Анна Зубавина – Развод в 45. Ты пожалеешь, предатель! (страница 3)
– Они по папе соскучились! А то папа все работает и работает, – я выразительно взглянула на любовницу.
Под моим недобрым взглядом она съежилась.
Перевела взгляд на Елизара.
– Не волнуйся. Охранник их развлечет, куда же ему деваться. А моих подруг не смей трогать. На свою полюбуйся! – ткнула я пальцем в Ниночку. – Шалава.
Нервы у мужа не выдержали.
– Я сказал – домой! Или тебя вывести? – голос был полон холодной злости.
– Не утруждайся. Справлюсь, – надменно подняла подбородок, дошла до выхода из кабинета и со всей силы саданула дверью.
Бежала по коридору и глотала слезы горечи и обиды. Хотелось заголосить по-бабьи громко, тягуче и навзрыд. Но нет! Дети не должны ни о чем заподозрить. Хотя бы пока. Так же, как и охранник. Не дешевле я этой мочалки белобрысой!
Эх, Елизар, Елизар. Бес в ребро, значит… Ты еще пожалеешь об этом, предатель!
Глава 4
С натянутой улыбкой подошла к насупленному охраннику.
– Извините меня, – подпустила в голос виноватости. – Мужа захотелось с работы вытянуть. Хотя бы на поесть и чуть поспать. А то с утра снова на работу. Но… не получилось.
– Мама, мы хорошо себя вели, спроси у дяди, – подбежали ко мне близнецы. – А где папа? Ты его из плена не освободила?
Я прижала их к себе и ласково погладила по головам.
– Нет. Он сам освободится попозже. Подождем его дома, хорошо?
Опять повернулась к охраннику.
– Извините, что заставила вас нервничать! Просто побоялась вести детей в кабинет мужа. Они же все вверх дном перевернут! Спасибо.
– Нормально все, – пробурчал он и отвел глаза.
***
Когда мы вернулись домой, на улице уже зажглись фонари.
На автомате покормила детей ужином, искупала и уложила спать. Думала только об одном – чтобы близнецы не заподозрили, что со мной что-то не так. Даже книжку им перед сном почитала.
Дождавшись, пока уснут, ушла на кухню. Есть не хотелось. Не хотелось вообще ничего. Забиться бы сейчас под одеяло с головой и выплакаться вволю!
«Наплачешься еще, успеешь», – съехидничал противный внутренний голос.
«Молчи, – цыкнула на него. – Чего бы понимал!»
Подошла к окну, ткнулась горячим лбом в холодное стекло.
Любовница, значит… Не наврала моя Ленка, правдолюбка фигова! Да лучше бы я не знала ничего! Жила бы себе спокойно и ни сном, ни духом…
«А спокойно ли?» – опять вмешался назойливый голос изнутри.
«Задолбал! – в очередной раз огрызнулась я. – Совета путного от тебя не дождешься, одни подколы!»
Господи, ну что Елизару не так было?! Ведь он любил меня, я точно знаю. Добивался три года, проходу не давал! Свадьбу шикарную закатил в лучшем ресторане города! Пылинки сдувал, слова грубого от него никогда не слышала!
А уж как детки родились… не знал, как и благодарить. Иномарку нулевую подарил – «Киа», ласточку мою любимую, карту с офигительной денежной суммой преподнес, как он сказал – на булавки. Ага, на булавки! Еще на одну машину хватило бы.
Так что же случилось? Что?! Откуда этот бес в ребре взялся!
Горестно выдохнула. От жалости к себе горло схватило спазмами. Еле раздышалась.
Постаралась посмотреть правде в глаза. Я не смогу больше жить с Елизаром. Не смогу простить предательства.
Одно дело – услышать об измене любимого, и совсем другое – увидеть своими глазами распластанную на рабочем столе мужа молоденькую дрянь и нависшего над ней его, в спущенных штанах и мятой рубашке.
Меня затошнило от омерзения. Никогда не смогу больше лечь с Елизаром в постель. Не смогу разрешить ему прикоснуться ко мне. После увиденного – никогда и ни за что!
Внутри меня выжженная до черноты пустыня.
Завтра же подам на развод, заберу детей и уйду!
Но сначала – загляну в глаза и выслушаю оправдания наблудившего мужа.
***
Елизар явился около полуночи. Заглянул на кухню, где я ждала его, сидя за чисто прибранным столом. Недовольно скривил губы и прошел мимо.
Через минуту услышала приглушенный шум воды в ванной. Пропотел от усиленной работы, бедный. Тьфу!
Я знала, что без чашки крепкого горячего чая спать муж не ляжет, поэтому на кухню придет обязательно. Иначе не уснет.
Расслабленно уперлась затылком в стену и уставилась в потолок. Сейчас выскажу Елизару все, что о нем думаю. Главное – прикрыть покрепче дверь на кухню, чтобы дети не проснулись, и не кричать совсем уж громко.
– Почему не ложишься? Поздно уже, – как ни в чем не бывало спросил вошедший на кухню Елизар.
Облаченный в длинный банный халат, благоухающий мужским гелем для душа, он по-хозяйски уселся напротив.
– Будь добра, чаю, – распорядился. – И погорячее.
– Нет! Чаем пусть тебя Ниночка потчует, – я встала с табуретки и крепко прикрыла дверь. – Завтра подаю на развод.
– На развод? – недоуменно вздернул он брови. – Не вижу причины.
– Что?! – только и смогла я выдохнуть.
От цинизма Елизара спазмами перехватило горло. Выпила стакан воды прямо из-под крана. В нос шибануло хлоркой, но я смогла вновь заговорить.
– Я застала тебя со спущенными брюками над юной шалавой в рабочем кабинете! Значит, в расчет не принимается? Совсем не повод?!
– Для развода – не повод, – с усмешкой заметил он. – Все мужчины изменяют.
– Меня все не интересуют. Только собственный муж.
– Изменил! И что? Как жили, так и будем жить. Семья для меня святое. Так что успокойся.
– Святое для тебя только то, что между ног болтается.
– Ты вульгарна, – поморщился Елизар.
– Знаешь что, эстет, – презрительно сощурила глаза. – Не собираюсь терпеть твои похождения, понял? – от обуревавших эмоций пальцы сами собой сжались в кулаки.
Муж не ответил. В молчании встал с табуретки, подошел к чайнику. Проверил, есть ли вода, щелкнул тумблером. Потом спокойно вернулся на место.
– Наташа, давай начистоту. Тебе, по большому счету, не на что жаловаться. Я обеспечиваю вас с детьми полностью, с тобой всегда внимателен и нежен. Не требую отчета по расходам, ни в чем не ограничиваю. Однако, есть одно но… Да, ты замечательная жена, отличная мать, но тебе сорок пять… скоро будет. В декабре, если точно. Ты далеко не первой свежести. А я хочу совсем юную любовницу. Наивную, с широко распахнутыми от обожания глазами… Это меня будоражит и заводит. И я могу себе это позволить.
– То есть глупенькая Ниночка тебя заводит, а я нет, – ощетинилась я.
– Как-то так, – надменно пожал плечами муж.
Меня прорвало:
– Вот и пусть заводит дальше, старый ты дурак! А также стирает, готовит, содержит дом и на ночь готовит чай с лимоном. А я – пас, уволь!
Елизар выстрелил в меня злым взглядом.
– Нашла старого! Мне еще до пятидесяти целый год. А потом, куда ты пойдешь? Идти-то тебе некуда. У матери трехкомнатная старая хрущевка. Малометражка, самой развернуться негде. Ну, или к Ленке малахольной отправляйся. Тот еще клоповник!