Анна Змеевская – Обручённые Хаосом (СИ) (страница 15)

Равно как и я сам. Враньё это, что все хаоситы повально склонны к бисексуальности. Нет, гомофобией я не страдаю (было бы странно и просто мерзко, учитывая, что воспитан я однополой парой). Но серьёзно, как вообще хоть кого-то могут привлекать мужчины, когда есть девочки? Родись я девчонкой — наверняка играл бы за свою команду.

— Я слышал, твой полосатый братишка теперь ещё и по политике, — заметил Лоренц, лениво потягивая мою кровь из бокала. Уж не знаю, как он не даёт ей свернуться. — Котик Арти всерьёз готовится занять креслице айнэ Кэмерин? Я думал, стать королём Севера хочешь ты.

Не хочу. Не скажу, что не прельщает, но политика — та ещё дрянь, где помимо острого ума и хорошего образования нужно обладать другими качествами. Изворотливостью, умением состроить глазки где нужно, а где нет — ударить кулаком по столу. И если со вторым у меня всё более чем в порядке, то вот с первым, увы, не свезло. Покорности, смирения во мне ни капли, а уж со скромностью и вовсе беда.

Не быть мне, в общем, королём Севера. Но совсем другое дело — встать за спиной младшего братишки, которого я обожаю больше всех на свете.

Ну ладно, больше всех, кроме Джинни, но в нашей семье она всегда была принцессой; Арти же был моим собственным котёнком.

— Зачем мне это? Закон — моё оружие и моя политика. А правит пусть Арти, ему подходит. И я в любой момент смогу освободить его от должности, если он будет мне неугоден.

Лоренц посмотрел на меня удивлённо и чуть подозрительно.

— Ты серьёзно это сделаешь? Со своим братом?

— Сводным братом, — просто из вредности поправил я, плеснув себе ещё виски. — Закон есть закон, мой клыкастый друг. Соблюдать его должен даже префект, родственник он мне или нет.

Вру, конечно. Хотя бы отчасти — Арти я уж слишком люблю, как и его мать.

Такая вот у нас странная, по меркам всяких консерваторов, семья из тигрицы, медведицы и нас двоих — их детей. Я почти и не помню, как Лилс сошлась с мамой. Просто в один прекрасный день у Дара появилась Изара, а у мамы — Лилит, ставшая мне не то второй родительницей, не то крутейшей старшей сестрой. Обманчиво легкомысленная, вздорно-дерзкая и донельзя обаятельная, родившая нам очаровательного тигрёнка. Это потом появилась Джинни, принцесса и сокровище клана гро Маграт. А сначала у меня был Арти, мелкий и вредный, однако очень милый, когда того требует ситуация. Он и сейчас такой, но теперь ещё прагматичный до безобразия и экономный до скупости (спасибо воспитанию своры гномов и Джила, грозного омеги прайда Крэстани). Ну да это хорошие черты для любого правителя.

— Ну меня-то ты не слишком заставляешь быть законопослушным, — Лоренц ехидно ухмыльнулся.

Не заставляю, пусть поводов и хватает. Контрабанда, торговля запрещенными веществами, несколько борделей, проходящих в налоговой службе как модельные агентства… Вампиры те ещё пройдохи, на тёмных делишках съевшие не одну собаку. Ну, точнее, волка. Ибо почти весь теневой бизнес Греймора Гаррет с детишками отжали больше двадцати лет назад у клана гро Ярлак — шелудивых псин, по одному лишь недоразумению способных оборачиваться людьми.

— Я дитя Хаоса, идеальный порядок был бы слишком скучен, — снова выдвинув ящик стола, достал бутылку с виски Ароматным, с мягким вкусом, не то что ядрёное гномье пойло. Налил себе, повертел в пальцах стакан, любуясь янтарной жидкостью. — Мне нравится твой бизнес. Местами. Ведь ты привёз мне «Эрсланд»! Тридцать шестого года, в идеальном состоянии, бронзовые ручки и стеклоподьемники!

— И «Корингтон», — с усмешкой напомнил вампир.

— И «Корингтон», — согласился я.

Если и есть хоть что-то помимо работы, интересующее меня, так это машины. Да я мог бы стать лучшим автомехаником на Севере! Ну, после гномов, хотя не факт — полулюду никогда не понять тяги людей к красивостям. Для них машины это машины, которые должны быть надежными, работать в любой ситуации и ломаться как можно реже. Чтобы не тратиться на запчасти, ага.

Комм зазвенел внезапно, убивая к сидхе все мечты о карьере механика. На экране высветилось фото Арти — улыбающегося во весь рот, с вихрастой челкой и в такой ядрено-жёлтой толстовке, что глазам больно. Любит же он рядиться во всякую хрень. Вот так глянешь, и ни за что не скажешь, что этот парнишка — один из лучших политических журналистов Греймора. А если всё сложится, то и будущий префект.

— Чего тебе не спится, мелочь?..

— Брат, ты мне нужен! Очень-очень, вот прям офигеть как нужен, — в своей обычной манере зачастил Арти. Ну как в обычной — он срывается в скороговорки, только когда нервничает. — Как адвокат. Хоть ты и прокурор. Короче, нас замели за убийство.

