Anne Dar – Металлическая Охота (неиллюстрированное издание) (страница 10)
– Верно.
– Значит, в Австралии также были вакцины.
– Было немного… Но мы усовершенствовали их действие.
– Каким образом?
– Эволюция, – Джодок вдруг оскалился, словно дикий зверь, демонстрируя свои острые клыки, и сразу же дружелюбно улыбнулся. – Нам пришлось отрастить клыки. В конце концов, это Австралия. Природа тут… – он запнулся и в следующую секунду произнёс, резко переведя свой цепкий взгляд на меня: – Дикая.
Нас слушали. По крайней мере, пытались слушать до тех пор, пока Беорегард не включил свой дар. Значит, они уже знают как минимум об одном нашем даре, в то время как мы не знаем ни одного из их даров.
Беорегард успешно игнорировал острые углы, продолжая добывать информацию у того, кто не скупился на её разбазаривание:
– Среди вас представители столь разных возрастов: очень юные, – скользнув взглядом по Кайе, наш предводитель перевёл свой взгляд на Йорун, на которой задержал его подольше: – и вызывающие уважение.
Йорун в ответ ослепительно блеснула своей жемчужно-клыкастой улыбкой:
– Я обратилась в Металл в возрасте шестидесяти лет: с тех пор уже сорок лет моложавая и во всех смыслах прекрасная старость – моя персональная привилегия.
– У нас не всё так просто с возрастами, – сообщила Отталия. – В нашем сообществе на статус влияет не только человеческий возраст, в котором мы совершили переход, но и годы жизни в металлической личине…
– И, как итог, общая сумма прожитых лет, – подытожила Тофа.
– К примеру, – вдруг встрял Рагнхильд, – мне был тридцать один год, а Джодоку тридцать два, когда мы обратились в Металлы. С тех пор миновало шестьдесят лет.
Беорегарду было тридцать лет, Рутений он уже шестьдесят четыре года, итого: девяносто четыре… Суммарно он старше Джодока всего лишь на четыре года! Но старше… Это уже хорошо… Ведь чем старше Металл, тем он сильнее – это давно известный факт… Но они, быть может, ещё не знают этого, потому и делятся столь важной информацией столь расточительно. Либо… Либо они слишком самоуверенны.
– Мы помоложе, – заговорила Тофа, – на момент обращения и мне, и Отталии было по тридцать пять лет, и уже тридцать пять лет, как мы Металлы. Зеф ещё младше: обратился в возрасте сорока лет пятнадцать лет назад. Кейара же и Банджи совсем юные – обратились лишь год назад: Кейара в возрасте двадцать одного года, а Банджи в возрасте двадцати лет.
Значит, среди них двое новообращённых, которые уже прошли этап эмоциональной неустойчивости, либо прямо сейчас находятся на последнем этапе…
Тофа замолчала, и я мысленно произвела общий подсчёт возрастов: Джодок – девяносто два года; Рагнхильд – девяносто один год; Йорун – сто лет ровно; Тофа и Отталия – по семьдесят лет; Зеф – пятьдесят пять лет; Кейара – двадцать два года; Банджи – двадцать один год… Йорун хотя и старше прочих, Металлом прожила сорок лет, то есть на двадцать лет меньше, чем Джодок и Рагнхильд, а значит, она слабее. Из неизвестных слагаемых остались: Багтасар, Борей, Рат, Сольвейг, Диандра и Кайя. Мысленный подсчёт известных мне камчатских дат намекает на то, что возраст Рата, если он действительно является тем самым Ратибором, на которого думает Тристан, возможно высчитать: Замок пал шестьдесят лет назад, плюс, допустим, ему было лет девятнадцать, раз уж он младший, а не старший брат Платины, получается лет семьдесят девять… Если так, значит, он должен быть сильнее как минимум Зефа, Кейары, Банджи, Йорун, Тофы и Отталии. Остальные остаются слепыми точками… Кто-то вполне может оказаться старше Беорегарда, а значит, сильнее…
Джодок сказал, что их возраст влияет на их статус в сообществе. С учётом того, как Багтасар прислуживал Диандре, можно ли считать, что она из древних? То есть, приблизительно возраста Беорегарда и Теоны – под сотню лет… Либо же данное прислуживание никак не связано с её статусом и этот жест – проявление чего-то личного?
– Что я действительно люблю в своей металлической жизни, так это неиссякаемую энергию и факт отсутствия боли в суставах, – ухмыльнулась Йорун, пригубив свой бокал. – В свои человеческие шестьдесят лет я чувствовала себя отживающей старушкой, но стоило мне вдохнуть в своё тело металлическую жизнь, как я стала энергичнее самых юных людей.
– И не надоело тебе состоять в парах с людьми, которые рядом с тобой старятся? – с доброй ухмылкой повёл бровью Банджи.
– Могла бы выбрать хотя бы одного мужчину, чтобы даровать ему вечную молодость, – заметила Кейара.
– Обременять себя браком на целую вечность? Скучно и к тому же утомительно.
Джодок, явно почувствовав резкий прилив сил, вдруг схватил свой бокал и откровенно обратился к Теоне:
– Вот и я о том же! Брак – добровольные оковы… Зачем стеснять себя, свои возможности и желания оковами?
