Аннетт Мари – Трилогия алой зимы (страница 132)

– Инари влюблен, – пробормотала богиня после долгого молчания. – Как интересно.

– Тебя это не тревожит? Он и без того уязвим и сломлен. Пережил множество смертей, утратил память, стал заложником своего слабейшего облика на десятки лет. А теперь потерял голову от любви к человеку, которого вскоре уничтожит та же амацуками, что его предала.

– Не будь Эми обречена, через несколько десятилетий она состарится и умрет. Он это знает.

– Разве он об этом задумывается? В нынешнем состоянии ее потеря сведет его с ума.

– Быть может… – голос Узумэ стал тише настолько, что Эми пришлось напрячь слух. – Смертные всегда меняются и подстраиваются. За свою жизнь они способны множество раз влюбиться и разлюбить, но бессмертным подобное чуждо. Мы почти никогда не меняемся. И все же Инари стал иным. Он изменился – и так сильно, что я не удивлена, как Юмэй не сумел узнать его раньше. Инари живет как смертный. Он испытывает то, что мы не способны даже представить.

– К чему ты клонишь?

– Угадать, что ждет его дальше, невозможно. Продолжит ли он любить и после ее гибели или же смирится с потерей, как свойственно смертным?

– А что, если он обречет себя на столетия неотступной скорби, потому что не сумеет вспомнить, что такое любовь для бессмертного?

– Думаешь, за столь короткий срок он смог так сильно полюбить?

– Не знаю.

Куницуками умолкли.

Все так же лежа на боку в высокой траве, Эми крепче прижала лиса к себе. Он фыркнул и спрятал нос под хвост, продолжая крепко спать.

Столетия скорби. Что, если Сусаноо прав? Неужели Широ любит ее так сильно, что эта любовь, эта печаль останется в его бессмертной душе навсегда?

Нет, он не любит ее так сильно. Он заботится, боится ее потерять, но он – бессмертное божество. Инари, куницуками огня, не станет скорбеть о смертной девушке, которую знал каких-то пару месяцев из своего долгого существования.

По щеке скатилась единственная слеза. Он не любил ее так, чтобы его душа навеки изменилась, но Эми боялась, что ее собственную душу уже перекроило его пламя.

– Нет никакой возможности, – сказал им Сусаноо, – помешать Изанами открыть Небесный мост.

Сидевший Юмэй взглянул на него, положив руку на приподнятое колено.

– Так тебе сказал Сарутахико?

Когда Сарутахико пришел в себя, Эми, Юмэй и Широ все еще спали. Прежде чем Узумэ забрала его в более безопасное место, дабы он восстановил силы, поговорить с ним успел лишь Сусаноо. Эми так и не увидела его лица – или по крайней мере думала, что не увидела. Может, она уже его забыла, неспособная удержать воспоминание о нем смертным разумом.

Теперь они вчетвером сидели на летней поляне земного царства, окруженные туманным лесом долины цучигумо. Они не могли оставаться там долго – без Узумэ весеннее пристанище вскорости должен был окутать туман.

– Сарутахико не знаком со всеми подробностями ритуала для открытия Моста, – ответил Сусаноо. – Однако он вполне уверен, что Изанами уже добыла все необходимое – или вот-вот добудет. Впрочем, как только Мост отворится, ее ждет новое препятствие. – Сусаноо постучал пальцами по колену. – Как объяснил Сарутахико, Мост не откроет один лишь путь к Такамахаре. Он – это пересечение миров с множеством дорог, ведущих в земное царство, Цучи, Йоми и Такамахару. Если Изанами выберет неверный путь, она может навеки застрять в мире мертвых или недрах Цучи.

– Она не станет так рисковать. – Широ, полулежащий рядом с Эми, задумчиво потер челюсть большим пальцем. – Предположу, что есть надежный способ определить верную дорогу.

– Всего один. И зовется он Амэ-но-Нубоко, драгоценное небесное копье. Когда старые боги закладывали Мост, для его стража они создали это копье, и оно направит своего владельца на путь, по которому он жаждет пройти.

– Страж Моста, – повторил Широ. – То есть копье принадлежит Изанаги, а значит, оно уже в руках Изанами. Зачем Изанаги прятать его от сестры?

– Именно так я и сказал Сарутахико. Изанами предельно тщательно подготовилась к каждому шагу – неудача ее постигла лишь в убийстве камигакари Аматэрасу. – Сусаноо посмотрел на Эми, затем перевел взгляд обратно на Широ. – Однако, судя по всему, Нубоко – орудие такой силы, что обращение с ним вызывает дрожь глубинной магии царств. Дрожь, которую способны уловить куницуками и амацуками.

– Даже если она не использовала его недавно, – произнес Широ, – это еще не значит, что она им не владеет.

