Анне-Катарина Вестли – Уле-Александр идёт в школу (страница 20)

– Мама опять всё перепутала, – вздохнул Уле-Александр. – Но подкрепиться тоже надо.

Как ни странно, из других окон им ничего не кинули.

– Пойдёмте ко мне считать, – предложил Уле-Александр.

В первом дворе им подали пятачок, а тётя Петра набила в свой свёрток много монеток по одному и два эре, и сколько там получилось денег, было пока непонятно.

– Мне пора домой, – вспомнил Оливер. – Я обещал сварить картошку к маминому приходу, а мне ещё в магазин надо зайти.

– До завтра! – сказал ему Уле-Александр на прощание.

Дома мама помогла им сосчитать деньги. Набралось девятнадцать эре.

– Это слишком мало, – вздохнул Уле-Александр. – Нам надо сорок крон.

– Зачем вам так много денег? – удивилась мама.

– Нам надо заработать Оливеру на велосипед, а он стоит сорок крон.

– У-у, – задумчиво протянула мама. – Я думаю, что самое простое – устроить ярмарку у нас в доме. Мы попросим всех, кого знаем, прийти и купить билет.

И мама тотчас позвонила тёте Петре. Ничего лучше она и придумать не могла: тётя Петра загорелась идеей ярмарки. Она вспомнила массу странных прекрасных предметов, которые она может пожертвовать на продажу. Уле-Александр тоже пересмотрел все свои игрушки и решил, что отдаст грузовик. Мама испекла три каравая вкусного хлеба и пирог, а Монс притащил две старые вешалки.

Ярмарка была назначена на среду, но все дни до неё у ребят было очень много дел.

Наведываться к Оливеру они не успевали, а сам он думал, что знает их пока слишком мало, чтобы заявиться к ним без приглашения. Он с радостью вспоминал тот день, когда они ходили по дворам и пели. Денег на велосипед они, конечно, не набрали, ну и ладно. Зато ребята добрые и хотели ему помочь. Оливер только не мог понять, почему они больше не приходят, почему не хотят с ним разговаривать. Какие-то они всё-таки странные. Сперва были злые, потом стали добрые, а теперь никакие.

Оливер расстраивался зря, но он же ничего не знал. Просто мама Уле-Александра сказала, что, может, и неплохо заранее не рассказывать Оливеру о ярмарке. Вот будет для него сюрприз, если они наберут денег ему на велосипед!

В среду ровно в четыре часа тётя Петра позвонила в дверь квартиры Уле-Александра.

– Прошу прощения, благотворительная ярмарка проходит здесь? – спросила она так, будто никогда в глаза не видела ни Иду, ни Монса, ни Уле-Александра.

– Здесь, – ответил Уле-Александр. – Не хотите ли купить билеты?

– А сколько стоит один билет?

– Десять эре, – сказал Уле-Александр.

– Десять эре, – повторила Ида.

– Десять эре, – добавил Монс.

– Большое спасибо, поняла. Тогда я хочу десять билетов, чтобы выиграть этот грузовик, десять – для кружки с трещиной, пятнадцать билетов – для вешалки, потому что мне их вечно не хватает, и пять вот для этого клубка шерсти.

– Это очень дорого тебе будет, – шёпотом сказал Уле-Александр.

– Да уж, – кивнула тётя Петра и достала монетку в десять крон.

– Вот, получите, пожалуйста. А сдачи не надо, пусть пойдёт на хорошее дело.

– Ничего себе! – восхитился Уле-Александр. – У нас уже десять крон и девятнадцать эре! Отлично!

Потом пришли бабушка с дедушкой, и родители Иды, и родители Монса, и даже соседка Уле-Александра.

Дедушка вёл себя странно. Войдя, он сразу подошёл к ярмарочному столу и сказал:

– Пять билетов, пожалуйста.

Купил и сел на диван. Но через короткое время подошёл к столику снова:

– Пять билетов, пожалуйста.