Дальше заговорил Тристан, чем наверняка выручил Беорегарда, терпение которого хотя и было помощнее, чем у многих из нас, но тоже не являлось резиновым.
– Даровать вечную молодость? – Тристан зацепился за интересное высказывание Кейары. – У вас всё ещё есть вакцины?
– Вакцины – пережиток конца прошлого века, – хладнокровно ухмыльнулся Рат, впервые за весь вечер подав голос.
Интересно… Он заговорил, потому что заговорил Тристан, и таким образом подтвердил тот факт, что узнал его, или же это просто совпадение? Тот редкий случай, в котором я бы скорее поставила именно на второй вариант.
– Металлы могут обращать людей в Металлов, впиваясь в их сердца своими пальцами, – отозвался Джодок. – Вы разве не знали?
– Не знали, – на сей раз включился Конан.
– Что ж, значит, вам будет любопытно узнать, что обращаемые в Металлов быстрее проходят период обращения, если их тела окружить огнём. Без огня период обращения может длиться сутками, зато в огне новообращённые приходят в себя практически мгновенно.
А вот этого мы действительно не знали…
– Кстати, ещё каждый Металл обладает своим особенным, уникальным даром, – продолжал оглушать откровенностью Джодок, как бы говоря: “Вот, смотрите насколько мы честны с вами. Враги не откровенничают с врагами. А значит, мы уже
– Например, я, – снова включилась Тофа, – вижу ду́хов и умею с ними общаться.
– Замечательный дар! – цокнул языком Рагнхильд. – Но среди нас, к глубочайшему сожалению, не все такие одарённые. Зеф уже пятнадцать лет, как бездарен, и его племянничек Банджи за целый год не проявил себя…
Зеф, Кейара и Банджи самые младшие из них по периоду металлической жизни, и судя по тому, с каким высокомерием высказался Рагнхильд, и как лишь повёл плечами Зеф, слова о том, что возраст здесь влияет на статус – вовсе не пустой звук: старшие Металлы, то есть сильнейшие, притесняют младших?
– Однако, мы с вами делимся всем, а вы с нами ничем, – снова включилась Отталия, всё время замечающая именно эту деталь.
– Я, как и Зеф, тоже долго открывал свой дар, – начал издалека Тристан. – Пятнадцать лет…
Зеф заинтересовался, как и его племянник… Получается, Кеайара и Банджи ему всё же не дети, а именно племянники. Всё равно кровные родственники. Как Спиро и Беорегард.
– И какой же у тебя дар? – поинтересовался Рагнхильд.
– Светоконтроль.
– То есть?
– Управление светом.
Я даже не сомневалась в том, что Тристан не назовёт свой дар, но внутренне ухмыльнулась, когда он назвал дар Золота.
– Продемонстрируешь?
– Не сегодня.
– Что ж, подождём… – протянул Джодок. – Как вам наше сообщество? Думаете, понравится жить среди нас?
– Мы прибыли ненадолго, – отрезал Беорегард.
Мысленно я подтвердила его ответ: “Да, выяснили, что здесь всё в порядке, ни Стали, ни Атак нет, пора и честь знать… Эвакуация людей в Австралию – без нашего участия!”.
Джодок отреагировал более остро:
– Как же?! Вы только прибыли и уже заговариваете об отъезде? Но мы так рады вам! Мы ещё так многое не узнали, столь многое не рассказали…
– МЫ ЕЩЁ ДАЖЕ НЕ ПОДРУЖИЛИСЬ!!! – совершенно неожиданно, словно гром среди ясного неба, только не басом, а тонко взвизгнувшим фальцетом, эмоционально воскликнула Сольвейг и, вдруг схватив со стола перед собой огромную пустую тарелку, с металлической силой швырнула её в сторону шеренги слуг… Тарелка угодила прямо в голову одного слуги: парень сразу же завалился назад, но его в моменте падения успели подхватить стоящие рядом женщина с мужчиной… Если бы не щит на его голове – головы бы не осталось на месте!
Звон разбившейся о щит тарелки умножился от соприкосновения мелких осколков с каменным полом.
Все, кроме нас, сделали вид, будто ничего не произошло: Диандра и Кайя пригубили бокалы с водой; Рат хмуро обратился к Тофе; Отталия впилась острыми ногтями в кожуру красного граната; Йорун улыбнулась Беорегарду; Джодок с Рагнхильдом в унисон вздохнули, будто устав от подростковых выходок зеленоволосой; Борей продолжал оставаться недвижимым камнем; Зеф зачем-то дёрнул за локоть Кейару, отвлекая её от Банджи; Багтасар продолжил поедать взглядом Диандру, холодную и неприветливую, как тот камень с острова… То есть, по их мнению, ничего неординарного не произошло? Сольвейг продолжает тяжело дышать: вдруг она прибьёт человека вилкой? Неустойчивый эмоциональный контроль – получается, среди них есть свеженький новообращённый? И вот зачем слугам эти дурацкие щиты на головах…
И всё же… Никто не одёрнул Сольвейг и даже не извинился перед пострадавшим…