– Вероятнее всего, оно где-то запечатано под защитой Изанаги. Насколько Сарутахико смог вспомнить, копье в последний раз перемещали шесть или семь столетий назад, а Узумэ уверена, что на протяжении двух лет оно оставалось на месте.

Эми подалась ближе.

– Изанами наверняка оставила копье на месте, чтобы не привлекать внимание его перемещением. А значит, у нас есть шанс добраться до него первыми.

– Если мы его найдем, – заметил Юмэй. – И если пробьемся сквозь защиты, которыми они с Изанаги его окружили.

Широ развалился на траве, подпирая себя одной рукой.

– Изанами, скорее всего, делает ставку на то, что мы не успеем обнаружить ее вовремя. Она знает, что, только возьмет копье в руки, мы его выследим. Она не раскроет ни свое убежище, ни расположение копья вплоть до последнего момента.

– Изначально она намеревалась открыть Мост без малейшего сопротивления, – произнес Сусаноо. – Она задумала держать нас четверых в плену, удерживать Аматэрасу в Такамахаре и заручиться поддержкой Изанаги и Цукиёми.

– Ну, вышло у нее не очень-то хорошо, – самодовольно заявил Широ. – Ей предстоит столкнуться со всеми куницуками.

– И с Аматэрасу, – добавил Сусаноо.

Веселье Широ тут же испарилось, глаза помрачнели. Сердце Эми сжалось, и она опустила взгляд, не давая разгореться искре тревоги.

– Как нам обнаружить копье? – нарушил давящую тишину Юмэй.

Когда никто не ответил, Эми прижала ладонь ко лбу, вспоминая все, что знала о ками.

– Вы говорили, что Изанаги упрятал копье в надежном месте. А что может быть надежнее земель, где он обладает наибольшей властью? Копье, наверное, хранится в одном из крупнейших храмов, где его защитят, даже пока Изанаги в Такамахаре.

– Изанаги зачастую там и остается, – заметил Сусаноо. – Земное царство ему не по нраву, и нисходит он лишь при необходимости.

– Тогда копье оберегают его поданные и слуги храма. – Эми помассировала виски пальцами. – Если храмы Изанаги не так уж отличаются от тех, что принадлежат Аматэрасу, то готова поспорить, что о копье должны быть записи. Подобное всегда упоминается в летописи храма.

– Думаешь, такое стали бы записывать? – спросил Широ. – Не рискованно ли?

– Они могут не знать, что именно им доверили, но хоть какие-то сведения о божественном артефакте, который хранится у них невесть сколько лет, должны упоминаться. – Эми вопросительно взглянула на Сусаноо. – Разве до затеи Изанами у Изанаги была причина именно прятать копье? Или достаточно было просто его оберегать?

– Вряд ли он стал бы его прятать, – ответил куницуками бури. – Даже если о том, где оно, узнают, кто посмеет напасть на слуг Изанаги?

Эми хотела было взглянуть на Юмэя, но сдержалась – тот наверняка не оценил бы напоминание о болезненном прошлом.

– Более того, – продолжил Сусаноо, – копье – отнюдь не та добыча, которую стремятся заполучить многие ёкаи. Любой, кто возьмет его в руки, столкнется как с амацуками, так с куницуками.

– В таком случае, – произнесла Эми – думаю, нам стоит начать поиски с крупнейшего храма Изанаги.

Широ закатил глаза.

– Уверена, что не хочешь объявить Изанаги войну с несколько бо́льшим изяществом? Если мы подберемся к какому-нибудь из его главных храмов, он не будет сидеть сложа руки.

– Вам троим лучше держаться подальше, – согласилась Эми. – Но в таких храмах всегда полным-полно мико. Одной больше, одной меньше… Строятся храмы чаще всего по схожему принципу. Я могу туда прокрасться, найти архив и выбраться, не вызывая никаких подозрений.

Широ и Сусаноо переглянулись.

– Эми, – медленно произнес куницуками бури, – ты должна понять: Изанаги – не просто глава амацуками. Он – единоличный правитель Такамахары и всех ками. Его сила… непреодолима. И если ты войдешь в его цитадель…

Ее нутро сжалось от страха.

– Изанаги не в земном царстве, – вмешался Юмэй.

Сусаноо вскинул голову.

– Что?

– Его камигакари готов, но сам он все еще в Такамахаре. Скорее всего, как и Аматэрасу, дожидается солнцестояния.

– Откуда ты знаешь?

Юмэй взглянул на Эми, и та с пониманием улыбнулась. Однажды он уже искал амацуками по ее просьбе – когда девушка пыталась выяснить правду о своей судьбе.

Ее сердце забилось чаще.

– Чем скорее я попаду в храм, тем лучше.

– Ты не отправишься в крепость врага в одиночку, – прорычал Широ.

– Я могу…

– Инари прав, – перебил Юмэй. – В одиночку риск чересчур велик.

– Но никто из вас не может пойти со мной. Нужен тот, кто способен смешаться с толпой. Такой же человек.