Анна Жукова – Подмена: тёмный близнец мужа (страница 10)

— Спасибо, — бросает он в мою сторону.

— За что?

— За то что не расспрашиваешь, — глухо.

Его мать что-то кричит нам вдогонку, но её слова заглушают самолётные двигатели. Я терпелива и знаю, что если бы он захотел, то рассказал. В семье моего мужа произошло нечто страшное. Близнецы? Умерший брат? Поэтому у Степана такие перепады настроения? Да тут любой с ума сойдёт? Если тебя вечно путают с мертвецом и когда так надрывно плачет мать… Поэтому Степан так жесток? С ума можно сойти…

Но смотреть на своего «вынужденного» мужа я стала по другому.

Внутри салона мы располагаемся в удобных креслах напротив друг друга. Орлов тщательно избегает прямого зрительного контакта со мной. Думает, что уязвим. Думает, что теперь я смогу надавить на рану, которая всё ещё болит. Мы и вправду знаем друг друга мало. Ни о чём. Я не подлая. Это он должен понимать.

— Куда мы сейчас? — спросила я.

Уже собравшийся с мыслями Орлов отвечает:

— На мою яхту. Долетим за несколько часов, а потом в открытое море. Адриатическое. А там остров. Есть предпочтения?

— Нет, я доверюсь твоему вкусу, пожалуй, — мимолётно улыбаюсь.

Он морщит лоб.

— Твоё отношение ко мне изменилось. Это из-за той… — он подбирает слова, тон надменен, — сцены?

Молчу. Кажется он не понимает меня, приняв всё в штыки.

— Почему молчишь? — спрашивает с нажимом.

К нам подходит стюард и ставит на стол открытые бутылки с минеральной водой и стаканы.

— Обедать будете? — услужливо спрашивает мужчина.

— Да, — отвечает за нас Орлов.

Так и дальше будет. Всё будет решать за меня. Отец научил меня покорности. Не так легко её из себя выдавить.

— Я могу принять душ? — спрашиваю у стюарда, избегая разговора с мужем.

— Разумеется, — кивает головой и рассказывает, как к нему пройти.

Орлов смотрит напряжённо.

— Уступаю место даме, — уголки губ приподнимаются.

— Вы такой джентльмен, господин Орлов, — льстиво, — воды едва хватит на вас двоих, — поклонившись уходит.

— Я постараюсь не слишком долго, — примиряюще произношу я.

Чёртова моя щепетильность, никто не оценит моей уступчивости, только такой тиран как Орлов и то в свою пользу, отец передал меня точно такому же как он сам, свободы мне не видать и замужем, только если пойти на сделку с Орловым, как он выражается «сделать» наследника и жить отдельно, сохраняя реноме официальной семьи со счастливым фасадом.

— Резвись на здоровье, — весело проговаривает он и взгляд его становится плотоядным, он им как будто раздевает меня прямо сейчас в этом салоне.

Ухожу побыстрее. Душевая достаточно свободная. Скорее скидываю с себя дорожную одежду и вхожу в душ, закрывая за собой прозрачную дверцу.

И только я хочу включить воду и встать под тугие и горячие струи как кабинка проседает под чьим-то весом. Я резко поворачиваюсь и вижу…

— Орлов! — вскрикиваю я.

Он темнеющим взглядом обводит моё тело. Я резко прикрываю грудь, затем пах, обнажая грудь, затем сориентировавшись, одной рукой грудь, а другой — промежность.

— Что ты здесь делаешь? — нарочито громко говорю я.

— А что? — совершенно нагло, взгляд такой, что я внутри разгораюсь, хотя саму себя пытаюсь убедить в обратном.

— Пусти меня, я выйду. Что-то перехотела…

Он не даёт, фиксируя ладонью мою талию. Прикосновение прожигает меня насквозь, рождая рой мурашек по телу, а запах от него такой, что от возбуждения я свожу колени.

— Я сейчас заору, — предупреждаю я.

— Мы муж и жена, — поясняет он, — у нас игры такие, к примеру. Никто и внимание не обратит.

Поддевает подбородок пригоршней и обводит большим пальцем мои губы, слегка приоткрывая их. Моё сердце колотится всё быстрее.

И я знаю, что он прав.

— Будешь силой брать? — упрямо смотрю в его глаза.

