Anne Dar – Обреченные пылать (страница 17)

Обернувшись, я поняла, что не только Хьюи был занят оценкой внешних данных нового знакомого, но и Дариан.

Наконец оторвав свой взгляд от Хьюи, Дариан вдруг быстро посмотрел на меня и затем вновь на Хьюи.

– Надо же, – наконец задумчиво произнёс он, – точная копия.

– Не точная, я уверяю, – мгновенно весело усмехнулся Хьюи. – У нас набор хромосом разный. Это ей не повезло родиться девчонкой, со мной же в этом плане всё в порядке. Хьюи, – он протянул собеседнику руку, и Дариан уверенно пожал её. – Я старше Таши на пять минут. Таша вообще самая младшая в семье. И самая бойкая.

– Да, я в курсе, – подтвердил свои знания Дариан.

– Мне не показалось? Ты назвал её Ташей Палмер? Палмер – это девичья фамилия нашей матери. Она Таша Грэхэм.

– Вообще-то Палмер, – поджала губы я, засунув руки в задние карманы своих джинс. – Я сменила фамилию.

– Сменила фамилию?! – брови Хьюи поползли вверх. – Зачем это тебе?

– Ну, знаешь… – я обернулась к автомату, чтобы вытащить из него чай. – У меня было слишком много проблем со старой фамилией…

– Только не говори, что ты винила фамилию во всех своих напастях, – усмехнулся Хьюи.

– Хах! Нет конечно. Я ведь не идиотка. Просто фамилия Грэхэм слишком богата на историю.

– Да ла-а-адно… – принимая от меня чай, улыбаясь протянул Хьюи. – Ты ведь это из-за Энтони?

– Не только.

– Кто такой Энтони? – мгновенно активировался Дариан.

– Это долгая история… – сдвинув брови, ответила я прежде, чем Хьюи успел бы просветить Дариана во всём, о чём он мог ещё не знать.

Хотя Риордан и имел на меня досье, всё же моя жизнь была более тяжеловесной, чем увесистая стопка макулатуры в скоросшивателе.

Обойдя кресло Хьюи, я взялась за его ручки и начала разворачивать его в сторону палаты.

– Подожди здесь… – не смотря на Дариана, глухо обратилась к нему я.

– Был рад познакомиться! – уже будучи повёрнутым полубоком к Риордану, кинул на нового знакомого весёлый взгляд Хью, высоко подняв руку над своей головой и махнув ему. – Приходи как-нибудь ещё! – продолжал смеясь выкрикивать он, пока я катила его обратно в палату – специально ведь выводил меня из себя. – Я расскажу тебе, как Таша в детстве носы мальчишкам из соседних дворов разбивала!..

В момент, когда я закатывала Хьюи в палату, он уже во весь голос смеялся, а я хмурилась. Когда мы наконец остановились у его койки, я забрала из его рук горячий чай и, поставив коричневый стаканчик на прикроватную тумбу, начала помогать ему пересаживаться на койку.

– Да брось, – весело начал Хьюи, уловив моё недовольство. – Ты ведь не сердишься?

– Зачем ты назвал его моим парнем? – недовольно фыркнула я.

– Разве он тебе не парень?

– Нет, он мой начальник.

– Но ты ведь сейчас не работаешь.

– Я в отпуске.

– Вот как? И когда же твой отпуск заканчивается?

– Я в безвременном отпуске, – сдвинула брови я, вспомнив о том, что мои сбережения уже начинают иссякать, что означает, что в ближайшем будущем мне вновь придётся вернуться на претящую мне работу.

– Но если ты в отпуске, тогда что он здесь делает и почему вы договорились этим вечером встретиться? Кстати, уже даже не вечер, а ночь…

– Не слишком ли много вопросов? Пей свой чай, – вручила собеседнику его чай я.

– Ладно-ладно, только не сердись.

– Я не могу на тебя сердиться, – на выдохе произнесла я, поправляя ему подушку.

– Вот как? Тогда развлекись сегодня, – игриво заглянул мне в глаза Хьюи, обдав меня своим тёплым дыханием.

В ответ я резко дёрнула его подушку, едва ли не заставив его подпрыгнуть, после чего он заулыбался ещё сильнее. Его улыбка – мёд для моей души, но на сей раз я этого не показала. С наигранным раздражением я направилась к выходу, но у самой двери остановилась и, обернувшись, произнесла:

– Люблю тебя… Допьёшь чай и сразу же ложись спать. Завтра у тебя напряжённый день. И я не о тренировках.

Хьюи понимающе ухмыльнулся мне, после чего я с лёгкой душой вышла в коридор. Завтра у него и вправду намечался день с шумихой: должны были прийти самые шумные составляющие нашей семьи – Пандора, Жасмин и Рэйчел.

Глава 16.

На предложение Дариана сразу отправиться к нему и поужинать, я, на фоне своей неожиданной усталости, отреагировала резко положительно, хотя и не показала вида. На вопрос о том, куда я девала подаренную им машину, я ответила, что сбросила в вулкан, и, судя по всему, Дариана вполне удовлетворил этот ответ, так как получив его он многозначительно ухмыльнулся и больше не спрашивал меня об этом.

Не знаю, кто ест спагетти около полуночи, называя это поздним ужином, но этот человек явно счастлив. Я едва ли не впервые закидывалась тяжёлой пищей перед сном, но ощущение у меня при этом было замечательным. Спагетти с моцареллой в соусе песто и с помидорами черри стали для меня едва ли не верхом блаженства в кулинарном искусстве, отчего я готова была вручить Дариану сразу три звезды мишлена, о чём, естественно, он так и не узнал. Я не собиралась его нахваливать лишний раз. Да что там – я вообще не собиралась его хвалить, чего бы он ни сделал. А мне нужно было, чтобы он сделал.

