанс есть всегда, — ляпнула я рассеянно и только потом сообразила, что, вообще-то, лучше оставить опасное открытие при себе. — Но не с моим опытом и знаниями. Слишком сложные структуры, непонятен принцип действия.

— Но вы могли бы разобраться? — не собирался отступать Эдвард. — Изучить, провести пару экспериментов?

— Нет. Поймите, одно дело — интуитивно определять участок поломки и восстанавливать фрагменты, пользуясь стандартными схемами. Совсем другое — чинить весь механизм, не зная принципа его работы. На одних только догадках — это самоубийство. В сломанном состоянии даже бытовой осветительный кристалл может быть опасен.

— Двойная плата, — уперся мужчина. — Тройная, если надо. Любые эксперименты, но под моим контролем и при личном присутствии.

— Ну знаете, — возмутилась я. — Моя лаборатория — мое личное дело. Пункт договора девять-шесть.

— Я никуда не пойду, не получив ответа, — показное дружелюбие Эдварда как ветром сдуло. — Вы ведь можете его исправить, правда, Грейс?

Наши взгляды пересеклись. Мне пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не дрогнуть и не потупиться. Да что там, чтобы просто не залиться краской стыда от такого откровенного вранья:

— Нет.

— Лжете.

— Вы этого не знаете. А если знаете, значит, артефактор-интуит вам не нужен, и вы вполне справитесь сами, — я вернула хронометр на место и захлопнула коробочку. Такие искушения надо держать подальше от жадных глаз, особенно от своих.

— Энья Грейс, вы обаятельная, одаренная и, похоже, неглупая девушка, но играете с огнем. Я ведь и не так вежливо могу попросить, — Эдвард небрежным жестом расстегнул сюртук, скинул его на кресло и добавил как ни в чем не бывало: — Жарко тут у вас.

Он повернулся к окну, как бы случайно демонстрируя шикарнейший арсенал метательных ножей за поясом. Вот же гад, так и знала, что до угроз дойдет.

— Просто наши арендодатели, матушка Роза и её супруг, мастер Шестопер, очень любят тепло. А мы как раз ждем их в гости после обеда, — неожиданно вклинился в наш разговор скрипучий голос.

К двери мы с Эдвардом развернулись одновременно, я — с тревогой, он — с каким-то сложночитаемым выражением лица. Удивлением? Настороженностью?

Брэм застыл в проходе, небрежно опираясь плечом о косяк. Маленькие глаза многозначительно поблескивали поверх спущенных на нос очков, а на лице застыло выражение, которое я бы трактовала как «с нетерпением жду уточняющих вопросов». Прямо день неожиданных откровений: Брэм, оказывается, умеет казаться внушительным.

— Мастер Шестопер, говорите? Знакомое имя, — не разочаровал нас покупатель.

— Тот самый, собственной персоной, — гоблин вальяжно потянулся, разминая спину. — Большой друг нашей Грейси. Любит её как родную дочь.

— Вот как? — быстрый взгляд в мою сторону.

Я же лихорадочно соображала, что именно успел услышать Брэм и какого лешего он теперь несет: гостей мы не ждали, да и с дражайшим супругом матушки Розы общались от случая к случаю. Я даже едва не произнесла это вслух, но вовремя одумалась. В конце концов, расспросы подождут пару минут, сейчас главное — отделаться от опасного заказа.