Анна Завгородняя – Вторая жена. Часть 3 (страница 58)

Тахира выглядела молчаливой и спокойной. Она стояла рядом с мужем, который бережно обнимал ее за плечи и поддерживал, глядя с такой любовью и нежностью, что у Ширин перехватывало дыхание и она понимала, что даже завидует своему сыну. Кто бы мог подумать, что подобный брак обернется такой сильной любовью для обоих!

«Как жаль, что она не принесет моему сыну долгожданного наследника!» — подумала Ширин. Впрочем, у молодой пары все ещё было впереди, а пока сына Акраму родит его наложница.

Ширин обвела взглядом комнату перед покоями Дилии и нашла глазами Ираду. Старая хазнедар стояла у дверей, чтобы быть первой, кто услышит крик младенца. Повелительница Роккара видела, как переживает за наложницу старая женщина, но знала, что Ирада не покинет дворец даже ради Дилии, хотя хазнедар уже сообщили, что сразу после родов молодую мать отправят из дворца, а вскоре и выдадут замуж. Это было решение принца Акрама, и никто не посмел перечить ему. После своего возвращения наследник престола сильно изменился и теперь это был настоящий муж, достойный занять место своего отца, когда придет этот день.

«Что же, — подумала Ширин, — все в руках богов и как бы мы не считали, что управляем своей судьбой, именно они те, кто вершит ее там, в чертогах небес!».

Крик младенца пришел сразу же на смену воплям Дилии. Рожала она громко. Постоянно жаловалась и ругалась, так, что порой рабыни краснели и опускали глаза. Не привыкшая к боли, наложница принца вела себя несдержанно, но ни Акрам, ни его жена даже глаз не отвели, сама же Ширин списывала подобные крики к боли, которая всегда сопровождает роженицу.

Но вот долгожданный детский крик.

Тахира посмотрела на мужа и в глазах ее мелькнуло что-то похожее на страх, но Акрам нашел ее руку и крепко сжал, а затем, у всех на глазах, опустился на колени и поцеловал выпирающий животик своей повелительницы.

Двери покоев отворились и вышел табиб. В руках он держал покрывало с младенцем. Ребенок был крупный и постоянно кричал, словно не мог успокоиться.

— Кто? — Ширин даже подалась вперед.

— Мальчик! — с улыбкой ответил лекарь. — Сын!

— Сын! — повторил Акрам и встав с колен, подошел к лекарю, чтобы посмотреть на своего ребенка. Красное личико малыша было искажено от крика, на голове принц рассмотрел слипшиеся черные волосы, ещё редкие, но уже цвета смолы.

— Отнесите его кормилице! — велела Ширин, приближаясь к своему внуку. Она рассмотрела ребенка, сделав вывод, что он более похож на Дилию и это удручало ее.

«Но ничего! — подумала она. — Детям с возрастом положено меняться!».

Тахира приблизилась к ребенку своего мужа и протянула к нему руки. Табиб замешкался, но затем с готовностью отдал ребенка в руки принцессы, и она бережно приняла его, разглядывая сморщенное личико. Младенец удивил Ширин, когда замолчал на руках у девушки, а затем и вовсе протянул к ней руки.

— Как Дилия? — хазнедар была последней, кто подошел, чтобы взглянуть на ребенка, но ее больше беспокоила судьба внучки и она едва посмотрела на притихшего младенца.

— Роды прошли благополучно, — с поклоном ответил лекарь. — Наложница Дилия чувствует себя хорошо.

— Отнесите ребенка! — приказала Ширин и взглядом велела Тахире отдать мальчика. Принцесса повиновалась, бросив взгляд на новорожденного, но едва малыша передали в чужие руки, как он снова зашёлся воплем.

— Давайте я сама отнесу его! — предложила принцесса.

— Хорошо! — кивнула мать Акрама. — Мы пойдем вместе.

— Вместе! — подхватил принц Роккара и положил широкую ладонь на плечо жены.

Она повернула к нему свое лицо и взгляд ее сиял.

И только Акрам заметил, что глаза принцессы изменили свой цвет.

Теперь они сияли глубоким золотом. Яркие и так похожие на солнце.

