Анна Зубкова – Добрые сказки (страница 4)
Постепенно вовсе энергии тёмные из его тела исчезли.
И когда пришла в очередной раз тень злобная, чтобы вновь усилить болезнь, – то не увидела мальчика совсем.
Получилось-таки у шапки-невидимки болезнь ту у мальчика победить, которую все неизлечимой называли!
Удивлению врачей не было предела! И мальчика скоро выписали из больницы.
А он, перед тем как выписаться, шапку-невидимку больной девочке, которая в соседней палате лежала, отдал. И рассказал ей, как ему эта шапка волшебная поправиться помогла.
Для девочки шапка тоже стала придумывать волшебные сказки – чтобы девочка в них себя здоровой, сильной, красивой, доброй и ласковой ощущала.
И от девочки – тоже отступила болезнь, а потом и прошла совсем. Потому – что девочка сама переменилась и очень сильно постаралась выздороветь.
Так с той поры и начались в той больнице исцеления волшебные.
Врачи – удивляются! А дети – шапку друг другу передают!
Одно только теперь шапку-невидимку огорчало: что очень мало она успевает! Ведь больных детей в больнице – так много!…
… И тут случилось, что один маленький мальчик, у которого шапка в то время под подушкой жила и сны ему волшебные показывала, рассказал о ней доктору.
Доктор – человек серьёзный, в мир невидимый и волшебный не верит. Но исцеления-то – ведь факт!
Стали шапку разными приборами исследовать, изучать. Ткань на разные анализы поотрезали, нитки золотые вытягивали…
А доктор этот – сам даже ни разу не надел её! А если бы надел, то, может, и удалось бы шапке нашептать ему про то, что она за свою долгую жизнь узнала: что не только тело надо лечить – но требуется душе помочь болезнь победить! Вместе бы у них лучше получалось!…
Но нет…
Ох, как шапке-невидимке всё это не нравилось! И тáк уж она не молода была, а тут – и подкладку отпороли, и всякими веществами измочили!…
Уж она чуть было не разочаровалась в медицине, хотя понимала, что без лекарств и процедур всяких – ей одной с болезнями деток не справиться бы было.
Но тут – снова повезло! Отдал её тот доктор писателю, который в той больнице лечился.
Рассказал доктор писателю про истории исцеления, которые с детьми происходили, и говорит:
– Вот тебе сюжет для сказки, займись на досуге!
… Ну, с писателем шапка крепко подружилась!
Она ему сказку расскажет – а он её запишет и всем детям наутро читает!
Так вот и стали они жить!
… Да вот только, одних деток в больнице исцеляют, а на смену им всё новых в больницу привозят…
… Вот, однажды пришёл в ту больницу клоун – юноша-волонтёр – чтобы ребят радовать. Смешное представление он им показывал, развеселить старался…
Шапка-невидимка тут и говорит писателю:
– Отдай меня, пожалуйста, клоуну!
– А как же я сказки писать буду?
– Ты уже и без меня сможешь сказки исцеляющие сочинять! Ты ведь понял самое главное: что не живут болезни там, где свет и любовь в душах сияют! Невидимыми и неуязвимыми для болезней такие души очень быстро становятся!
А я с этим юношей – настоящее волшебство буду делать! Нужно же и здоровым детям помочь, чтобы они не заболевали – ни телами, ни душами! И – чтобы из них выросли не воры-злодеи, а богатыри настоящие! Нужно так сделать, чтобы волшебство не сказочное, а подлинное в жизни людские вернулось! Вот это – настоящее дело было бы для меня!
А юноша этот – человек очень подходящий! Ведь не может даже самая волшебная-преволшебная шапка ничего толкового сделать без человека разумного! Только такой человек и свою жизнь преобразить может, и другим в этом поможет!
Вышел писатель в коридор, видит – клоун молодой стоит: курит и чуть не плачет! На лице – улыбка до ушей гримом нарисована, а глаза – грустные-прегрустные!
Говорит писатель ему:
– Что, хочешь деткам помочь, а как – не знаешь?
– Да, хотел бы: жалко их – до слёз!…
А ты знаешь как им помочь?
– Кое-что – знаю! Только сигареты курить – бросай, друг! Меньше будет гадости, которой дети дышат! Некоторые ведь оттого болеют, что рядом с ними другие люди курят!
Молодой клоун потушил и выбросил сигарету в урну…
– Вот – бросил!
– Навсегда?
– Навсегда! Говори, как детям помочь можно?
– Вот тебе подарок! Это – шапка-невидимка!
– Шутишь?
– Нет!
Юноша снял свою шапку с помпоном, надел шапку-невидимку – и тут же исчез!
В зеркале отражалось только тело писателя…
– Привет! – сказала шапка-невидимка новому другу.
Писатель подтвердил:
– Да, она говорить с людьми умеет! И мысли твои читать может! И тебе умные советы подсказывать станет! И главное – вместе с тобой она хочет учиться тому, как людям лучше помогать!
Она меня научила, как сказки волшебные писать. И тебя научить обещала многому! Думаю, что пригодится она тебе, чтобы представления волшебные показывать, умения волшебные в людях открывать!
* * *
Дедушка Ваня посмотрел внимательно на свою маленькую слушательницу и закончил:
– Ну вот, Анечка, на этом – сказке конец. А что дальше было – я не знаю.
… Анечка в этот раз так заслушалась, что даже ни разу вопросами своими дедушку Ваню не перебивала. Только теперь она спросила:
– Дедушка, а про шапку-невидимку – это у тебя быль или небылица?
– Немножко – быль, немножко – небылица. Мне эту историю тот самый писатель-сказочник рассказал. Мы с ним познакомились в той больнице. Ещё обещал он, что книжку напишет со сказками шапки-невидимки.
А писатели-сказочники – они больше меня выдумщики! Так что, ты уж сама реши, где в этой сказке придумка, а где – правда!
Ведь настоящее волшебство – оно не в том, чтобы невидимыми быть с помощью шапки-невидимки или по воздуху на ковре-самолёте летать, а в том, чтобы чудесные дела совершать, которые радость и пользу другим людям приносят!
Сказка о последней охоте
Анечка, как обычно, зашла в комнату к дедушке Ване, чтобы услышать новую сказку.
А на стене в той комнате висела большая фотография – портрет дедушки Вани молодым, на коне и в военной форме.
Анечке этот портрет очень нравился. На нём дедушка Ваня был таким красивым! И конь ему тоже был подстать!
Дедушка Ваня и на старости лет красивым остался: роста высокого, плечи широкие, руки сильные, усы пушистые седые.
Анечка очень любила эти усы причёсывать расчёсочкой маленькой. И кончики – на пальчики закручивала, когда ей это дедушка Ваня разрешал.
Мечтали они с дедушкой Ваней, что купят они лошадок и будут вместе кататься. Но мечты такие пока не осуществлялись. И поэтому Анечка летом, катаясь на велосипеде, часто воображала, что это – её верный конь! Даже когда они с папой на велосипедах ехать собирались, они говорили: «По коням!» И садиться на велосипед Анечка научилась так, как на коня: «по-мужски», чтобы потом быстро и на коня вскакивать научиться!