Анна Завгородняя – Вторая жена. Часть 2 (страница 26)

— Я поняла тебя, — сказала я и добавила, — но теперь приведи ко мне лекаря, я послушаю, что скажет мне он.

Рабыня поклонилась и встала с колен, а затем направилась к выходу из моих комнат. Спустя некоторое время пришли служанки. Меня умыли, причесали и облачили в дорогое платье из ярко-красного шелка. Несчастный горшок унесли прочь и уже скоро я принимала табиба по имени Кыям.

Лекарь был стар и умудрен опытом, да и не мог Вазир держать при другого лекаря. Увенчанный сединами, в дорогом халате, он посмотрел на меня и поспешно поклонился, я же приказала всем рабыням и Наиме в их числе, покинуть комнаты и оставить нас с табибом наедине.

— Принцесса Майрам! — снова поклонился мне старик.

— Я хочу узнать, беременна ли я! — не стала ходить кругами и высказала то, что более всего заставляло сжиматься в ожидании сердце.

— Госпожа, — просительно проговорил Кыям и приблизился.

— Руку? — уточнила и лекарь кивнул.

Он проделал все те же манипуляции, что и до него сделала моя рабыня. Долго вслушивался в биение сердца, а затем осторожно опустил мою кисть и сложил руки на груди. Снова поклонился и произнес:

— Я ничего не слышу, моя повелительница!

Не сдержав разочарованного вздоха, я печально улыбнулась, подумав о том, что мне стоило поверить словам Наимы. И с чего это я только решила, что она станет обманывать меня?

— Но госпожа, — продолжил лекарь, — весьма вероятно, что вы беременны, но срок слишком маленький, чтобы я мог его определить. Я зайду к вам через неделю, если на то будет ваше милостивое позволение!

Эти слова старика меня обнадежили.

— Сегодня утром мне было дурно! — призналась я. — Мне говорили, что тошнота первый признак беременности!

Кыям закивал.

— Так и есть, моя госпожа! — подтвердил он. — Но тошнота может быть и от несвежих продуктов, вы могли перегреться и попросту устать. Причин много!

— Я поняла! — ответила я. — Тогда буду ждать вас через несколько дней. Я пришлю свою рабыню!

— Да, принцесса Майрам! — старик снова склонился передо мной и стал пятится к выходу, понимая, что наша встреча подошла к концу. Но мои слова заставили его остановится.

— Я очень прошу вас, мухтарам Кыяр, ничего пока не говорите моему мужу и конечно же, повелителю Вазиру!

Брови старика чуть приподнялись.

— Я не хочу их обнадеживать раньше времени! — призналась тихо.

Кыям улыбнулся.

— Как прикажете, повелительница Майрам! — и снова склонившись, вышел из комнаты. Я же, закусив губу, устало посмотрела ему во след. Спустя некоторое время стайка рабынь влетела в покои. Меня окружили и принялись наперебой предлагать позавтракать, переодеться, выйти прогуляться в сад… Но настроения не было. Моя надежда помахала мне крылом и улетела прочь, но успела пустить свои корни в сердце. Я неожиданно для себя поняла, как сильно хотела бы иметь ребенка от своего мужа. Такого же красивого сильного мальчика, так похожего на Шаккара, или дочку, красавицу, с длинными темными волосами и черным взглядом.

Ненароком поймала взгляд Наимы, которая стояла отдельно ото всех, в углу комнаты и смотрела на меня странным взглядом, словно что-то знала, но не спешила делиться этим знанием со своей госпожой. а может, мне это снова кажется? Я стала слишком подозрительна в последнее время. Сама себя не узнаю.

— Принесите мне завтрак в сад! — велела я, вставая с подушек. Свежий воздух — вот что мне было нужно после этого неприятного утра. Свежий воздух и умиротворение. а ещё встреча с Шаккаром, который расскажет мне о том, что в действительности произошло в приемном зале его отца.

— Ты не можешь так поступить со мной! — аббас был недоволен и не собирался скрывать это от молочного брата, который сейчас стоял напротив своего махариба и, сложив руки на мощной груди, выслушивал возмущенные слова последнего.

— Я воин, а не нянька! — аббас пытался сдержать гнев.

— Одно дело — быть учителем в мирное время, но не теперь, когда моему народу угрожает такая опасность. Я сам себя не буду уважать, если останусь здесь, словно женщина!

Шаккар сдвинул брови на переносице. Прищурил темный взгляд.

— Повелительница Майрам — самое дорогое, что есть у меня, — сказал спокойно. — Ты должен понимать, что я доверяю тебе ее жизнь, потому что доверяю как самому себе. Я не могу взять жену с собой. Она не Сарнай, она не вынесет подобного, и я просто не могу подвергать ее опасности. Если Майрам будет рядом, я буду думать только о ее безопасности, а мне, как вождю, как предводителю, необходимо, чтобы мои руки были развязаны. Чтобы я думал только о том, как выиграть предстоящую войну.

— Попроси кого-то другого! — не согласился аббас.

— Но я никому другому не доверяю так, как доверяю тебе, — ответил принц, — и отец… — он замялся, — Повелитель Вазир останется здесь. Если со мной что-то случится, ему будет нужен умный и сильный человек, который выведет наш народ из этого города. Здесь мы будем словно в ловушке.

