Anne Dar – Узник (страница 7)
С Максом мы проводили ежедневно минимум час вместе. Он иногда заходил ко мне на работу и я позволяла проводить себя до дома, но с появлением узника в моей жизни, я перестала приглашать Макса в дом ссылаясь на жуткий беспорядок, не смотря на его настойчивые попытки проникнуть внутрь. Он мне нравился, честно, как только может нравится друг – он всё это время был со мной рядом, если не учитывать онлайн-переписку с друзьями и менее частые созвоны, он – единственный, с кем я в живую так много общалась за прошедшее время. Однако я понимала, что я не смотрю на него, как на парня, которого хотелось бы поцеловать. А он на меня так смотрел. Это мешало нашему общению, поэтому
Взяв пирог у дряхлой старухи с доброй улыбкой и необычайно синими глазами, я поинтересовалась её самочувствием, поблагодарила за подношение и отправилась к своему дому. Оставив тарелку с пирогом на крыльце, я открыла дверь в дом, после чего развернулась и зашла за северную стену дома, к которой прильнул сарай с дровами. Набрав большую охапку, я отправилась назад, и уже выходя из-за угла в испуге дёрнулась. Передо мной стоял высокий Макс и смотрел на меня своими большими черными глазами. Одно полено свалилось с верхушки пирамиды, которую я несла с немалым усердием, и чуть не отбило мне мою многострадальную правую ногу, но я вовремя подпрыгнула и еще два полена полетело к моим ногам.
– Что ты здесь делаешь? – Не очень дружелюбно спросила я.
– Бабушка сказала, что передала тебе пирог и я подумал, что мог бы составить тебе компанию за чашкой чая, – весело ответил Макс, нарочно не замечая моего недовольного тона в вопросе, подобрав три упавших полена и сейчас идя за моей спиной.
– Напрасно ты так думаешь, – ответила я, остановившись на крыльце, напротив открытой входной двери, – сегодня я хочу провести вечер с котом. Можешь положить это сверху, – сказала я, указывая взглядом на поднятые им поленья.
– Но кот не умеет рассказывать анекдоты, – укладывая поленья поверх всей охапки, отшутился он.
– Хорошее замечание, но сегодня в другой компании я не нуждаюсь.
С этими словами я закрыла входную дверь ногой и отправилась к камину, который находился между кухней и прихожей, вглядываясь своим открытым черным ртом в гостиную. Аккуратно уложив дрова возле камина, я выглянула в окно, и дождалась, когда Макс скроется за входной дверью своего дома, после чего отправилась за очередной охапкой дров. Когда я возвращалась из сарая с третьей охапкой, я остановилась и, не обращая внимания на тяжесть дров, с минуту смотрела вверх, на нависающие прямо над головой низкие серые тучи. Они словно замерли над моим домом и не собирались двигаться с места, ожидая, опаздывающего на встречу, поводыря-ветра. На улице было очень тихо, словно вся природа замерла, собираясь с силами перед тяжелой битвой. Было так тихо, что я услышала мерные шаги, доносящиеся через дорогу от меня. Обернувшись я заметила Катерину, тётку Макса, которая быстрыми шагами направлялась в мою сторону. Сделав вид, что я не поняла, что она идет именно ко мне, я отчего-то внутренне напряглась, как напрягаются перед какой-то неизвестной опасностью и таким же быстрым шагом, которым ко мне приближалась Катерина, отправилась к дому. Поспешно заперев за собой дверь, я с грохотом кинула брёвна рядом с прежде аккуратно сложенной кучей дров, после чего раздался стук в дверь. Такой гулкий, мощный, тягучий удар обычно принадлежит мужской части населения планеты, поэтому я немного вздрогнула от удивления, так как ожидала более слабый стук. И откуда в женской руке такая мощь? Пока я рассуждала об этом, в дверь снова постучали. Не знаю почему, но меня эти удары раздражали.
– Что-то важное? – Прокричала я не сходя со своего места так громко, что за дверью меня точно должны были услышать.
– Соль закончилась, не могла бы ты одолжить? – Наигранно молящим голосом попросила соседка.
– Ничем не могу помочь, – всё еще продолжая кричать со своего места, откликнулась я.
– Жаль соли? – Уже более прямым тоном послышалось в ответ.
– У самой закончилась вчера. Сходите к соседке через дорогу.
Еще полминуты я наблюдала через витражные окна прихожей за неподвижной тенью Катерины, но внезапно моё внимание отвлек ощетинившийся кот, который до этого спокойно сидел на подоконнике и смотрел на улицу, а сейчас лихо пробежал мимо меня на кухню. Переведя взгляд с убегающего кота на дверь, я не заметила больше признаков присутствия Катерины на своём крыльце и присела на корточки.
