Аннетт Мари – Жулики-Призраки и прочие негодяи (страница 22)

— К делу! Мы все пытаемся поймать Фальшивого Призрака.

— Я не ловлю людей. Я их убиваю.

— И мы хотим спасти людей, которых он похитил, — ответил я. — Наши интересы серьезно пересекаются. Я знаю, что никого тут это не радует, но это может сократить нам время. Что у тебя есть для нас?

Зак оттолкнулся от стола, его зловеще яркие зеленые глаза были суровыми.

— Позволь уточнить, Кит. Не ты тут главный, а я. Я буду решать, что вам раскрыть, когда вы докажете, что у вас есть что-то полезное для меня. И если вам это не нравится… — он указал на заброшенную стройку. — Вы не уйдете, пока я не решу, что вы можете.

Если бы ситуация не была такой напряженной, я был уверен, что Линна бормотала «Я тебе говорила» за моей спиной.

Я повернулся к Призраку, уже не улыбаясь дружелюбно.

— Ты так говоришь, но все наоборот.

Я напал на его разум, разделил себя дважды. Два двойника отошли от моего тела. Три Кита повернулись к нему, и он прищурился.

— На самом деле, Зак, — сказали мы втроем, мой голос разносился эхом, — ты не уйдешь, пока я не разрешу.

Я не знал, убедил ли его в своей силе, потому что себя я не убедил. Но блефовать я умел.

Еще два Кита вышли из других. Пять двойников окружили его, все мы улыбались с вызовом. Мы невинно пожали плечами.

— Если не хочешь проверить, каково сражаться с моей напарницей — гением отрицания, кстати — когда ты не можешь доверять зрению, обонянию, слуху или даже ощущениям.

На последнем слове я добавил ощущение ладони, давящей Заку между лопаток. Он отдернулся и отчасти обернулся, ничего не увидел, даже двойника, за собой.

Его взгляд скользнул по одинаковым Китам со всех сторон, словно гадал, был ли хоть один настоящим, или фальшивыми были все. Улыбка медленно изогнула его губы. Она не была дружелюбной. Она не была даже изумленной. Это было холодное осознание.

— Интересно, — он приподнял бровь. — Но я не буду делиться информацией первым.

Я недовольно выдохнул, и двойники пропали.

— Ладно, я буду первым. Мы с Линной получили дело: поймать Призрака, который похитил очередного подростка. Мы стали проверят улики, но попали на след того придурка, а не тебя. Мы не знаем, кто он, почему он подражает тебе, или какой из вас хуже.

Зак фыркнул с подавленным изумлением. Может, я пробился сквозь его прочный панцирь.

— Так что карты на стол, — закончила я. — Говори нам, кто он.

— Не знаю.

Линна закатила глаза.

— Да ладно!

— Я ничего о нем не знаю, — уточнил Зак, — только то, что он работал на Варвару Николаеву. Он был вовлечен в ее торговлю людьми. Я подозреваю, что он был во главе.

— Если он — торговец людьми, почему он не попадался нам? — осведомилась Линна. — Мы — МП.

— Ты сам ответил на свой вопрос, — Зак скрестил руки. — У Варвары были верные лейтенанты на каждом углу в глубинах Ванкувера, они контролировали все ее операции, чтобы ей не нужно было показываться или пачкать руки.

— И ты охотишься на них, — решил я. — Уничтожаешь все, что она построила, и всех, с кем она была связана.

— Да.

— Потому что она уничтожила твою ферму?

Темный гнев вспыхнул в его глазах.

— Отчасти.

Его тон предупредил меня не лезть в эту тему, и я отступил к нашей цели.

— Этот лейтенант… ты больше ничего о нем не знаешь? Имя? Класс мифика? Любимый ресторан?

— Судя по репутации среди других людей Варвары, он мог найти кого угодно и заставить их исчезнуть без следа.

— Другие люди Варвары? — сказала Линна. — Кто они? Мы можем их допросить?

— Я бы показал вам их могилы, но не хоронил их.

Ох. Избегая строгого взгляда Линны, я быстро сказал:

— Подросток, которого он похитил вчера, пропал в воздухе, по словам свидетеля. Все другие дела были брошены к моменту, как пропала жертва. Он стоял за всеми похищениями?

— Сколько у вас дел?

— Тридцать шесть.

Линна нахмурилась.

— Я думала, их было тридцать три.

Я покачал головой.

— Тридцать два подростка, трое взрослых, которые не вяжутся с другими, и недавняя жертва.

— Покажите мне, — сказал Зак.

Линна выпрямила руки, перестав их скрещивать, и убрала ладони в карманы.

— Файлов при нас нет.

— Но это не проблема, — я взмахнул рукой. Шесть фотографий жертв появились, как плакаты, с именами и возрастом под ними. Не желая создавать сразу тридцать шесть фотографий, я менял их по шесть за раз, как делал в казино. Хорошо, что я много времени провел, изучая файлы.

Зак разглядывал фотографии.

— Ты психик, это я понял, но какой вид?

— Искажатель, — ответил я, добавив в ответ гордости.

Он задумчиво поджал губы, но не комментировал. Может, не хотел признавать, что еще не слышал о таком.

— Включая недавнюю жертву, тридцать три подростка. Большая часть — у бродяжки или сбежавшие из приемной системы, насколько я понимаю, — я показал фотографии взрослых. — А еще эти трое. Взрослые, успешные в обществе мификов. С семьями и работой.

— Какие даты их исчезновений?

— Похищения подростков растянулись на шесть лет, но взрослые пропали за последние четыре недели.

— Филип Шелтон, — прочел Зак имя офицера «M&L» в Ванкувере. — Он и вчерашний парень пропали после того, как я убил Варвару пять дней назад.

— И? — спросила Линна.

— Это значит, что лейтенант Варвары был не так ей верен, как она думала. Он принял контракт на Филипа Шелтона. Нет других объяснений того, почему он напал на кого-то после ее смерти, особенно, на взрослого.

— Он нашел клиента с деньгами через два дня после смерти своего бывшего босса? — пробормотала Линна. — Это быстро.

— Слишком быстро, — сказал я. — Он уже пополнял свой доход злодея похищениями.

Зак сексуально кивнул. Как кто-то мог кивать сексуально? Может, из-за стального взгляда. Мне нужно было попробовать.

— А подростки? — Линна вытащила ладонь из сумки. — Это были похищения по контракту, как Филип, или для торговли Варвары?

— Я создал карту мест похищений, — сказал я, пока мои товарищи разглядывали фотографии. — Думал, это поможет отыскать район, где живет Фальшивый Призрак.

— Как это сработает? — недоверчиво спросила она.

— Это называется географическое профилирование, — я вытащил телефон и стал листать свои файлы. — Преступники обычно хотят безопасную зону между местами преступлений и домом, но они любят охотиться на знакомой территории. Если данных достаточно, в теории можно найти дыру в центре мест преступления — район, где живет преступник.