Anne Dar – АтакА & Исключительная (страница 30)
Я сорвалась с места и побежала сообщить о радостной новости Томирис, и вдруг обнаружила её спокойно спящей в своей постели. Меня это немного удивило: неужели она не переживает о Рагнаре так, как я переживаю о Маршале?.. В ответ на мои толчки она проснулась, сказала, что возвращение мужчин – это отличная новость, и поинтересовалась, смогу ли я сама открыть им дверь. Так я окончательно убедилась в том, кто в этой паре будет любим, а кто будет водим, словно телёнок на верёвочке: каким бы Рагнар ни был, на верёвочке здесь ходить именно ему.
Я помогла Маршалу ополоснуться над раковиной, после чего, оставив ванную комнату в распоряжение Рагнару, побыстрее отвела его в нашу спальню и уложила в постель. Мы не занимались сексом – просто обнимались в кромешной темноте и были счастливы этим.
– Испугалась? – вдруг шепнул он.
Я предпочитала отвечать искренностью на искренность, так что выдала правду:
– Да.
– Я ведь был рядом.
– Отчего было ещё страшнее. Я испугалась не столько за себя, сколько за тебя: боялась, что они навредят тебе… Он так швырнул в тебя вилы…
– Не думай об этом. И больше на улицу одна не выходи.
– Хорошо.
Он несколько секунд помолчал, поглаживая моё плечо своей горячей ладонью, после чего вдруг сказал:
– Не хотел тебе говорить, но лучше уж пусть в сегодняшнем дне останутся все плохие новости.
Внутри меня всё мгновенно сжалось, я подняла голову, желая заглянуть в глаза, способные успокоить, но в комнате было слишком темно, чтобы я могла рассмотреть…
– Что такое? – мой тон выдал напряжение.
– Скорее всего, волки съели Тормуда.
– Нет…
– Мы с Рагнаром видели, как волчица заманила пса в лес. Хитрая охота… Навряд ли он вернётся, – при этих словах он тяжело вздохнул, после чего добавил уже другим тоном. – Я брал с собой в лес топор. Мы привезли ёлку. Завтра украсим.
Снова вернув голову на его грудь и спрятав нос под одеяло, я отозвалась:
– Кайя будет в восторге.
Этой ночью я постаралась заснуть поскорее. А Маршал ещё долго не спал. Думал о том, чем не захотел со мной поделиться. В лесу, после того как они сбросили трупы под могучую ель, он спросил у Рагнара о Томирис. Тот ответил правду. Маршал предупредил племянника, что если он подумает обидеть Томми – он лично покарает его за это. В ответ на угрозу дяди Рагнар лишь согласно кивнул головой. Рагнар уважал Маршала и признавал в нём нерушимый авторитет. А Маршал, в свою очередь, видел своего племянника таким, какой он есть – благородным рыцарем тёмной стороны.
Глава 31
Томирис
Спустя полчаса после того, как в доме послышались шаги вернувшихся, дверь моей спальни попытались открыть. С тех пор, как в этом доме начал обитать Рагнар, я стала на ночь запирать дверь своей спальни. Поняв, что дверь заперта, он едва уловимо, дважды постучал костяшками пальцев. Решив оценить его настойчивость, я включила большой фонарик и, оставив его на кровати, уверенно подошла к двери и отперла её. Чтобы не привлекать внимание остальных обитателей дома, я сделала два шага назад, таким образом позволяя парню войти. Он сразу же воспользовался моим разрешением и, переступив порог, закрыл за собой дверь… На замок. Как самоуверенно… Я скрестила руки на груди и сразу же одарила незваного гостя строгим взглядом, не предвещающим ему ничего сладкого. По-видимому, сразу правильно распознав волну моего настроения, парень заговорил
– Я пришёл извиниться. Ты была права… Во всём. Я приношу тебе свои искренние извинения за всё, в чём сегодня перегнул палку.
Искренние извинения – условие, которое я ему поставила всего лишь для вероятности нашей следующей физической близости, и которое он исполнил с неприкрытым удовольствием. Последнее меня странно напрягло – ощущение, по своей природе близкое к возбуждению.
Он подошел ближе, но додумался не протягивать своих рук в моём направлении – очевидно, он быстро учится обращению со мной.
– Испугалась?
– Нет, – я не собиралась расточаться на искренность с ним.
– Так и думал, – при этих словах он едва уловимо прищурился. – Это твои первые трапперы?
– Да.
– Ты выстрелила и попала. Откуда такая недрогнувшая рука?
– Я ведь говорила, что отец учил меня охоте. У меня есть опыт освежевания оленей.
– Но сегодня были не олени.
– Нет, не олени, – мой голос едва не дрогнул.
Резко протянув вперед руки, он схватил меня за талию и в следующую секунду с силой прижал меня к себе. Дальше он страстно зашептал:
– Это пройдёт. Не думай об этом.
Я хладнокровно повела бровью и, не размыкая скрещенных на груди рук, произнесла желаемое им разрешение, но с условием:
– Сегодня ты можешь остаться в моей постели, если в течение ночи не будешь приставать.
– Подожду до рассвета.
Говорят, будто самый тёмный час перед рассветом. Именно в этот час я проснулась оттого, что его рука залезла в мои трусы – его пальцы уже настойчиво ласкали меня. Ему не пришлось долго стараться – моё тело откликнулось моментально.
