Аннетт Мари – Утерянные талисманы и текила (страница 40)

Наконец-то, решения.

Я отвернулся от груши. Спокойный. Сосредоточенный. Я сосредоточился на силе, которую никогда не мог принять полностью, ведь часть сознания всегда боялась демона во мне и того, что он мог сделать.

Я развернулся и взмахнул ладонью, рассекая пустоту. Воздух мерцал как клинок.

Нижняя половина груши рухнула на пол, посыпался песок. Верхняя половина раскачивалась с цепи, едва потревоженная клинком воздуха, который ровно рассек кожу.

Мы с Этерраном смотрели на пострадавшую грушу.

Я ушел. После быстрого душа я поспешил подняться с полотенцем на поясе и телефоном в руке. Минуя гостиную, я взглянул на мужчину на диване.

Жирар приглядывал за мной, перевел взгляд с телевизора на меня. Дариус убедился, чтобы я не был один, пока Аарон и Тори не вернутся. Он, Жирар и Алистейр — и они, кроме Аарона, Кая и Тори знали мою тайну — по очереди приглядывали за мной.

— Как ты? — спросил Жирар с тревогой и горем в глазах.

Он уже горевал за меня, а я еще даже не умер.

— Порядок, — я игнорировал его взгляд на моих шрамах, которые я редко выставлял напоказ. — Иду спать.

— Хорошо.

Я поднялся по лестнице и ушел в свою комнату. Я запер дверь, снял полотенце и оделся в боевое снаряжение. Я надел длинные перчатки с металлом на костяшках и локтях. Я замер и прислушался. Телевизор гудел внизу.

Сообщение Тори было на экране, когда я разблокировал телефон, и горло сжалось. Я выбрал другое имя в списке контактов, быстро ввел сообщение и отправил.

«Она поведется?».

«Вот и узнаем».

Я прошел к окну спальни. Стараясь не шуметь, я открыл окно.

Прыжок со второго этажа не был проблемой — мне даже не нужно было смягчать падение ветром. Воздух напомнил легкие холодом, когда я глубоко вдохнул. Решимость пылала в груди, прогоняя отчаяние, которое впивалось в меня после того, как я чуть не погиб от рук Варвары.

— Это сработает? — прошептал я в тишине ночи. — Робин не отдаст ответы просто.

«Потребуемся мы оба».

Я кивнул. Оба. Кроме коротких моментов в бою, мы не работали вместе с моего побега из коммуны восемь лет назад. После того, как я обрек семью на смерть.

Я уходил от дома, надеясь, что не повторю худшую ошибку.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Я почти полетела в Солт-Лейк-Сити на личном самолете синдиката Ямада, но какое-то должностное лицо выше Макико по рангу решило, что ему лететь на Бермуды ради гольфа важнее, и самолет заняли до нее.

Так что мы не путешествовали роскошно, а Аарон арендовал прицеп для мотоциклов Кая и Макико и прицепил его к своей машине, и мы отправились в поездку, которая занимала четырнадцать часов, по Орегону, южному краю Айдахо и Юте.

Даже с задержками, пока мы искали прицеп, мы все еще отправились в дорогу на полчаса раньше Блейка. Он не был рад сдутому колесу, но, как я с сочувствием сообщила ему, я понятия не имела, что стало с его шиной. Это точно была не я.

Может, он и не поверил.

Я проспала почти всю ночь, используя плечи Джастина, Кая и Аарона как подушки, когда они садились рядом со мной в тесноте на заднем сидении.

Десять часов спустя, во время остановки в Туин-Фолс, Айдахо, я села за руль. Поездка была простой, даже скучной. Дорога была прямой, пейзаж — без выделяющихся черт, прерии. Блейк догнал нас, его джип обогнал меня, и мне пришлось следовать за ним.

Через час я уже скучала по тошнотворным поворотам на пути в Энрайт.