В саду было тихо. Догорал алый закат, и я отпустила рабынь, чтобы посидеть в одиночестве у фонтана. Скоро должен был прийти Шаккар. Я знала, что он получил письмо от Акрама, как знала и то, что у брата родился сын, а в скором времени Тахира должна была подарить ему и дочь.

Мой муж сейчас был занят. Много дел предстояло выполнить. Восстановление дворца, новые войска, новая жизнь и усиление обороны Хайрата отнимали слишком много времени у моего мужа. Уже не принца, а повелителя. Но каждый вечер он неизменно проводил со мной.

— Я хочу от тебя сына! — шептали его горячие губы, пока руки ласкали мое тело.

Что ж, я была не против сделать ему такой подарок.

Когда за спиной раздался шорок, я оглянулась, но не увидела ничего подозрительного, хотя и спросила:

— Кто здесь?

— Госпожа!

Наима всегда умела прятаться, а вот теперь вышла из зарослей, низко склонив голову.

— Ты? — удивилась я. — Я думала, ты мудрее и уже давно находишься за пределами Хайрата! Ведьма поклонилась.

— Я не могу уйти, пока не получу его! — и она ткнула пальцем в направлении моей груди. Амулет Сарнай. Я по какой-то непонятной причине продолжала носить его.

— Зачем он тебе? — спросила я.

Наима рассказала. Ее рассказ был коротким, но основательным и, кажется, я многое поняла.

— Отдайте мне его, и я навсегда исчезну из вашей жизни! — взмолилась она.

— Ты пыталась убить меня! — возразила я спокойно. — И ты убила мое дитя!

На это старой ведьме нечего было сказать. Она лишь опустила глаза.

— Я буду вашей должницей! — произнесла она. — Отдайте амулет. Я никогда и никому не причиню больше зла. Я просто хочу быть свободной, понимаете!

Моя рука потянулась к горлу, схватилась за украшение. Я медлила не долго, затем сорвала его с груди и встала, заметив, какой надеждой загорелись глаза ведьмы.

— И это я спасла вас там, в тронном зале, помешав Сарнай! — добавила старуха.

Я прошла мимо нее, скрепя сердце. Перед глазами вставали жуткие картины, я вспомнила, как едва не умерла из-за подлости Наимы, вспомнила, что именно из-за этого была вынуждена дать слово жрецу, пусть и не сама, за меня это сделал Аббас, но все же...

Спустя несколько шагов я оглянулась на старуху и увидела, что она опустилась на тропинку и плачет, закрыв лицо руками. Это остановило меня.

— Ты плачешь? — проговорила я тихо. — Значит, у тебя есть сердце.

Женщина подняла на меня глаза, а я бросила ей амулет и отвернувшись, пошла дальше, не желая более видеть ее лицо. Но сделав еще несколько шагов не удержалась и снова оглянулась: Наимы за спиной не оказалось, а в воздухе прошелестел ее шепот: «У вас скоро будет сын, госпожа. Уж я-то это знаю точно!».

Ее слова меня удивили, но я поверила ей, так как сама уже несколько дней как стала подозревать подобное.

«Ушла! — подумала я. — Интересно, куда? В свою долину?».

— Вот ты где, — руки Шаккара сомкнулись на моей талии. Мужчина подхватил меня и закружил, после чего поставил на ноги и наклонился, жадно целуя. Я увидела, что он пришел не один, но Аббас тактично отводил глаза, делая вид, что не замечает ничего.

— Почему ты одна?

— Я — не одна! — ответила многозначительно улыбаясь

Кажется, мой повелитель не понял. Но у него еще будет время понять. Ведь у нас все впереди.

Примечания

Махариб (от арабск.) — воин

Менсувар (брат)

Сераль — женская половина дворца

Табиб — лекарь, врач во Дворце

Харадж — то же что и «дань».

Курум — значительные по площади каменные осыпи, лежащие в виде плаща на склонах гор с уклонами, доходящими до 30-45 градусов. Ходить по курумам сложно и небезопасно: иногда под действием веса человека отдельные большие глыбы или часть осыпи могут прийти в движение.