Аннабель Ли – Секретарша для Кощея (страница 4)

– Ванечка, собирайся, поедем кататься по городу.

К моему облегчению он не капризничал. Наученная опытом, с Ваней я сидела уже не первый раз, сначала полностью оделась сама, а после помогла ребенку. Внизу нас ждала машина. Мы без пробок добрались до офиса, где я в панике искала необходимые Алексею Юрьевичу документы.

– Мне жарко, – захныкал Ваня.

– Сейчас милый, почти нашла, – сказала я, быстро перебирая документы на столе Кощея.

– Хочу писать.

Я на секунду задумалась о том, что тоже сейчас не отказалась от какой-нибудь випасанны. А ведь не прошло и двух часов, как я нянчилась с маленьким ребенком. Мы задержались. Пока разделись, сходили в туалет, попили водички, оделись, прошло минут сорок. В такси, посадив Ваню в детское кресло, я с облегчением заметила, что он задремал.

Когда мы приехали по адресу, я не знала как поступить и взяла Ваньку на руки. Он продолжал крепко спать. С последнего раза мальчик заметно поправился, но мне не хотелось его будить. Вдруг удастся по тихой отнести документы и так же спокойно вернуться домой.

Я с трудом нашла нужный подъезд, набрала номер квартиры на домофоне. Дверь сразу же открылась. В холле сидел консьерж, который придержал дверь и вызвал лифт. На пролете собственной персоной уже ждал Кощей.

– Здравствуйте, – Алексей Юрьевич растерянно на меня посмотрел, – не знал, что у вас есть ребенок.

– Подрабатываю няней, – улыбнулась я.

Хотя что уж скрывать. Скорее оскалилась. Ваня успел оттянуть мне все руки и чтобы отдать документы нужно было залезть в рюкзак за спиной.

– Простите, можно я его положу где-нибудь?

Алексей Юрьевич озадаченно огляделся по сторонам. Естественно в подъезде я могла положить его только на пол. Выйдя из себя окончательно, я включила «яжмать» и бесцеремонно протиснулась в квартиру. Не снимая обувь прошла по коридору и заметив диван, аккуратно положила Ваню. Сняла ботиночки, расстегнула комбинезон и так и осталась сидеть на полу рядом, окончательно выбившись из сил. Боже мой, как Тоня справляется когда их двое?!

Кощей же судя по всему не знал куда себя деть и маячил у нас за спиной. Я достала из рюкзака папку с документами и передала ему. Он выглядел больным и уставшим. Нездоровый румянец на бледном лице, болезненный блеск в глазах. А ведь мне не показалось, его голос и вправду был осипшим.

– Вы заболели? – спросила я.

– Да, нездоровится с утра, ничего страшного.

– Выглядите плохо, температуру мерили?

– Нет, в этом нет необходимости, – сказал он, изучая документы.

Не знаю, что меня дернуло, то ли режим «яжмать», то ли излишняя сердобольность, но я подошла к нему и дотронулась до лба. Кипяток. Отлично, я притащила чужого ребенка к человеку, который болеет. Тоня меня убьет. Но этот ящик Пандоры был уже открыт.

Кощей замер от неожиданного прикосновения. Бумаги, которые он держал, веером разлетелись по полу. Я тут же кинулась их собирать.

– Кажется, мне нехорошо, – сказал он, касаясь лба пальцами и покраснел еще сильнее.

– И что же мне с вами делать, – вздохнула я и стала раздеваться.

– Что вы делаете, Ксения? – он растерянно прижал к себе документы.

– Я не могу вас оставить в таком состоянии, тем более уехать сейчас будет проблематично, Ваня спит. Где тут кухня?

– Это плохая идея…

– Алексей Юрьевич, я приехала по вашему требованию с маленьким ребенком на руках. Вы мне должны и надеюсь, у вас хватит чувства такта проявить чуточку больше гостеприимства!

Произнеся эту тираду, я слишком поздно подумала о том, что возможно к нему должна приехать Василиса, и он не хочет светиться со мной в нерабочее время. А с другой стороны – к черту! Пусть отменит свидание или какие там у него планы на выходные, вспомнила я его фразу, брошенную не так давно по телефону.

– Хорошо, идемте, – сдался он.