– Ну и что за дело? – прервал мои размышления Дариан, орудуя ножом и вилкой в своей почти опустевшей тарелке.

– М?.. – подняв взгляд на собеседника, сидящего за небольшим стеклянным столом прямо передо мной, только и смогла выдавить я, после чего поняла, что с момента начала ужина и до сих пор мы не произнесли ни единого слова.

– По какому поводу ты захотела со мной встретиться? – уточнил Дариан, в очередной раз доказав мне свою мистическую проницательность.

Отложив столовые приборы, я достала из кармана телефон, который успела немного подзарядить в машине. Открыв сохранённую из интернет-ресурса фотографию, я протянула мобильный Дариану.

– Это Дарла О.Тейлор и её напарник, – начала я, когда Дариан принял из моих рук телефон. – Журналисты из “Обозревателя Большого Лондона”.

– Хочешь, чтобы их больше не было в “Обозревателе Большого Лондона”? – внимательно рассматривая фото, поинтересовался Риордан.

– Хочу, чтобы их вообще больше нигде не было, – невозмутимо ответила я, и Дариан мгновенно врезался в меня взглядом, понимающим и одновременно заинтересованным. Он как бы давал мне мысленный посыл продолжать. – Я имею в виду всё, что связано с журналистикой. Чтобы СМИ для них стало вне зоны досягаемости.

– Вчера я видел одну из их статей.

– Значит мне не придётся объяснять тебе, почему я хочу навсегда оборвать их карьеру.

– Выходит, что и мне не придётся объяснять тебе, почему я оборвал их карьеру ещё вчера, – Дариан протянул мой мобильный обратно мне. От неожиданности его ответа я замерла, забыв принять телефон в свои руки. – Не переживай, о Хьюи больше не выйдет ни одной статьи, ни в одном из издательств. Я позаботился об этом.

– Это было бы самым большим несчастьем – найти приятным человека, которого решила ненавидеть, – наконец приняв телефон, произнесла вслух вычитанную мной сегодня цитату из книги я. – Джейн Остин “Гордость и предубеждение”, – спустя секунду добавила я, тем самым ответив на удивлённый взгляд Дариана, после чего с непонятным ощущением на душе вернулась к остаткам предложенного мне сегодня ужина.

После тяжелого дня и плотного ужина мне меньше всего на свете хотелось заниматься сексом, и я была приятно удивлена, когда Дариан тоже не проявил инициативу. Он съел слишком мало, чтобы чувствовать тяжесть в желудке, так что скорее всего у него просто тоже был день не из лёгких, тем более если учитывать его полуторачасовой перелет из Антверпена в Лондон.

Заняв разные края кровати, мы просто разделись, залезли под одеяло и замерли на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Ощущая, как расслабляется моё уставшее за день тело, я удовлетворённо делала плавные вдохи и выдохи, сверля мутным взглядом высокий потолок.

– Выглядишь уставшей, – спустя минуту вдруг произнёс Дариан. – Каждый день приезжаешь в Лондон?

– Да, – глухо ответила я.

– Можешь пожить пока здесь.

– Ты ведь не думаешь, что я соглашусь? – повернув лицо к собеседнику, ухмыльнулась я.

– Я живу за городом с Ирмой, – встретился со мной серьёзным взглядом Риордан. – Квартира пустует. Это не предложение о сожительстве, не переживай. Будешь ночевать здесь одна, пока тебе это надо, – он невозмутимо перевёл свой взгляд на потолок. – Дубликат ключей возьмёшь в комоде у выхода.

Ещё несколько секунд я, сквозь ночной сумрак, сверлила взглядом невозмутимое лицо лежащего слева от меня мужчины. Наконец переведя взгляд на потолок, я прикусила правую щеку изнутри и задумалась. Прежде, чем я успела ответить ему: “Мне от тебя ничего не нужно”, – я провалилась в глубокий сон.

Дариан.

Покинув постель в пять утра, я зашёл в ванную комнату, чтобы не разбудить Ташу преждевременно. Одеваясь, я ворочал в голове одну-единственную фразу, сказанную мне Ташей накануне: “Это было бы самым большим несчастьем – найти приятным человека, которого решила ненавидеть”. Что ж, выходит я стремлюсь сделать Ташу максимально несчастной.

От этой мысли я невольно ухмыльнулся.

Оставив на своей половине кровати записку с небольшой шкатулкой из красного бархата, я ушёл, на сей раз не оставив ей ни малейшего шанса на утренний побег.

Спускаясь вниз, я набрал номер телефона своего давнего должника, чтобы решить вопрос с журналистами, о которых говорила мне Таша. Говоря ей о том, что накануне я читал статью, настроченную этой парочкой, имена которых для меня звучали впервые, и о том, что статья была написана о её брате, я буквально тыкал пальцем в небо. И тем не менее я дважды попал точно в яблочко, хотя и целился вслепую. Оградить СМИ от Таши для меня было всё равно что пальцем щёлкнуть, но щёлкнуть я должен был так, чтобы она собственными ушами явственно услышала этот щелчок. Пусть думает, будто я делаю для неё что-то сложное. Чувство долга не помешает в её воспитании. Любые вызванные мной в ней чувства не помешают: чувство долга, дерзость, признательность, гнев, заинтересованность, раздражение, спокойствие, досада, радость, недоверие, удовлетворение, ненависть – всё это нити, из которых она неосознанно, собственноручно сплетёт для меня ковёр своей любви. И в момент, когда она мне его презентует, она начнёт учиться любить. Пока что она не умеет.