Анна Завгородняя – Я вижу призраков (страница 2)

Незнакомец забрался в салон, раздраженно хлопнул дверью и умчался с заправки в считанные секунды. А я, мысленно пожелав ему прогореть на важной встрече, вошла в магазин и направилась прямиком к прилавку, за которым стоял продавец.

— Здравствуйте, сэр! Не подскажите, где здесь у вас уборная? — сразу пошла я в наступление.

Мужчина вскинул взгляд, увидел мое лицо и сообразил, что мне уборная нужна очень и очень срочно.

— Там, — указал в сторону стеллажей с товарами. — Обойдите чипсы и увидите.

— Спасибо! — ответила я и шагнула в указанном направлении.

Нужная дверь оказалась за полкой с чипсами. Как раз за холодильником, заваленным банками и бутылками и прохладительными напитками. Я ворвалась в удивительно чистую комнатку, наполненную запахом химической хвои из освежителя, и метнулась к раковине. Только прежде, чем умыться, взглянула на свое отражение, глядевшее на меня страшными глазами и щеками, разукрашенными черными потеками. Так, будто я была индейцев, вышедшим на тропу войны. Мой вид устрашал. Так что сразу стало понятно, почему тот мужчина столь нелестно высказался о моей скромной особе. Впрочем, ну его. Не заставил платить за свою дорогущую рубашку и на том спасибо. Ведь, если подумать здраво, моей вины в том, что она испачкалась, не больше, чем его собственной. Он сам поймал меня и к себе прижал. Вот я и…прижалась…

— А! — простонала яростно и открыла воду, начав плескать себе на лицо. Видимо, для него подобная трата пустяк. Выбросит и купит новую. Вон какая машина под ним ходит. Там пахло миллионами, а не моей скромной и уже бывшей, зарплатой. После этого происшествия я и подзабыла о том, что теперь безработная и свободная девушка. Впрочем, последний факт уже почти не расстраивал.

Я тщательно умылась и уничтожила несколько бумажных полотенец, вытирая лицо. Бросила комок в корзину и снова посмотрела на свое отражение.

Девушка в зеркале была милой, но грустной. Чистая кожа, синие глаза и светлые волосы, растрепавшиеся в тонкие пряди, которые теперь обрамляли лицо, спадая на плечи. В какой-то момент мне показалось, что без краски на лице я выгляжу более молодо и свежо. Или это мне мерещиться после того, как смыла уродливые потеки туши?

Вздохнув, решила оставить все как есть, и косметика осталась лежать нетронутой в моей сумочке. А когда я вышла из магазина, купив себе банку колы, то уже знала, куда отправлюсь дальше. Потому что поняла, что ехала совсем не наобум, подсознательно свернув туда, куда меня вело сердце.

Глава 2

Старое кафе с вывеской, изображавшей голову быка с забавным массивным кольцом в ноздрях, стояло на прежнем месте. И вокруг, к моему удивлению, не выросло ни одной постройки. Вдаль, насколько хватало глаз, простирались степи с редкими пятнами деревьев, низких и коренастых, прятавшихся среди огромных валунов. Да дорога, словно голубая лента реки, вилась меж песков, уходя так далеко за горизонт, что сливалась с ним, превращаясь в единое целое.

Я припарковалась на обочине, отметив краем глаза еще несколько старых машин, наподобие моей. Выбралась наружу и на несколько секунд застыла, глядя на вывеску, смотревшую на меня в ответ бычьими глазами, лишенными даже намека на разум. Художник, рисовавший этого быка явно фантазией не отличался. Морда получилась тупой и массивной.

Вздохнув, прошла вперед.

Дверь кафешки зазвенела дверным колокольчиком и на его зов из глубины заведения выглянула полноватая и уже немолодая официантка в слишком коротком платье и белом переднике.

Я огляделась по сторонам, отыскав взглядом нужный свободный столик. Прошла к нему и села, положив на соседний стул сумочку и ключи от машины. В зале было просторно и пусто. Кроме меня здесь еще находилось несколько человек. Какая-то среднестатистическая семья и мужчина в рабочей одежде. Минуту спустя подошла официантка. Поздоровалась несколько вяло, протянула меню и застыла, держа книжечку для заказов наготове.

Здесь ничего не изменилось. Именно об этом подумала я, проглядев бегло короткий список блюд в меню и понимая, почему мне не дали время на раздумье и выбор. Просто выбирать тут было особо не из чего.

— Бургер и колу, пожалуйста, — продиктовала я.

— Картошку брать будете или пирог с кофе? — предложила обыденным тоном женщина. — У нас очень хороший пирог с вишней.

«Почему нет?» — подумала я и решила добавить перечисленное к уже заказанному. А стоило официантке удалиться, положила руки на столешницу и закрыла глаза, вспоминая, как побывала здесь до того дня, когда осталась одна.

Три года назад вот также, проездом, мы с родителями остановились в этом кафе. Меню было точно таким же, разве что пирог нам предложили с яблоками.