Просторная кухня больше напоминала выставочный закуток в магазине мебельного салона. Все было идеально чисто и бездушно, словно никто никогда не пользовался ей. Я набрала в чайник воды и поставила кипятиться.

– Вы обедали? – уточнила я, открывая холодильник.

Удивительно, но внутри были продукты.

– Нет аппетита, я могу что-нибудь заказать для вас с мальчиком, – сказал он и достал телефон.

– Не стоит, я приготовлю. Вам не помешал бы куриный суп. Все необходимое имеется. Обещаю, мы перекусим и тут же уедем.

– Ксения, вы все не так поняли…

– Все в порядке, Алексей Юрьевич. Простите, что свалилась как снег на голову с маленьким прицепом.

Я заварила чай. Бросила туда лимон, немного меда и поставила чашку перед Кощеем. Он устроился за обеденным столом и стал внимательно перечитывать документы. В воздухе все еще витала некая неловкость. Моя смелость понемногу сошла на нет и я уже мысленно посыпала голову пеплом из-за недавнего поведения.

– Надеюсь, я не нарушила ваши планы с Василисой на выходные, – осторожно начала я, чистя картошку.

– Нет, она не хочет заразиться и поэтому вряд ли появится на горизонте ближайшие пару дней, – ответил Кощей, не отрывая взгляда от документов.

Его ответ меня очень сильно удивил, странные все же у них отношения. Если Василиса стережет свое сокровище как зеницу ока, то почему не заботится, когда это так необходимо?

– Кстати, забыла спросить, как прошел вчерашний ужин? Родителям понравились подарки?

Со спины послышался странный звук. Я обернулась, Алексей Юрьевич отложил документы и пытался подавить смех. Впервые я видела, как он смеется и не могла не отметить – улыбка была ему к лицу.

– У Степаниды Ивановны оказывается аллергия на этот сорт роз, – сказал он посмеиваясь, – Ксения, вам говорили, что вы ходячая катастрофа?

– Мне так жаль, – я виновато посмотрела на Кощея, но кажется он ни капельки не злился.

– М-да, это был замечательный ужин, а главное недолгий, – он мечтательно улыбнулся и допил чай.

Обед вышел без изысков, куриный суп и макароны с сосисками. Когда все практически было готово, проснулся Ваня. Он чувствовал себя скованно в незнакомой обстановке и поглядывал то на меня, то на Алексея Юрьевича.

– Ванечка, знакомься это дядя Леша. Мы сейчас вместе покушаем и поедем домой, – ласково сказала я, – не стесняйся.

«Дядя Леша» уставился на меня. Ну как я еще должна была представить Бессмертного мальчику четырех лет? Он в жизни не выговорит Алексей Юрьевич.

– Дядя Леша, а зачем вам яйца? – спросил Ваня немного осмелев.

Я чуть не уронила поварешку. Яйца? Я не ослышалась?

– Ну те, в стеклянном шкафу, – уточнил Ваня.

Точно. В комнате, где его оставили спать, что-то такое было, но я не успела рассмотреть.

– Это коллекция яиц Фаберже. Конечно в ней одни, но такое у меня необычное хобби.

– Мы с папой монеты собираем, а тетя Ксюша календарики с котиками.

Я еще пуще залилась краской. Умеют же дети поставить взрослых в неудобное положение.

– Просто со школы осталась пара фотоальбомов, – объяснила я.

Ваня уставился на свои пальчики и бубня себе под нос, стал их загибать.

– Кому чая? – перевела я тему, пока Ваня не выдал меня с потрохами.

– Семь альбомов и одна коробка из-под обуви, – радостно воскликнул он.

Витя с Тоней могли бы гордиться сыном. У него определенно был талант к математике.

– Уверена, ты преувеличиваешь, – с нажимом заметила я.

– Но…

– Пожалуйста, еще чая с медом, – выручил меня Кощей.

Я готова была поклясться, что он ухмылялся. После Алексей Юрьевич посадил нас в такси и мы отправились домой. Интересный выдался день и я рада была увидеть босса в другом свете. Веки потяжелели и глаза сами собой закрылись. Сквозь шум проносящихся мимо машин, Ваня сам себе рассказывал отрывок из сказки.

– Под дубом сундук, в сундуке – заяц, в зайце – утка, в утке – яйцо, в яйце – игла.

Кощей, яйцо, игла… Распахнув глаза я уставилась на Ваню.