Аннетт Мари – Охота на злодеев. Без экипировки (страница 15)
– Не сейчас, – предостерегла я его, протирая здоровой рукой лицо и чуть не сбив очки во второй раз. – За нами могут наблюдать. Ты должен вести себя как порабощенный демон.
Он крепко сцепил зубы. Его руки повисли, как плети, по бокам, ноги неестественно напряглись. Вот бы мы остались одни, чтобы он мог поддержать меня. Мне не хотелось, чтобы мы изображали сильного жесткого контрактора и безмозглого раба-демона.
Всхлипнув, я потянулась к его руке. Кожа на костяшках была разорвана, по пальцам медленно стекала кровь.
– Прости! – прошептала я. – Я должна была сразу предупредить тебя, что нет смысла бить голема.
Откуда он мог это знать? Он ничего не знал о колдовских штучках, на которые способны люди. Хоть Зуилас и был воином, но я была его источником информации – его проводником в нашем мире. И сегодня я подвела его.
Склонившись над его рукой, я осторожно надавила на каждую кость под кровоточащими суставами, проверяя, не сломаны ли они.
– Не думаю, что кости сломаны, – прошептала я. – Похоже, что все в порядке.
Его пальцы предупреждающе сжались, и я услышала позади себя тяжелые усталые шаги.
– Он чувствует боль? – спросила Тори. – Демоны обычно выглядят такими пустыми, как марионетки…
Ее мрачный тон удивил меня. Мало кто думает о страданиях демона.
– Да, – ответила я, осторожно надавив на сустав большого пальца Зуиласа. – Все демоны чувствуют боль. Неважно, связаны они контрактом или нет.
Тори уставилась на раненую руку Зуиласа, а затем встряхнулась.
– Нам нужно идти, – она стряхнула песок, прилипший к штанам. – Мы должны вернуться в «Ворон и Молот».
– Мы? – спросила я, отпуская руку Зуиласа.
– Ты должна пойти со мной. Нам может понадобиться твоя помощь.
– Почему?
Она взглянула на огромного голема, лежавшего ничком.
– Потому что за три прошедших дня было совершено три нападения на три разные гильдии. Значит, следующей целью может стать «Ворон и Молот».
Она двинулась через парковку, а я поплелась следом, мучительно вскрикивая от боли на каждом шагу. Зуилас устало шагал за мной, стараясь не шевелить хвостом. Я рассматривала, что стало с улицей после битвы с големами: разрушенное здание гильдии, из которого валил дым, а внутри все еще пылал огонь, разбитый асфальт и покореженные автомобили на парковке, лежащие без сознания люди – раненые, а может, и погибшие, – упавший двуногий голем и четырехлапые чудовища, которые все еще валялись на боку и светились магией. Посреди всего этого хаоса стояли маги «Глаза Одина». Их бледные лица были перепачканы сажей, а в глазах читалась ярость.
Когда Зора описывала два предыдущих нападения, мне и в голову не приходило, что они могли быть такими… Но теперь, собственными глазами увидев жестокость, я вдруг представила, что та же участь может ожидать и мою гильдию.
Глава 7
Здоровой рукой я закрыла дверь Атриума Арканы и защелкнула замок. По двери пробежали мерцающие магические волны; приглушенные голоса в пабе на первом этаже стихли; колдовство, запечатавшее комнату, было настолько сильным, что блокировало и шум, и магию.
Внизу в пабе толпились члены гильдии. Все они слышали о нападениях на «Рыцарей Пандоры», «Морских Дьяволов», а теперь и на «Глаз Одина», и собрались в штаб-квартире. После атаки они все поспешили сюда, правда, неизвестно с какой целью: чтобы морально поддержать пострадавших или чтобы помочь защитить нашу гильдию от возможного нападения.
Еще раз проверив двери, я наконец выдохнула.
– Все в порядке, Зуилас.
Вспышка алого света – и вот он уже стоит рядом. Я кивнула на круг в центре комнаты:
– Можешь исцелить свою руку. Никто не узнает, что ты использовал магию.
–
– Не называй меня так! Я не неуклюжая. Я падаю, только когда…
Его рука неожиданно обвилась вокруг моей шеи, и он прижал меня к плечу.
Я удивленно охнула, когда кожаный ремешок его доспехов врезался мне в щеку.
– Отпусти м… – пропищала я.
Он обхватил меня второй рукой чуть повыше локтя, и боль тут же накрыла меня с головой. Я начала всхлипывать, и в этот момент по руке потекла холодная магия.
– Ты повредила руку. Кости не на том месте, а другие части… я не знаю ваших слов… Другие части тянутся не туда.
Я повернула голову, чтобы было легче дышать, очки сдвинулись набок.
– Со мной все будет нормально. Ты должен исцелить свою р…
Демон слегка оттолкнул меня, и прежде, чем до меня дошло, что именно он хочет сделать, он уже расстегнул молнию на моей куртке. Придерживая меня за плечо, Зуилас аккуратно снял с меня куртку и отбросил ее в сторону.
– Не делай так, – едва сдерживая слезы боли, произнесла я.
Он был очень осторожен, но все равно волны боли то и дело пробегали по моей руке.
– Я ее только купила.
– Помолчи,
Обхватив мою руку чуть выше локтя, он оттянул ворот свитера и вцепился в него зубами, разрывая ткань.
– Зуилас, – дернулась я. – Не…
Несмотря на его попытки не трогать мою руку, движение было слишком резким. Комната закружилась, и я уткнулась лицом ему в грудь, в глазах все расплывалось. Очки с грохотом свалились на пол.
Он стянул с меня свитер, оставив меня в майке. Я взглянула на свою руку… но Зуилас успел подхватить меня, чтобы я не рухнула на пол. Я не могла как следует разглядеть свой локоть, потому что его прикрывала куртка. Но он… Локти выглядят по-другому. Совсем не так, как мой.
Пока я шумно дышала, демон спокойно изучал сустав.
– Сначала я его вправлю. Я уже делал тебе так с пальцами,
Напоминание о том, как изгой из «Красного Рома» методично вывернул мне половину пальцев, не облегчило головокружение.
– Хорошо.
Повисла долгая пауза.
– Сильно болит?
– Я справлюсь, – слабо прошептала я.
Он крепче сжал мою талию.
– Я знаю
Я уже хотела сказать, что справлюсь и без заклинания, но боль была невыносимой, а процесс исцеления будет еще больнее.
– Пожалуйста, попробуй на мне.
Его теплые пальцы легонько коснулись моей щеки:
– Я начну с малой дозы
Я лишь молча кивнула. Сначала я почувствовала покалывание, а затем меня обдало жаром, который разливался по всему телу, смывая боль.
– Ох, – выдохнула я. – Как хорошо. Мне намного лучше.
Наклонив голову, я улыбнулась. Почему-то при виде моей улыбки в его глазах мелькнула озабоченность.
–
– Ну почему ты такой противный. Зачем ты меня так называешь? Разве ты не можешь сказать мне что-нибудь хорошее? Или хотя бы называть меня по имени? Мне нравится мое имя. Оно классное. Мама часто называла меня маленькой птичкой, потому что малиновки[1] – это птички и…
– Ты можешь встать?
Оттолкнув его, я встала, сильно шатаясь.