Смутно знакомая поп-песня звучала в колонках, ее заглушал тихий храм Аарона. Кай сидел сзади, а Джастин вел джип Блейка, чтобы террамаг мог поспать.

Макико сидела на пассажирском месте рядом со мной, вытянув короткие ноги, прикрыв от усталости глаза.

Я хотела презирать ее. Да, я презирала ее, но не так сильно, как обычно. Она не жаловалась за долгие часы в джипе. Она не командовала, не скалилась, и даже предложила сесть за руль.

Когда она не портила жизнь Каю, она была почти терпимой.

— Итак, — тихо сказала я, — ты хочешь помочь нам убрать демона из Эзры, чтобы Кая не обвинили в укрывании демонического мага.

— Да. Я уже это объясняла.

— Ты могла бы просто убить Эзру, — холодно отметила я. — Обычно криминальная семья так делает, да?

Она выпрямилась в сидении, пронзила меня ледяным взглядом.

— Демонические маги редко умирают без боя. Убийство могло раскрыть Эзру как демонического мага, привлечь внимание МП.

Я хмыкнула.

— А я думала, что в твоей черной душе есть хоть капля сострадания.

Она помрачнела.

— А ты — идеальный ангел, Тори? Тебе не приходилось принимать тяжелые решения или вредить любимым, чтобы защитить их?

Я не смогла подавить то, что вздрогнула.

— Я не заставляю никого покинуть семью и жить во лжи.

— Но сделала бы это, если бы только так можно было спасти их жизнь, — сухо парировала она. — Не отрицай. Ты не отличаешься от меня.

— Я не такая, как ты.

— Ты пробралась в ЛА, проникла в участок МП, рискуя собой, жизнью Кая и своей гильдией. Разве ты не спасала так друга? Ты готова поступать хуже ради любимого, что и делаешь сейчас, — она махнула на шоссе, тянущееся к горизонту.

— Ты не спасаешь Кая. Ты просто хочешь его себе.

— Пока ты громила участок МП, я была в ЛА, просила дать Каю жить.

Я посмотрела на нее.

— Семья узнала, что он виделся с другой женщиной. Оябун позвонил мне и сказал, что отдаст приказ.

— Какой приказ?

— Казнь Кая, — она резко выдохнула. — Он сказал мне из вежливости, ведь я помолвлена с Каем. Я поспешила в ЛА, чтобы убедить его дать Каю еще шанс.

Я вспомнила, как Кай рассказывал мне, что получил анонимное сообщение, предупреждающее, что «эта игра» закончилась.

— Ты… убедила его?

— Я поклялась, что Кай важен, и его нельзя казнить, что он может исправиться. Оябун сомневался, — она смотрела в лобовое стекло. — А потом Кай появился в ЛА, и оябун решил дать мне шанс доказать, что я права насчет Кая. Если я не справлюсь, оябун окажется прав, и он отдаст приказ.

Фермерские угодья вдоль дороги из коричневых, присыпанных снегом, стали желтыми в снегу, а потом снова коричневыми. Я взглянула на Макико, удивляясь тому, как она недовольно изогнула губы.

— Я знаю, что ты думаешь, — тихо сказала она. — Ты видишь, что он несчастен, и думаешь: «Зачем спасать его жизнь, если он просто страдает?». Но когда он заслужит место и власть, которая придет с этим местом, он отыщет снова цель.

— А если нет? А если он не сможет быть счастливым там?

— Он будет.

— Откуда ты знаешь?

Она поджала губы.

— Потому что он был счастлив со мной.

Я повернула голову к дороге, стиснув зубы. Шины шумели на асфальте, с ними шумели помехи по радио. Я посмотрела в зеркало заднего вида, проверяя, что пассажиры крепко спали.

— Люди растут, — прошептала я. — Они меняются. Я знаю его не так долго, как ты, но Кай, которого я знаю, слишком независим, чтобы счастливо следовать чьим-то правилам.