Аннетт Мари – Трилогия алой зимы (страница 78)

– Широ! – охнула она, пытаясь отстраниться и чувствуя, как к щекам приливает горячая кровь.

– Отпущу, когда у тебя губы перестанут быть синими! – прорычал он, сжимая руки сильнее.

Растерянно моргнув, Эми сдалась и позволила прижать себя к груди. От Широ исходил жар, и она, окутанная теплом со всех сторон, ощутила, как дрожь постепенно отступает. Ноющие мышцы расслабились, и Эми осторожно устроила голову у Широ на плече. Она закрыла глаза, вдыхая его лесной аромат с ноткой дыма, не имеющей ничего общего с костром.

– Кицунэ? – пискнул голосок.

Широ повернулся. Эми выглянула из-за края плаща и увидела на немалом расстоянии от костра четверку рыжих ёкаев. Перед ними лежала еще одна груда хвороста.

– Человеку станет лучше? – неуверенно спросил их предводитель.

– Если не станет, я сожгу ваш лес дотла.

Маленькие ёкаи побелели.

– Широ, они не виноваты, – прошептала Эми. – Я не увидела ручей…

Он пронзил ее взглядом и зарычал. Она захлопнула рот так быстро, что клацнула зубами. Кицунэ снова посмотрел на кодама.

– Прочь!

Те поспешили убраться, обиженно поглядывая на Широ, и скрылись в ближайших деревьях.

– Мелкие вредители, – проворчал кицунэ, стискивая Эми до боли.

– Широ…

– Не начинай! – рявкнул он. – Ты чем думала? Это тебе не безобидные детки, с которыми можно поиграть. Кататься с горы… падать в ручей на таком морозе… – Широ снова зарычал. – Люди хрупкие! Веди себя осторожнее.

Эми заставила себя расслабиться. Он слегка разжал хватку, вновь позволяя ей легче дышать. По сравнению с ёкаями люди действительно более хрупкие, и она наконец поняла, почему Широ так раздражен – не из-за гнева, а из-за страха. Он не знал, насколько люди хрупки, и не представлял, насколько опасно им промокнуть до нитки на холоде без возможности укрыться в тепле.

– Прости, – шепнула Эми, прижавшись к его груди щекой. – Они мне угрожали, так что пришлось им подчиниться.

Она ощутила, как Широ глубоко вздохнул.

– Нельзя было оставлять тебя одну.

Эми хотела возразить, что постоянный надзор ей не нужен, но передумала: когда дело касалось ёкаев, ей и правда была необходима помощь.

Выпростав из-под плаща руку, Эми распустила хвост, чтобы волосы поскорее высохли – и вдруг поймала взгляд Широ. Его лицо было совсем рядом… Она тут же утонула в образах того, что случилось в прошлый раз, когда они были так же близко, и ее взгляд невольно опустился на его губы.

Опомнившись, Эми мигом спрятала руку под плащ и обхватила себя. Ее щеки жарко вспыхнули.

– Выглядишь поживее, – заметил Широ, на удивление не прокомментировав вожделение, с которым она на него уставилась. – Румянец помогает.

Эми раскраснелась еще сильнее и хмуро взглянула на него.

– Помогает чему?

– Из ручья ты выбралась белой как снег. Синие губы, стеклянные глаза. Как будто вот-вот умрешь.

– Холод не убивает людей мгновенно, – сухо сообщила Эми. – Окунешься в такую воду, сам посинеешь.

– Я – нет. Холод меня никогда не волнует.

Она вскинула брови.

– Ну, почти никогда. – Широ криво усмехнулся в ответ на ее скептический взгляд. – В моей крови огонь, малышка-мико.

Эми с облегчением улыбнулась. Ее кицунэ вновь стал собой. Она не знала, как справляться с его плохим настроением и агрессивными попытками ее защитить.

– Почему ты улыбаешься?

– П-просто так.

– Все еще холодно? – Широ снова обнял ее крепче. – Сделать костер больше?