И так он говорил каждый раз.

– Представляете, теперь мы вообще не знаем, сколько у нас денег, – сказал Уле-Александр.

Мама купила несколько билетов за Кроху, папа – за Пуфа, Монс, Ида и Уле-Александр купили по три билета каждый. Но вот настало время разыгрывать билеты. Мама принесла огромную кастрюлю, они сложили в неё все билеты, и Монс, Ида и Уле-Александр стали по очереди тянуть их. Прежде чем запустить руку в кастрюлю, они каждый раз крепко зажмуривались.

Тёте Петре достался грузовик, который отдал Уле-Александр, дедушка выиграл клубок шерсти, а родители Монса, к большой их радости, – два маминых каравая. Пуфу досталась треснувшая кружка, а Крохе – вешалка. Уле-Александр получил пирог, который испекла мама, а Ида с Монсом – по карандашу.

На этом ярмарка закончилась, но тётя Петра и бабушка с дедом остались. Им не терпелось узнать, хватает ли денег на велосипед. Тётя Петра считала, мама пересчитывала.

– Тридцать восемь крон и пятьдесят эре, – сказала она наконец. – Не хватает всего полторы кроны.

– Столько наверняка есть у меня в копилке, – сказал Уле-Александр. – Я коплю с Нового года.

Он достал ключ, открыл копилку, и мама помогла ему отсчитать полторы кроны.

– Сколько сейчас времени?! – громко крикнул Уле-Александр.

– Без четверти пять, – ответила мама.

– Успеем! – сказал Уле-Александр. Он схватил пакет с деньгами и выскочил за дверь, Ида и Монс бросились следом, и они со всех ног припустили в магазин.

– Нам нужен трёхколёсный велосипед, – прохрипел запыхавшийся Уле-Александр. – Вот сорок крон. Пожалуйста!

– Трёхколёсный велосипед? Извольте получить, – ответил продавец.

И принёс красивый синий велосипед.

– Вам его упаковать? – спросил он для порядка.

– Нет, не надо, – ответила Ида.

Они вывезли велосипед на улицу и покатили. Уле-Александр вёл за одну ручку, Монс – за другую, а Ида сидела на седле.

– Только бы он был дома, – сказал Уле-Александр.

Оливер, как всегда, стоял около своего дома. Сегодня, похоже, тоже Уле-Александр играть не придёт и остальные не придут. Надо мне придумать себе занятие, подумал он и нарисовал классики. Когда ребята подошли, он как раз прыгал в дальнем углу.

– Привет, Оливер! – закричала Ида. – А вот и мы.

Он очень обрадовался, ребята это сразу увидели. Но он смотрел только на них, не на велосипед.

– Закрой глаза, – сказал Уле-Александр. – Тебе сюрприз.

Ида слезла с велосипеда, и они бесшумно подкатили его к ногам Оливера.

– Открывай! – сказали они хором.

Оливер открыл глаза и посмотрел. Он смотрел, смотрел, смотрел. Потом осторожно коснулся велосипеда пальцем.

– Он твой, – сказал Уле-Александр. – Ты можешь сесть на него.

Оливер всё ещё не сказал ни слова. Он осмотрел колёса, седло, потом аккуратно сел на велосипед и покрутил педали.

– Он ездит, – сказал Оливер и улыбнулся во весь рот. – Катится. По-настоящему.

– Мы сбегаем за нашими великами и поедем в парк кататься, все вчетвером, – предложил Уле-Александр.

Оливер всё так и улыбался. Какой же он был счастливый, когда катил вслед за ребятами в парк по гладкой красивой дороге! Но, когда они два раза объехали весь парк, он сообразил, что давно хочет им что-то сказать.

– Спасибо, – сказал он.

– Хм, – пробормотал Уле-Александр. – Ты тоже зарабатывал на него деньги. Помнишь, мы петь ходили?

– Да, конечно, – ответил Оливер и покатил дальше.