Anna – Молчаливые герои (страница 2)
– Эй, куда заперлись
– Не твое дело, двор не твой ты его не купил
– Пошли вон отсюда
– Сам иди если тебе что то не нравиться
– Да я тебе сейчас волосы повыдергаю
Краем глаза я увидела одного из мелких братьев заходящего мне за спину
– Аля назад, иди назад! Крикнула я
Она отошла на несколько шагов.
Мы с Полиной встали плечом к плечу.
Нас теперь двое, двое против двоих. Вернее двоих с половиной.
Ванька толкнул Полину в плечо но она резко отвела его назад. Обидчик потерял равновесие и сделал шаг вперед. Полина оттолкнула его с неожиданной силой.
–Не лезь!
В глазах ее начинал проблескивать огонек ярости. Той ярости которая позволяет нетренированному человеку бежать километры не чувствуя усталости, борцу не чувствовать боли от ударов.
Ванька отброшенный сильным толчком в плечо на несколько шагов назад не решался подходить ближе.
Он видел что Полина сейчас если не была проворнее его, то уж точно сильнее. И была готова применить всю свою силу.
Вдруг что то тяжелое повисло на моей руке. Младший из братьев, вцепивших в нее изо всех сил тянул меня вперед. Он не умел драться но был отчаянно упрям и зол.
Я сделала шаг вперед и полуприсела чтобы не сделать еще один шаг и не отдалиться слишком от Полины.
Схватила держащую меня руку мелкого брата другой рукой и резко дернула ее. Потом еще раз и еще раз.
От неожиданной резкой боли в плече обидчик отпустил меня и сделал шаг назад.
Старший из братьев не делал никаких попыток атаки и троица замерла в двух шагах от нас. Встретив сопротивление обидчики уже не решались более трогать нас, но ретироваться им не позволяла гордость.
–
Валите отсюда
Попытался продолжить Ванька
– Сам вали. Двор не ваш, вы его не купили.
Еще несколько секунд парни топтались в нерешительности.
Отступить молча им не позволяла гордость, атаковать еще раз они опасались, да и двор в котором мы столкнулись был действительно не двором дома в котором они жили.
– Ладно пошли пацаны, незачем связываться с этими дурами. Ванька небрежно сплюнул себе под ноги.
– Еще раз увижу все волосы повыдергаю. Троица медленно пошла прочь.
Впервые я смогла посмотреть где же Аля. Она стояла в нескольких шагах поодаль. Ее к счастью не тронули.
Несколько минут пока троица удалялась. Потом переглянувшись сделали несколько шагов в молчании.
– Вот придурки. Полина была все еще зла на них. Я тоже. Аля была немного бледной, в остальном не выдавала своего волнения.
Мы продолжали идти в молчании. Когда куда то идешь в компании, после долгого перехода перестает хотеться разговаривать. Невольно погружаешься в свои мысли, но в то же время остаешься в компании. Остаётся ощущение человека рядом, но ум свободен. Можно свободно думать о самом сокровенном или о том, о чем не хватало времени подумать в повседневной жизни.
Дворы кончились и мы остановились перед дорогой ведущей к железнодорожной линии. Линия была довольно опасным местом. Там жили бездомные, туда же приходили местные маргиналы колоться, употреблять другие наркотики. Здесь же обретались и мужики которым не хватало внимания со стороны противоположного пола.
Мы переглянулись. Идти не идти. Что то манило продолжать путешествие. И мы вступили на запретную территорию. Ранее державшиеся на расстоянии мы пошли более плотной группой. Поднявшись на насыпь мы пошли между двумя путями. Ноги тонули во влажной земле и прошлогодней сухой листве, слух был напряжен до предела. Поезда ходили на небольшой скорости, почти бесшумно. Нужно было внимательно прислушиваться и при приближении поезда успеть отойти в сторону. Взрослые боялись за нас когда мы ходили на железнодорожные пути и мы делали это тайно.
– Поезд, поезд улыбнулась Аля и отошла в сторону
– Ей замахали мы машинисту
Он прогудел нам короткими высокими гудками.
– Ха-ха нам посвящают гудки.
Мы продолжили наш путь, чутко прислушиваясь к цоканью проводов над головами. При приближении поезда часто провода начинали щелкать, иногда за 3 или 4 минуты до приближения поезда.
–Еще один поезд девочки, давайте помашем ему.
И мы махали все трое и кричали Привет!
