Аннетт Мари – Хаос с доставкой. Для профи (страница 68)

– Его позвали работать в ОМП.

– Что?

– Да, специальным консультантом по всей этой херне, что сейчас творится с Демоникой. – Амалия потрепала Сокс по ушам. – До них дошли сведения, что призывать демонов больше не получается, – ну, и понеслось.

– Они только сейчас начали догадываться? Четыре месяца прошло.

– Да, но призыватели же народ скрытный, сама знаешь. Никто не хотел признавать, что потерял контакт. Все прощупывали конкурентов, придумывали отговорки для клиентов и все такое. Пока они начали соображать, что призыв накрылся окончательно, много времени прошло.

– Хм… Но дядя Джек-то тут при чем?

– Призыватели в панике, они начали экспериментировать, комбинировать ритуалы призыва с другой магией и тому подобное. Папа помогает ОМП прикрыть это дело, пока оно не зашло слишком далеко.

– А-а.

– Угу. Кто бы мог подумать, что он наконец найдет применение своим сомнительным талантам. Отец считает, что через год-другой это все уляжется. Просто нужно подождать, пока они не оставят свои попытки. – Она ухмыльнулась. – Мы могли бы, конечно, ускорить процесс – рассказать Магиполу, что с призывами покончено навсегда, но Дариус говорит – сами разберутся. Не хочет привлекать к тебе внимание. Особенно после… после всего, что было.

«Все, что было» – это обвинения в незаконной практике Демоники и в заключении незаконного контракта. Однако маскировка Зуиласа оказалась удачной. В битве за «Ворона и Молот» меня видели десятки людей, а моего демона не видел никто. Не сумев доказать, что я совершила что-то противозаконное, ОМП снял с нас все обвинения.

– Мне не хотелось бы снова привлекать к себе внимание ОМП, – согласилась я. – Не хочу иметь в личном деле запись о том, что я причастна к отмене Демоники.

– Вот именно. И кстати, об отмене Демоники – у папы есть своя теория на этот счет. Как только контракторы поймут, что замены их демонам больше не будет, они начнут обращаться с ними бережнее. А это значит, что демоны станут чаще переживать своих контракторов и возвращаться домой.

– Хорошо бы. Ужасно странно думать, что в конце концов контракторов вообще не станет.

– Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. – Амалия взъерошила Сокс шерсть, и кошечка, уже почти взрослая, растянулась у нее на коленях. – Хорошо, что это больше не будет семейным бизнесом, да?

Посмеиваясь, я снова оглянулась на дверь – посмотреть, насколько уже светло.

– Мне пора.

– Да и мне, наверное, тоже. Пришла новая ткань, которую я заказывала, надо бы пойти забрать.

Новая ткань? Это почти с гарантией означало, что Амалия увлечется шитьем и опоздает на вечеринку.

– Ты мне на той неделе позвонишь? – спросила она.

– Как только окажусь там, где мобильная связь работает.

Она беспокойно поморщилась.

– Не могу поверить, что ты собираешься целую неделю слоняться по джунглям. Это сумасшествие.

– Мы не слоняемся. Мы хотим посмотреть водопад Анхель. – Я подняла брови. – Самый высокий водопад в мире, помнишь?

– Ну что такого особенного может быть в водопаде? Стоит оно того, чтобы потом пиявок с ног отдирать?

– У меня есть специальные носки от пиявок. И да, это того стоит.

– И на типи эти полезешь?

– Тепуи, – поправила я.

– Ну да, на эти столовые горы, про которые ты рассказывала.

Я закатила глаза.

– На той неделе все расскажу. До скорого.

– Ладно, до следующей недели, – согласилась она. – Да, и не забудь ответить на Зорино электронное письмо. Она говорит, Дрю с Венерой замучили ее вопросами, когда ты приедешь, чтобы всем вместе собраться.

– Я ей уже написала. Они просто хотят, чтобы я привела Зуиласа. Будут приставать к нему с расспросами.

– Конечно, будут, – легкомысленным тоном ответила Амалия. – Не каждый день выпадает шанс поговорить с демоном.