Что, простите?..

— Где ты?

— Мы в участке. Не в полиции. У инквизиторов. Будь хорошим мишкой, скажи им, что они все пидорасы, а мы с Джинни ничего не сделали! Я не силён в мумиях!

18

Мумии, ночь. Арти, наверняка не упустивший возможность выгулять Джинни, хоть я и запретил Дару выпускать её из дома. Действительно, что могло пойти так?

— Погоди, я сам угадаю, — протянул я зло, уже готовый вцепиться в горло первому попавшемуся неудачнику. — Вы были с этим оленьим мажонком? На отвратительной зелёной машине, в сомнительном месте, где до моей женщины, едва она осталась без присмотра, снова доебался какой-то полудурок? А потом этот её чахоточный мудила исчез всего-то на пару минут и ничего не предвещало?..

Ну да, мы с Эммой основательно порылись в новом громком деле Инквизиторов, в обмен на свидание моей секретарши со старшим следователем Майером. Не знаю, как она, а я впечатлился. Не Майером, но феерической глупостью моей родни. Мало того, что всю мою семейку можно запросто замести за укрывательство предполагаемого преступника, без пяти минут находящегося в розыске, так там ещё и улик столько, что пора готовить новую красивую папочку — чтобы эффектно выступить на стороне обвинения.

Сдёрнул пиджак со спинки кресла, на возмущённое нытье Лоренца ответил средним пальцем; отмахнулся от Эммы, которая наверняка уже в курсе происходящего.

— Кто труп недели? — спросил я у притихшего братца, направляясь в сторону лифта.

— Вендин гро Гитвар.

Нервно потёр переносицу. Просто прелестно! Мало мне было Лэнса с его безутешным дядюшкой, теперь придётся слушать истерику Гитваров, третьего по силе медвежьего клана на Севере. Впрочем, насрать — какой смертник решил, что может убивать моих медведей на моей же территории? Клянусь Прядильщиком, оставлю дома удостоверение и разберусь не как прокурор, но как альфа. Ибо нехрен трогать моё, кем и чем бы оно ни было.

— В чём вас обвиняют?

— Нас — ни в чём, — отозвался Арти. — А вот Джинни с Олли — главные подозреваемые. Мы в допросной, а их сразу в каталажку запихнули.

— Джинни в камере? — уточнил я. И тут же свернул в сторону главного выхода, откуда проще добраться до изолятора Инквизиции. Оставлять брата в допросных мне очень не хочется, но Джинни за решёткой делать вовсе нечего. — С кем ты?

Арти ляпнул было про свою девицу, Наоми, на которую мне вообще-то было откровенно наплевать, но почти сразу сообразил, о чём я спрашиваю. В трубке послышалась какая-то возня, голоса, из которых я всё же выцепил имя «Джоэл». Фамилию не разобрал, но и не надо — этого лейтенанта я помню по паре прошлых дел.

— Отдай ему комм, — велел я. И, коротко поприветствовав инквизитора, перешёл к делу. — Лейтенант, возьми расписку, отправь болезных домой. Статья двадцать вторая Положения о работе с участниками уголовных дел, мистер Крэстани и миз Престон, являющиеся свидетелями, пока не доказана причастность, при наличии документов… А, короче, ты и сам всё знаешь.

Джоэл тяжко вздохнул. Даже без слов понятно, на каком органе он вертит меня, моего брата и всю нашу шерстяную шоблу. Но Арти с его несносной подружкой уйти всё же позволил — кому охота целую ночь любоваться на вздорных меховух с сомнительной роднёй?

Нет, хорошо, что я не пошёл в охотники, как собирался.

Полицейское управление и прокуратура, слава Хаосу, стоят совсем рядом с архитектурным монстром, в котором заседает всё региональное подразделение по борьбе со сверхъестественной преступностью. Едва войдя, махнул удостоверением перед полусонным дежурным (ещё бы он был бодрый, во втором-то часу ночи) и пошёл по следу. Ни с чем не спутать запах крупной хищницы, а кошки всегда пахнут шерстью, опасностью и свежестью. Аромат тигрицы особенно яркий и запоминающийся. Опьяняющий, как и сама Джинни…

Так, Хота, соберись, потом предашься воспоминаниям.

Предамся, ага. В душе, наедине со своей рукой. И даже не стану напоминать себе глупости про «оставить всё в прошлом». Смысл? Но то наедине, а тут я по-прежнему прокурор и редкостная сволочь.

Ладно, и впрямь стоит поторопиться. Гектора Сойера, которому выпала честь арестовывать Реджину, я знаю со студенческих времён, и вовремя заткнуться этот еблан сроду не умел. Равно как и женщины-альфы никогда не отличались ни кротостью, ни терпением. Да, Реджина для хищницы довольно нежная и миролюбивая, но не безропотная. В обиду она себя не даст, вторую щёку нипочём не подставит…

О, ладно, не делай вид, что ты по-прежнему знаешь её лучше всех! Прежняя Реджина ни за что не угодила бы в тюрягу. И уж точно не нарывалась бы на драку с инквизиторами. А всё ради какого-то столичного задохлика! Ну вот что в нём может быть такого?..