— Я против! — отрезал молочный брат.

— Но я прошу тебя! — с чувством произнес Шаккар, почти выкрикнул слова, уронив руки вдоль тела.

Аббас отвел глаза.

— Нет! — ответил он и поклонившись брату, направился прочь из сада, всем своим видом показывая наследнику Вазира, что их разговор окончен.

Проводив его разочарованным взглядом, Шаккар вздохнул и шагнул было к тропинке, ведущей во дворец, как увидел рабынь своей второй жены. Одетые в пестрые одежды, девушки высыпали из-за густой чащи. Следом за ними, направляясь в тень у фонтана, шли два стража, несшие круглый белый стол, а уже за ними служанки с подносами.

Майрам появилась в сопровождении Наимы. Подняла глаза и, увидев мужа, быстро поклонилась, а сердце Шаккара при одном взгляде на красавицу жену, застучало, словно бешеной, так и норовя выпрыгнуть из груди.

— Мой повелитель! — Майрам поспешила подойти к принцу и снова поклонилась. — Не желаете ли позавтракать со мной под тенью деревьев! — а затем подняла глаза и посмотрела на принца своими удивительными глазами, в которых читалась только кротость и любовь.

Я видела, что Шаккар не против составить мне компанию, а потому попросила снова, надеясь, что никакие важные дела не заставят мужа отказать мне в такой малости. И не ошиблась. Шаккар улыбнулся и протянув ко мне руку, провел по гладкой щеке костяшками пальцев.

— Я не против, моя Майрам! — сказал он и мое сердце радостно застучало в груди, наполняя все внутри ликованием и радостью. Я на миг даже позабыла о тех страшных новостях, что этим утром принесла мне Наима.

Велев накрыть столик и принести нам кресла, я после отпустила всех слуг, оставив только Наиму. Но и тут старая женщина стояла далеко от нас, ожидая, пока мы закончим трапезу.

Я собственноручно разлила холодный чай по чашам и протянула одну своему повелителю. Разрезала ножам сладкую лепешку и положила на край с его стороны и принялась чистить сладкий фрукт.

— Завтрак на воздухе! — улыбнулся принц, глядя мне в глаза. — Похвально!

Я улыбнулась в ответ и дочистив плод, разделила его, большую часть положив Шаккару.

— Я хотела бы, чтобы такие мгновения длились вечно! — призналась откровенно.

Принц выпил из чаши и поставил ее на стол.

— Но ты скорей всего, уже знаешь о том, какие слухи ходят по Дворцу? — спросил он.

— Да, мой повелитель! — кивнула в ответ. — Сегодня утром мне все рассказала Наима, но она знала не так много, саму суть.

— Даже не буду спрашивать у старой ведьмы, откуда она все разнюхала, — произнес принц и покосился в ту сторону, где стояла старуха.

— Я понимаю, что Наима тебе не нравится, мой повелитель, — заметила осторожно, — но она помогает мне и, поверьте, я не полностью доверяю ей, понимая твои чувства.

— Это хорошо! — улыбнулся принц. — Хотя, мне, наверное, следовало бы прогнать эту ведьму прочь.

— Ей некуда идти! — стало нестерпимо жаль старуху. После годов побоев у Сарнай, я просто не могла прогнать ее, тем более, что она не сделала мне ничего плохого, а даже наоборот, всегда стремилась помочь.

— Решай сама, ты ее хозяйка! — ответил муж и мы вернулись к разговору о слухах, что словно неприятный сквозняк, летали по Дворцу. Мне действительно хотелось знать, так ли это, правду ли принесла мне Наима, или это глупые бредни, придуманные рабами.

«Рабы такого не придумают!» — решила огорченно и слова мужа только подтвердили мои страхи.

— Все правда, — сказал он. — На нас идет враг и я полагаю, что он силен и крайне опасен. Противостоять ему будет нелегко, — и не посмотрел мне в глаза. Отчего-то в саду стало холодно. Я почувствовала, как по телу прошел озноб и поняла — Шаккар мне чего-то недоговаривает. Насколько опасен этот враг, если я вижу, что принц прячет взгляд. Нет, я знала, что мой повелитель не из тех, кто боится смерти. Но он не хочет, чтобы я думала о его гибели заранее, чтобы боялась одной страшной мысли, которая, впрочем, уже полностью овладела мной.

— Какие у нас шансы? — спросила тихо. Очарование завтрака сошло на нет. Мне кусок не лез в горло, и странная тошнота вернулась. Я запила ее водой и набрала полную грудь воздуха. Помогло.

— Моей принцессе не стоит думать о подобных глупостях! — улыбнулся Шаккар и посмотрел на меня. В темных глазах ледяное спокойствие. Он словно воздвиг стену между нами.

— Ты возьмешь меня с собой? — попросила я, понимая, что оставаться без принца в его дворце будет невыносимо. Я не хотела разлуки, я боялась ее, а вдруг с ним что-то случится, а я буду здесь, возлежать на ложе, не зная, что моему мужу нужна помощь!