Прошло около часа, я успела дважды испытать оргазм, когда он наконец приготовился кончать. Он был сзади, вдавливал меня в матрас своими сильными бёдрами, от только что полученного экстаза я пребывала в странном состоянии, похожем на помутнение, как вдруг, приблизившись к моему левому уху губами, он с агрессивными нотками не проговорил, но прорычал следующие слова:
– Так тому и быть: будь главной во всей моей жизни, но в постели я буду брать тебя как того захочу, а потому даже не думай, будто во время секса ты можешь себе позволить не подчиняться моей воле.
Договорив эти слова, он с такой силой продолжил входить в меня, что в момент, когда он начал кончать, я испытала третью волну оргазма и, чтобы не выдать нас, сжала зубами подушку и выпалила свой безудержный стон в неё.
2094.12.31.
Тормуд так и не вернулся. Волчица погубила его. И я старалась не думать об этом.
Мы украсили небольшую ёлку, привезенную из леса Маршалом и Рагнаром, даже включили на ней электрическую гирлянду, устроили себе богатый ужин и теперь обменивались подарками. Кайя подарила каждому по одной серебряной цепочке без подвески на шею. Ей все подарили разные мелочи: Маршал – карандаши, Рагнар – бейсбольный мяч, Диандра – блокнот, я – снежный шар. Диандра с Маршалом обменялись подвесками в виде музыкальных нот (скрипичный ключ и шестнадцатая), удачно подошедшими ранее подаренным им цепочкам Кайи. От Маршала в сторону Рагнара полетела какая-то коробочка, в которой я не сразу распознала упаковку презервативов:
– Это вам подарок на двоих от меня и Дии, – явно довольный своим подколом, ухмыльнулся Кроуфорд. – Нам лучше сейчас не размножаться. Может быть как-нибудь позже, да? – при этих словах он игриво подмигнул Диандре, которая в ответ ему хладнокровно, но при этом категорично-отрицательно замотала головой.
Кайя резко засмеялась, обращаясь к Маршалу, который с недавних пор стал её любимчиком – все заметили, что она рассмотрела в нём некую ролевую модель, наподобие отца:
– Как же хорошо, что вы с Рагнаром нашли нашу ферму! С вами не только безопаснее, но и веселее. А можно мне ещё шампанского?
Оставив всех у празднично сияющей ёлки, я отправилась на кухню, за ещё одной бутылкой шампанского – одной на пятерых (мы налили немного и Кайе) и вправду было слишком мало. Стоило мне взять бутылку, как сзади меня прижал к гарнитуру Рагнар и, положив одну руку чуть ниже моего живота, тихо проговорил мне на ухо:
– Это тебе, – он протянул мне искусно выполненный декоративный ключик.
– От чего? – я неосознанно сдвинула брови. Несмотря на то, что все уже были в курсе того, что мы трахаемся, мне не хотелось, чтобы кто-то заметил нас обнимающимися. И тем не менее, Рагнар был настойчив…
– От меня, – его рука поползла вверх, к моей груди, но я остановила её на полпути, вложив в нее свой подарок. Резко отстранившись и обернувшись, я увидела его замешательство.
– Что это? – глядя на свою ладонь с брелоком, хмыкнул он.
– Закрытый замок. От меня.
В сексе он был хорош, но… Я начинала подозревать, что только в сексе. В остальном он был настоящим плохишом. И я пока ещё не определилась с тем, нравится ли мне эта темнота если не больше, тогда хотя бы так же, как всё то немногое светлое, что я уже разглядела в нём, или всё же нет…
Открыв шампанское, мы выпили за наступающий 2095-ый год и пожелали друг другу, чтобы он принёс нам только хорошее… Какое наивное желание. Лучше бы мы выпили за то, чтобы все мы остались вместе и все остались в живых к концу грядущего года. Но мы не выпили за это. Глупцы. Мы не догадывались, что драгоценные часы известных нам жизней уже истекают для каждого из нас.
Книга 2
Исключительная
Часть 1
Весна, которую не отменить
Глава 1
Диандра
Каждое утро Кайя сообщает нам точную дату и точный день недели, которые нам предстоит прожить. Сегодня: третье апреля две тысячи девяносто пятого года, воскресенье. Чем я занималась в этот день год назад? Отсыпалась после ночной смены в ЦТНП, пыталась убедить Бриджит и Пегги обратиться к здоровому образу жизни, страдала похмельем после бурной вечеринки, планировала какое-нибудь поверхностное свидание или безмятежно нежилась в солнечных лучах, умиротворённо растянувшись на мягком шезлонге в медленно расцветающем палисаднике? А быть может, третьего апреля две тысячи девяносто четвертого года беспрерывно лил дождь?.. Я не помню. Но знаю, что тот день в любой своей ипостаси был прекрасен. Как любой день до первого августа две тысячи девяносто четвертого года. Самое досадное, что, проживая те дни, у меня – у нас всех! – не было осознания того, в насколько прекрасном мире мы жили – насколько он был близок к утопии, к которой мы, скорее всего, уже никогда не сможем вернуться. По крайней мере, шансы увидеть новый рассвет человеческой цивилизации в период своей жизни, как мне кажется, у моего поколения напрочь отсутствуют. Речь идёт не о годах и не о десятилетиях восстановления, которое еще даже не начинается. С недавних пор я больше не лелею себя самообманом: уже не сомневаюсь в том, что прежнего мира мне не увидеть. Что бы там в будущем ни было – худшее или лучшее – прежнего уже точно не будет. Всё изменилось навсегда. И продолжит меняться…