— Разве? — он наклоняется ко мне, выставляя одну руку вперёд, пееркрывая мне выход, и шепчет мне в самое ухо, так что моя киска мгновенно влажнеет, а соски напрягаются так остро, что становится даже больно, — я прикоснулся к тебе, всю замурашил, ты свела колени, а твоя грудь напряглась.

Он кивает на сосок, который вынырнул из-под моей руки. Я краснею так что готова провалиться сквозь землю, вновь пряча его.

— Я хочу, чтобы ты не прятала такое сокровище. Твоя грудь прекрасна. Круглая, небольшая, с большими сосками. Посмотри вниз, только один её вид и мой член стоит…

Не сильно дёргает одну ладонь и притягивает к своему огромному члену. Я чувствую под рукой все венки, ощущаю с ума сводящую бархатистость кожи и округлость влажной проступившего эякулята головки. Он смещает кожу на члене моей ладонью и он становится крепче, больше. Он ослабляет хватку и я убираю руку, вновь прижимая её к своему паху.

— А ты нахал… — говорю просевшим голосом, — выпусти меня! Сейчас же! Ну!

— Да? — он резко, свободной ладонью отводит мою и ныряет в промежность, — а течёшь ты так словно только и хочешь, чтобы я оттрахал тебя.

— Это… — я кусаю губу от досады, — не на тебя…

Его широкие бровь взметают вверх.

— На стюарда так возбудилась? — мотает головой, — Настя, будь честной хотя бы сама с собой.

Его пальцы двигаются вдоль половых губ. Горячий член задевает бедро.

— Не зажимай ножки, — Орлов наваливается на меня, — не бойся, я не… — замолкает на полуслове и тут же спешно добавляет, — я держу слово. Я не буду груб с тобой.

Распахиваю глаза и смотрю на него так словно вижу впервые. Не тот. Не тот. Не тот… Стучит у меня в голове. Его палец оказывается на клиторе, искусно лаская его, так что я откидываю голову назад, тихонько проскулив.

— Отзывчивая, горячая, — шепчет он мне на ухо, — громче, — и тут же надавливает на чувствительную точку.

— Нас услышат, — хрипло проговариваю я, окончательно потеряв голову.

— Похуй, — он аккуратно вводит палец внутрь.

Я стону так, что меня бы услышали даже на Земле. Тут же Орлов затыкает мне рот. Поцелуем. Грубым, неистовым. Язык бесцеремонно раздвигает губы, по-свойски орудуя внутри. Он выпивает моё дыхание и я руками хватаюсь за его спину, слегка впиваясь ноготками. Орлов сдержанно стонет мне в рот. Его чувствительность и крайняя степень желания заводит меня ещё сильнее.

Он резко отодвигается, смотря мне в глаза, а его палец до этого двигавшийся во мне так, что поднимал внизу приятные волны, выныривает из меня. Я готова заплакать от тянущей пустоты, образовавшейся во влагалище.

— Ты хочешь кончить? — спрашивает он, его рука стягивает волосы на затылке.

Вопрос, конечно… Специально мучает?

Прикусываю нижнюю губу. А он облизывает теперь уже два пальца и резко вставляет во влагалище.

— Да, — шепчу я, зрастворяясь в ощущениях как в приятной истоме.

Он неотрывно смотрит на меня, затем на губы. И вновь целует так, что моё сердце ухает вниз. Я его почти не знаю, он недавно причинил мне боль и я… хочу его с бешеной силой. Его руки блуждают по всему моему телу, лаская грудь, пропуская соски через пальцы, сминая ягодицы. Он шепчет на ухо пошлости, обозначая всё что видит и делает со мной грубыми словами, а я готова лопнуть от оргазма, брызнув созревшим соком на его пальцы.

Сама насаживаюсь на них и, кажется, подмахиваю задом. Чёрт! Но смущение растворяется в сильных телесных ощущениях.

— Ты такая тугая, узкая, — с этими словами Орлов поворачивает меня к себе спиной.

Попой чувствую его крепкий, горячий член и от одного только этого ощущения по внутренней стороне бедра течёт смазка.

— Воу, детка, такая страстная… Знал бы… Нахер нужен этот остров, трахались бы в отеле, — шепчет сжимая грудь до сладкой боли, оттягивая соски до моих чувственных вскриков.