Теперь-то я знала, почему приехала сюда. Последнее место, где я была счастлива.

Мама тогда много шутила, а отец улыбался. Жизнь казалась светлой и полной радужных надежд. И, кажется, это пустое непопулярное кафе-забегаловка на отшибе, где время словно остановилось, осталось для меня тем островком счастья о котором я забыла, а вот теперь, когда прижало, вспомнила. Приехала, будто кто-то вел.

А ведь, действительно, все вместе, длинная дорога, пустое шоссе и это кафе, сделали свое дело, позволив отвлечься и успокоиться.

Говорят, что бесконечно можно смотреть на то, как течет вода и горит огонь. А я еще нашла одну приятую бесконечность для себя, как способ преодолеть разочарование в жизни — ехать по дороге, которая кажется бесконечной, как сама жизнь. Ехать, оставляя все злое и обидное за спиной. Позволяя неприятностям развеяться от быстрой езды.

День медленно клонился к своему завершению. Я пробыла в кафе дольше, чем планировала. А на обратном пути снова заехала дозаправиться на станцию, где столкнулась с ярким мужчиной, владельцем шикарного авто. О нем стоило забыть. Так как вряд ли мы встретимся снова. Но почему-то память упорно не желала этого делать. И я махнула попросту рукой, наслаждаясь обратной дорогой и опускающимися на землю сумерками, сменившими яркий оранжевый закат.

Дорога вилась впереди пустой лентой. Редкие фонари стали встречаться чаще, по мере приближения к большому городу. Но вокруг еще не было ни одного дома и по-прежнему мелькали пустоши, да редкие встречные авто. Я успокоилась настолько, что была готова встретить новый день в опустевшей, как я надеялась, квартире и с решимостью найти новую работу. Даже улыбалась, включив радио и постукивая по рулю пальцами в такт какой-то веселой песенке в кантри стиле.

Но вот впереди появились первые далекие огоньки. Еще немного, и я окажусь в пригороде, с его низкими дорогими домами и дворами, каждый с обязательной зеленой лужайкой и живыми изгородями. А следом, через какие-то минут пятнадцать езды, меня встретит яркими огнями город. А уж там и до квартиры недалеко. Приеду, закажу на дом пиццу, и устрою праздник души. Лишь бы Фил убрался к этому моменту. Впрочем, если не уберется, то я ему в этом помогу. Даже с радостью выброшу вещи в коридор.

Замечтавшись о маленькой воображаемой мести, я успела отреагировать, когда кто-то или что-то, выскочило на дорогу. Просто резко нажала на тормоза, успев заметить слепящий свет, бросившийся в глаза. На встречку, обгоняя возникшую словно из ниоткуда, фуру, вынырнуло авто, мчавшееся на беспредельной, как мне показалось, скорости. И все, что я успела заметить, это низкую посадку автомобиля и ощутила удивление узнавания, когда поняла, что за машина сейчас сметет меня с пути.

Отчаянно вывернула руль, но не тут то было. Мой старичок мерс заупрямился, заскрежетал шинами, пытаясь выровняться и съехать на обочину, уйти от столкновения. Нарушитель движения тоже нажал на тормоза, но его скорость была слишком велика.

Все произошло быстро. Я толком испугаться не успела, зато вся короткая жизнь промелькнула перед глазами вплоть до ужасного удара, швырнувшего меня сначала назад, впечатывая в сидение, а затем вперед. Стекло лопнуло. Удар был такой мощности, что машину закрутило по дороге, словно детскую юлу. И я в этот момент находилась внутри нее, чувствуя боль в груди от удара об руль, и безумную тошноту, замешанную на головокружении.

А затем машина кувыркнулась, словно акробат в цирке и проделав несколько умопомрачительных сальто, оказалась за пределами дороги, наконец, остановившись.

Пристегнутая к сиденью, я застыла, глядя на свои коленки, зажатые вмятиной на крыле. Мир перевернулся с ног на голову, и я оказалась на самом его дне, среди острых осколков разбитого лобового стекла и жуткой боли растекающейся по всему телу.

— Помогите, — вырвалось невольное.

Через разбитое стекло я увидела еще одну машину, оказавшуюся в паре-тройке метров впереди. В отличие от моей, стальной хищник стоял на своих колесах, но дымился как-то подозрительно.

— Черт, — проговорила я и дернулась всем телом, понимая, что если чужое авто рванет, то мое окажется следующим. И гореть мне заживо в этой консервной банке.

Нет, право же, полоса неудач не может быть настолько черной! Я жить хочу, а не сгореть тут живьем из-за какого-то идиота. Впрочем, я его знала. Не лично, конечно, но в лицо. И машину сразу вспомнила. Такую не забудешь. Дорогущая, спортивная.

Лицо владельца возникло перед глазами так отчетливо, что я даже выругалась, жалея о том, что судьба снова столкнула нас на узкой дороге.