Я фыркнула.

– Ты совсем иначе к этому отнеслась, когда узнала, что Зуилас умеет говорить.

Она только отмахнулась.

– Ладно, иди. Передавай там от меня привет этому рогатому засранцу.

Я отключилась и сунула телефон в водонепроницаемый карман в рюкзаке. Потом сгребла со стола последние оставшиеся вещи и торопливо вышла в открытую дверь.

За дверью была крытая веранда. Крышу над ней поддерживали тонкие бревенчатые столбики. За перилами, среди сочной зеленой травы, торчала горстка деревьев с искривленными стволами и пышными кронами, а за ними открывалась широкая гладь Рио Каррао. На противоположном берегу, на фоне восходящего солнца, поднимались в небо тепуи, и легкие полупрозрачные облака цеплялись за их плоские вершины.

Между двумя колоннами был натянут плетеный гамак, а в нем полулежала фигура, освещенная золотистыми лучами утреннего света. Длинный тонкий хвост свисал с края гамака, его шипастый конец лениво подергивался.

Мои босые ноги зашлепали по каменным плитам, лицо растянулось в улыбке.

Зуилас запрокинул голову, чтобы взглянуть на меня. Его багровые глаза слабо светились, одна сторона лица была освещена рассветным солнцем. Я разулыбалась еще шире, подбежала к нему и тоже забралась в гамак.

Его рука обвила меня, я прижалась к его боку и раскрыла большой фотоальбом. Его альбом с разными пейзажами на каждой странице.

И мы собирались увидеть их все своими глазами.

Начали мы с той самой горы в Орегоне, подъем на которую я ему обещала. К этой странице в альбоме уже была прикреплена наша фотография того же места. Я была на ней одна – демоны, как выяснилось, настолько магические существа, что их нормально не сфотографируешь, – но Зуилас делал снимок на мой фотоаппарат, так что можно считать, что это и его фото, пусть даже его на нем не видно.

Еще несколько фотографий было прикреплено к другим страницам, а в моем гримуаре, он же дневник, появилось много заметок о том, куда мы намеревались отправиться дальше.

Дядя Джек наконец отдал мне мое наследство и научил инвестировать деньги законными способами. О его более «креативных» предприятиях я и слышать не хотела. Я получила выплату по страховке моих родителей, сумму за продажу дома моего детства и премию от ОМП за убийство Тахеша, так что теперь могла еще долго не думать о деньгах.

И это было хорошо: мне не хотелось беспокоиться о поисках работы. Нам с Зуиласом нужно было увидеть еще столько всего, включая сегодняшний пункт назначения.

Я взяла в руки альбом. Подпись мелким шрифтом в самом низу страницы гласила: «Сальто Анхель, Венесуэла».

– Ты готов?

– Hnn. – Он склонил голову набок. – Гора высокая. Заберемся?

Я перевела взгляд с него на фото и обратно.

– Три тысячи двести футов, Зуилас. Правда, в Орегоне мы уже поднимались на гору, но это отвесная скала. И слишком высокая.

– Слишком высокая, – усмехнулся он. – Какой смысл просто смотреть, когда можно подняться, na?

Я увидела в его глазах знакомый упрямый блеск. Ну что ж, впереди у нас двадцать миль по джунглям – будет время отговорить его от этой затеи.

Я захлопнула книгу.

– Хочешь еще раз посмотреть карту?

– Я помню карту. – Он забрал книгу у меня из рук. – Не волнуйся, amavrah. Будет весело.

– Не очень-то весело карабкаться на утес высотой в три тысячи футов, – пробормотала я.

Зуилас положил книгу на кафельный пол рядом с гамаком.

– Ты уже собралась?

– Угу. Если ты готов, можем выходить.

Он поднял взгляд к золотистому горизонту и плывущим облакам.

– Рано еще.

Я устроилась поудобнее рядом с ним и стала смотреть, как золото разливается по горизонту. Рука Зуиласа обнимала меня, гамак раскачивался под легким ветерком, развеивавшем лишнюю влажность.