Анна Зубавина – Развод. Закон бумеранга (страница 50)

Глаза Динары ярко мерцали, как звезды в темную ночь. Чуть приоткрытые влажные губы подрагивали, высокая аккуратная грудь часто вздымалась, по смуглым щекам растекся румянец.

«Да она же чуть в обморок не падает от волнения, — догадалась я, и сердце ухнуло куда-то вниз. — Неужели … Неужели все-таки у них с Романом все вспыхнуло вновь?»

Мы зашли в лифт, Динара встала напротив.

Вид у нее был совершенно отсутствующий. Если бы я не знала, что мы идем в ресторан на банальный ужин, я бы решила, что девушка собралась на экзамен, к которому совершенно не готова.

Иначе к чему такое волнение?

Двери лифта бесшумно распахнулись.

— Динара, выходим.

Я заметила, как она крепко сжала дрожащие пальцы в замок.

Мы вошли в зал.

От дальнего столика у стены навстречу уже спешил Генеральный.

— Девушки, задерживаемся, — заметил он строго.

При нашем приближении китайские партнеры встали.

На ужин все трое пришли в строгих деловых костюмах и галстуках. Белоснежные сорочки отдавали голубизной. С лиц не сходили улыбки.

Роман усадил меня справа от него, а Динару слева, между собой и Михаилом.

«Надо же, обе под рукой оказались! Какая расчетливость у Генерального. С одной стороны обломится, на другую перейдем» — едко усмехнулась про себя.

Генеральный взял слово и попросил меня переводить. Сказал то, что обычно говорилось в таких случаях. Смысл проникновенной речи сводился к одному: «Мы рады сотрудничеству».

Потом ответное слово взял Михаил. Удивилась тому, что он запинался. Интересно, с чего бы это? Мне он показался человеком стрессоустойчивым.

Наконец-то обмен любезностями завершился и все приступили к еде.

Я с облегчением вздохнула. Как правило, на переговорах официальная часть самая трудная. Наконец-то она завершилась!

Смотрела на аппетитные блюда и чувствовала, что страшно хочу есть.

Обвела присутствующих взглядом и чуть не рассмеялась вслух — видно, проголодалась не я одна. Все за столом были активно заняты едой.

Вот только Динара почему-то ела с неохотой и очень скоро отложила приборы. Снова сжала пальцы в замок.

Я поглощала очень вкусную еду и раздумывала, что же это могло означать.

Так ни до чего и не додумалась. Решила больше не зацикливаться. Как говорят, нет ничего тайного, что бы ни стало явным.

Наконец, ощутила, что не могу съесть больше ни кусочка.

Расслабленно откинулась на спинку стула и обвела глазами зал.

Посетителей заметно прибавилось, почти все столики оказались заняты.

За столиками преобладали мужчины. Сначала удивилась, но потом поняла, что в «Ниве» останавливались, в основном, командировочные. А женщин в командировки посылали намного реже.

— Варвара, вы очень хорошо говорите на нашем языке. Где его учили? — Обратился ко мне один партнеров: — немолодой мужчина с серьезным взглядом карих глаз.

Я рассказала, что имела честь проходить языковую практику в Поднебесной. Он удивился, и вопросы посыпались один за другим — кто родители, замужем ли, сколько детей, нравится ли мне работа…

Сидящим с ним рядом коллега оказался молчаливым, сам вопросов не задавал, но мои ответы слушал внимательно. Я подозревала, что сфера его интересов лежит в Ратмановке, куда мы отправимся завтра в ремонтные мастерские.

— Вы механик по образованию? — спросила его, разумеется, на китайском.

Он почему-то смутился.

— Да. Механизмы — моя любовь, — старательно ответил на ломанном русском.

У меня почему-то поднялось настроение. Захотелось сказать этому строгому человеку что-то приятное.

— У вас неплохо получается по-русски. Давайте в следующий приезд попрактикуемся в языке? Мне кажется, что вы станете частым гостем на нашем производстве.

Он торжественно поднялся из-за стола и почему-то поклонился.

— Буду счастлив, — ответил по слогам.

Перевела взгляд на Михаила. Он что-то тихо рассказывал Динаре. Она сидела, не дыша, уткнувшись взглядом в тарелку с почти нетронутой едой.

Неожиданно из встроенных динамиков полилась красивая эстрадная музыка. И тут же к танцполу потянулись парочки.

Михаил склонился над Динарой, что-то прошептал и протянул руку. Она вспыхнула и поднялась. Я задумчиво смотрела, как они удалялись в сторону танцпола.

Потом, как по приказу, со своих мест поднялись китайские коллеги.

Они попросили Романа разрешить им удалиться в бильярдную комнату, так как очень любили эту игру.

Я перевела.

Он рассмеялся и охотно отпустил.

Оставаться наедине с Генеральным, сидящим совсем близко, в мои планы не входило. Я занервничала и не зря.

Не успели китайские партнеры скрыться из виду, как на мое колено властно легла горячая ладонь.

Я не пошевелилась.

— Уберите руку, Роман Александрович.

— Варь, почему так официально?

Меня захлестнула злость и чувство унижения.

К черту любовь! Не существует в природе ее. Что же это за любовь такая?!

Хочу — люблю, не хочу — к черту пошлю и тон официальный! И взглядом мимо, ни слова доброго!

И любовницу бывшую с собой приволочь, как само собой разумеется!

Не хочу больше, не могу…

Сглотнула застрявший в горле горький комок из непролитых слез и невысказанных претензий.

Много чести господину Генеральному!

— Пожалуйста, уберите руку, — прошептала настойчиво.

Он неохотно подчинился.

— В чем дело, Варвара Максимовна? Что не так?

— Все так. — Я отвернулась.

Руки Романа тяжело легли мне на плечи, губы прерывисто зашептали в висок:

— А ничего, что ты меня оскорбила? Заявила открытом текстом, чтоб не смел совать нос в твою семью! И как я должен на это реагировать? Или только ты способна чувствовать обиду? Я же уже с мальчишками договорился, что в гости приду! Хотел их в детский центр сводить на праздник. Там аниматоры замечательные и, вообще, здорово все для детей обустроено. А ты? Ты же меня перед ними пустобрехом выставила…

Он убрал руки с плеч и замолчал. Молчала и я. Даже головы в его сторону не повернула.

Скорее бы вернулись Динара с Михаилом. Сразу встану и уйду! Не хватало еще позорно разрыдаться при посторонних. Пусть Динара, если необходимо, займется переводом. Ничего, справится!