Поезд ответил одним низким и двумя высокими гудками.
Это было так весело. Машинистам нравились наши приветствия. Они старались просигналить нам как-нибудь особенно.
– Ох, вдруг замерла Полина. Что это? На путях лежала разрезанная пополам собака. Вероятно она попала под поезд ночью. Вытекшая кровь уже ушла в землю. Разрезанная кожа сморщилась и почернела.
– Боже,
Мы все были в легком шоке. Мы очень любили собак, наша маленькая спаниель дома никогда не оставалась без игр или внимания. А теперь такое.
Половина собаки лежала по одну сторону рельсов, другая половина по другой стороне рельсов. На морде застыл оскал. Чуть поодаль мы наткнулись на другую сбитую поездом собаку. Морда ее была сплющена от сильного удара, один глаз вытек.
Наверно они дрались и увлеченные этим не заметили приближающегося поезда.
Пройдя еще немного мы спустились с насыпи и в небольшом углублении во влажной земле обнаружили пятерых маленьких щенков. Мы осторожно подошли ближе и, невероятно, щенки были без матери. Грубый хохот позади заставил нас обернуться. Ванька и предыдущая компания, разросшаяся из трех до пяти человек стояла немного поодаль. Ванька откровенно самодовольно гоготал, остальные скрывали злобные ухмылки.
– О щенки! Пробасил вдруг Ванька.
Как молния пронзило нас осознание. Если парни захотят унять свою злость на этих щенках им явно не поздоровиться. Мы даже не переглядываясь поняли друг друга. Бежать, схватить щенков и бежать. Втроем против пяти нам не справиться. Але тоже придется бежать. Выдержало бы ее больное сердце. Не подвело бы.
И мы помчались. Я прижимала к груди маленький два маленьких теплых комочка, чуть впереди была Полина тоже с двумя щенками в руках. Следом Аля с одним щенком.
Оскальзываясь на комьях осыпающейся земли мы забрались вновь на железнодорожную насыпь. Я боялась оглянуться, слыша за спиной крики и прерывистое дыхание парней. Мы летели наперерез всем путям. На нашу удачу поездов в этот момент не было. Каждые несколько секунд я оглядывалась на Алю. Только бы выдержало ее больное сердце. Аля была чуть позади меня. Цвет ее чуть смуглого лица не был синюшным, в дыхании я не слышала хрипов. Еще немного и может мы сможем остановиться.
Мы достигли последних рельсов и скатились вниз с противоположного конца насыпи. Парни остались наверху, выкрикивая обидные слова нам вслед. Но нам было все равно. Мы спасли щенков от возможной мучительной смерти. И Алино сердце выдержало бег.
Внизу по другой стороне насыпи росли чахлые кусты сирени и барышника. Ноги тонули по щиколотку в прошлогодней листве и влажной земле.
На небольшой полянке мы увидели много грязных курток и одеял. Здесь по видимому жили бездомные. Бездомные часто прикармливали бродячих собак. Они служили им защитой от холодов, позволяли почувствовать себя не столь одинокими долгими зимними вечерами. А также защитой от других компаний бездомных. Посягающих на насиженное место.
К нашему счастью бездомных не было. Десятилетним девочкам лучше было не встречаться с ними. Многие имели за плечами печальный опыт драк, даже убийств, все имели сильную алкогольную зависимость.
Мы прошли еще несколько шагов пересекая стоянку бездомных и отдаляясь от нее на несколько шагов.
Потом вырыли в мягкой земле небольшое углубление и осторожно опустили пушистые комочки туда.
Прижатым друг к другу им будет тепло даже если ночью будет прохладно. Завтра мы принесем им много еды. Вода оставалась внутри множества коричневых скукоженных временем листьев и щенки могли бы ее пить.
Главное мы спасли их, спасли от возможной смерти или мучений от рук агрессивных парней.
– Девочки возвращаемся домой, мама нас потеряла наверно. Аля была немного нервной. Действительно уже несколько часов прошло с того момента когда мы покинули дом. Мама наверно очень беспокоилась.
И как следствие по возвращению можно было получить хорошую взбучку.
Ускоренным шагом, прислушиваясь не щелкают ли провода над головами шли мы в сторону дома.
К нашей удаче мама была занята готовкой и не заметила пара часов промелькнула незаметно. В день папиной получки мама могла позволить себе купить мяса, молока, сыра и сделать одно из вкуснейших башкирских блюд.