– Нет, я в порядке, – поспешно ответила она, не желая объяснять, что запнулась вовсе не от дрожи, а от страха, что он как-то прочитает ее мысли. – А кто такие эти кодама? – спросила она, чтобы сменить тему.

– Древесные духи. Сами по себе они слабенькие, не о чем тревожиться, но если их много, да еще и в родном лесу, то их силы ужасают. Они, похоже, весьма обрадовались человеческому питомцу.

– Питомцу?!

– Если бы ты попала к ним одна, то наверняка застряла бы в Цучи на пару-тройку десятилетий, прислуживая кодама и развлекая их, пока не наскучила бы этим вредителям.

– Десятилетий?.. – прошептала Эми, снова похолодев, и прижалась к Широ.

– Разве у людей нет сказок о том, как ёкаи похищают детишек или вроде того? Нынче подобное происходит нечасто, но легенды-то правдивы. Некоторые ёкаи предпочитают есть людей. Другие… – Широ пожал плечами. – Впрочем, я удивлен, что они посчитали тебя обычной смертной, а не… хм.

Он вдруг склонил голову и принюхался.

– Собственно говоря, от тебя и в самом деле уже не так сильно разит ками, как несколько дней назад. Я еле различаю запах.

– Гуджи Ишида дал мне новый омамори, чтобы скрыть мою ки, – произнесла Эми, безуспешно стараясь отодвинуться.

– Хм-м. – Кицунэ уткнулся носом в ее волосы и снова втянул воздух. – Понятно, почему кодама ничего не заметили. Теперь, чтобы уловить запах ками, нужно быть очень внимательным.

– Широ! – Эми увернулась от него, снова пылая от стыда.

– Что?

Она стиснула зубы, не желая делать ему замечание, что нюхать ее вообще-то не очень вежливо с его стороны, – и не желая, чтобы он почувствовал, как у нее колотится сердце, – и поспешно попыталась перевести разговор на другую тему.

– А как же легенды про то, как Тэнгу похищает людей и пленяет их в волшебных мирах?

Широ выпрямился и весело фыркнул.

– А вот эти легенды не очень-то правдивы. Цучи разве покажется человеку волшебным миром? И ты можешь представить, как Юмэй похищает людей? Да плевать он на них хотел. Впрочем, среди его карасу есть проказники. Они, сдается мне, могли бы и украсть человека.

– Его вороны, кажется, просто хотели меня съесть.

– Карасу нынче другие. Много столетий назад они были куда могущественнее. – Широ рассеянно уставился на танец огня. – Давным-давно Тэнгу был повелителем не только на словах. Он правил своими землями, а за его спиной стояли военачальники-карасу, и армии зверей беспрекословно повиновались его воле.

Эми сразу же заметила, как переменилась его речь – голос стал ниже, фразы плавнее, изящнее. Его рассеянный взгляд устремился в прошлое, и нечто древнее проснулось в глубинах его глаз.

– Что изменилось? – ровным тоном поинтересовалась она, стараясь оставаться расслабленной, несмотря на сосредоточенность на его воспоминаниях.

– Бремя правления его утомило, – медленно, протяжно ответил Широ, по-прежнему всматриваясь в пламя – или же в мир прошлого, видимый лишь ему. Говоря с Эми, он словно не осознавал ее присутствия. – Его военачальники отправились на поиски собственной славы, а сам он угнездился в горной долине, оставив войны другим, лишь наблюдая, и память о нем по-прежнему жива.

– Каким он был раньше? – тихонько спросила Эми.

– Беспощадным, несомненно. За время в уединении нрав его смягчился, но разум не померк.

– Когда вы впервые встретились?

– Впервые? Я не…

Взгляд кицунэ вдруг сфокусировался. В замешательстве нахмурившись, он посмотрел на нее – и на краткий, ужасный миг в его пустых глазах не отражалось ничего, будто он не узнавал ее.

– Широ? – прошептала Эми.

Он моргнул.

– Эми?

Она судорожно выдохнула.

– Ты в порядке?