В доме было достаточно темно и очень холодно, поэтому когда огромный чёрный рот камина озарился ярким оранжевым светом, на душе стало немного лучше. Я решила заняться обрядом, который проделывала каждую ночь перед сном, немного раньше, а именно – закрыть огромные шторы в гостиной. Когда дело было сделано я обернулась и посмотрела вверх. Незнакомец сидел неподвижно, облокотившись спиной о южную стену, положив левую руку на левое подтянутое к груди колено и смотрел на неровный разгорающийся огонь в камине.
Подойдя к камину я подкинула пару пален и осталась довольна тем, что после зимы тётка решила почистить его, чем спасла меня сейчас от задымления. Отправившись на кухню я запекла большую, красивую картошку в мундире и состряпала огромную тарелку салата, заправленную моим любимым видом оливкового масла.
С каждым днём мне становилось всё сложнее жить под одной крышей с незнакомцем. Ощущение, будто я преступник, удерживающий против воли человека и выжидающий момента, когда можно будет попросить за него баснословную сумму денег, начинало выжигать меня изнутри. В эти дни мне было очень тяжело психологически, возможно именно это и сказалось на моём прерывистом сне. Однако выпустить незнакомца не зная, переживу ли я этот момент, а если переживу, не вернется ли он по мою душу, я тоже не могла.
XI
Как обычно принеся поднос с едой узнику, я поставила его на пол. Весь процесс передачи еды был достаточно прост – на его стороне находилась, ранее переданная мной, одноразовая посуда, на которую, на безопасном расстоянии, я аккуратно перекладывала еду. Сейчас я аккуратно вилкой клала в его тарелку картошку в мундире.
– У тебя неправильное понятие о ужине.
– Прости? – Я не ожидала, что он заговорит со мной, поэтому сейчас выглядела очень глупо. Находясь в позе сэйдза (прим.*японская поза сидения на коленях) я умудрилась лечь грудью на свои ноги и сейчас, с протянутой рукой, смотря на него снизу вверх округленными глазами и чуть приоткрытым ртом, я действительно выглядела глупо. Почувствовав, что картошка соскальзывает с вилки я быстро докинула её до пункта назначения и выпрямилась.
– Ты плотно ешь на ужин.
– Это потому что я лишена нормального обеда.
– Почему во время обеда ты не идешь в кафе или столовую?
– Проблема с деньгами.
– Тогда почему не приходишь обедать домой?
Я не хотела говорить правду о том, что его присутствие меня угнетает, поэтому сначала решила солгать о том, что работа слишком далеко, но потом решила просто перенаправить вопрос.
– Ты что, голодаешь?
– Выпусти меня и не придется заботиться о моей пищи.
– Конечно не придется, ведь ей стану я.
Собеседник многозначительно посмотрел на меня.
– Последние десять дней я не расставалась с блогом, посвященному вампирам…
– О нет-нет-нет, только не говори, что ты отсталая.
Я смутилась.
– Вообще-то ты высосал не менее трехсот миллилитров из меня при нашем знакомстве.
– Однако ты сейчас кормишь меня обычной едой и я не загибаюсь от жажды крови и даже не иссох.
– Однако именно иссохшим я тебя и нашла.
– Один-один.
– Я не согласна на ничью.
– Хочешь выйти победительницей?
Я быстро перекинула в его одноразовую тарелку огромную порцию салата и, резко вскочив, отправилась вниз. Уже через минуту я снова стояла перед ним.
– Вот, съешь.
Он съел перекинутый через решетку зубчик чеснока не поморщившись.
– Не сегодня.
– Что “не сегодня”? – Не поняла я.
– Не сегодня тебе быть победителем.
Я выдохнула с облегчением. Он вопросительно на меня посмотрел.
– Стало легче, выкинув из головы всякий мистический подтекст о твоей личности, – пояснила я, садясь в позу лотоса на расстоянии, на котором до меня невозможно было бы дотянутся его крепким длинным рукам.
– Можешь выкинуть осиновый кол из-под подушки.
– Не смешно.
– Да, не смешно, – подтвердил он, доедая картошку.
– Если ты не вампир, тогда зачем кусал меня?
– В крови содержатся белки, железо, соль…
– Ладно. – Остановила его я, воспринимая его слова как издевательство. Наверное из-за теории о вампиризме он навсегда внес меня в список слабоумных. – Если я тебя выпущу, ты не причинишь мне вреда?
– Не хочу тебе врать. Я тебя убью.
Я напряглась.
– Тогда почему не убил меня сразу? – Бурно вырвалось из моей груди. – Только не говори, что из-за того, что я тебя укусила – не поверю. Я тебя даже прокусить не смогла, в отличии от…
– Я мог бы тебя прикончить даже через решетку, пока ты была в моих руках, – отрешенно прервал он меня, – достаточно было нажать на твою шею в нужном месте или перервать жилы на твоем запястье. Однако в какой-то момент я понял, что если не прекращу тебя загрызать – твоя гибель неминуема и никто не сможет меня выпустить.