Анна Завгородняя – Ведьмина Сила (страница 61)

— Очень бы хотел ошибиться, — ответил мужчина. — Но я редко ошибаюсь.

— А что, если эта наследница, как ее там, Вероника, что если ей не нужна эта сила? У нее же есть своя, вот она и не ищет меня, — предположила. К этому времени мы достигли ступеней, ведущих к провалу прохода, где когда-то была дверь, а теперь зияла дыра, отчего здание казалось голодным чудовищем, норовившим проглотить нас с Димой.

— Если бы мир был так прост, Лада, — Северский первый достиг прохода. Немного постоял, ожидая меня, затем первым шагнул в темноту. Я — за ним.

Яркая вспышка и на руке куратора загорелся огонек. Он вырос до приличных размеров маленького солнца и полетел вверх, осветив просторный холл, очень напомнивший мне холл в академии.

— Ты учился здесь? — спросила я.

— Нет. Я для этого здания слишком молод, — пошутил куратор. Он вышел на середину холла и огляделся. Я же посмотрела туда, где наверх поднималась изрядно поломанная лестница. Часть ступеней обвалилась. Еще часть держалась на добром слове. В общем, использовать ее по назначению я бы точно не решилась. Оставалось надеяться, что наверх нам идти не надо.

Дима немного постоял, затем оглянулся ко мне и сказал:

— Здесь началась история древней войны со злом. Именно с ней связана сила, за которой охотится Земская. И да, Лада, — он покачал головой, — я был бы рад сказать тебе, что ты права и что тебе ничего не грозит, но полагаю, что опасность намного серьезнее, чем думают остальные.

— А что за история? — я подошла ближе к куратору и встала рядом. Отчего-то пустое здание меня пугало. А близость Северского дарила покой и уверенность в том, что все будет хорошо.

— Многие давно считают это всего лишь легендой. Но я точно знаю, что все, произошедшее когда-то, было правдой, — сказал мужчина и пустота залы вдруг подхватила эхом его слова, подняла в вышину, туда, где на нас светил яркий магический шар.

— Очень давно, когда не было ни меня, ни той академии, в которой ты учишься и города, в котором живешь с матерью, колдуны и ведьмы жили и учились в этом мире. Сейчас он опустел, но порой я четко представляю, каким был этот дом и парк, разбитый на месте, где теперь лежат одни камни.

Я подошла еще ближе, встала за спиной Димы слушая.

— В академии появился один колдун. Очень сильный. Очень темный. Говорят, он был просто мальчишкой, когда забрел сюда. И профессора не могли понять, откуда у него столько силы. Силы, которой хватило бы на десятерых. Это после стало известно, что он убивал более слабых колдунов и ведьм, отнимал их силу, но тогда, по незнанию, его взяли студентом. Да и как могли не взять столь обещающего ученика?

На миг Северский замолчал.

— Затем в академии стали происходить убийства. Сперва никто не мог ничего понять. Находили слабых учеников, полностью выпитыми и лишенными магии. А когда открылась правда, темный ученик был слишком силен, чтобы ему могли противостоять только учителя. Его сила, он сам, вырвался на свободу. Он убивал и отнимал магию. Он лишился рассудка, он стал безумен и жаден. Ему всегда было мало.

— Это он уничтожил академию? — спросила я, когда Демитр замолчал.

— Да, — ответил мужчина. — Легенда говорит, что для того, чтобы остановить темного мага, пришлось объединиться всем, кто жил в этом мире. Я не знаю, каким именно образом его заманили сюда, в эти опустевшие стены. Но я знаю, что убить колдуна не было сил. Тогда не родился еще такой маг, который смог бы противостоять ему. А поэтому ведьмы, колдуны и нечисть собрали всю силу, какая только была у них, и создали гроб, а к нему три ключа. Один получили темные силы, второй — светлые. Еще один ключ достался нечисти. Был бой. Колдуна удалось посадить в гроб. Легенда говорит, что ради этой цели пали сотни хороших колдунов. Сильных, и со стороны темных, и со стороны светлых. Гроб закрыли на три ключа и ключи отдали верным хранителям.

Он снова замолчал, а я призадумалась о том, каким образом моя судьба связана с историей этого темного колдуна.

Ключи, гробы… ну, просто сказки Пушкина, только в интерпретации настоящих братьев Гримм. Те, которые не для детей.

Жутко.

— Три года назад все ключи были собраны воедино. Некто попытался вернуть колдуна в этот мир. В последний момент ключи были уничтожены, но были открыты два замка, — Северский обернулся ко мне.

— А я здесь при чем? — тихо спросила мужчину.

— Мы как раз пришли к финалу этой истории, — он шагнул ко мне. — Давай прогуляемся по развалинам? Здесь уже нет зла и нечего бояться, хотя знаю, дом выглядит очень неприятно.

Мы пошли. К моему счастью, миновав лестницу, ведущую наверх, хотя, думаю, Дима без труда смог бы перенести нас этажом выше с помощью портала.

— Суть заключается в том, что не каждый может пользоваться ключами. Только наследники тех, кому они были даны, то есть, хранители, — сказал Северский. — И дело не в крови, а в силе этих хранителей. Именно она управляет ключами. А я полагаю, что Вероника Земская пытается восстановить третий ключ и открыть последний замок.

Я снова ничего не поняла.

— И какова моя роль?

Демитр криво усмехнулся.

— Твоя сила, Лада. Именно с ее помощью можно открыть этот замок. Есть еще одна ведьма, Василиса. Но к ней не так просто подобраться. Ее защищают и защищают очень хорошо.

— А меня что плохо? — я почти обиделась. Сказка куратора показалась мне нереальной.

— Тебя, да, потому что мне никто не верит, ну, кроме Ядвиги. Недавно она летала в Темнолесье, нашла место, где был зарыт гроб и вот я оказался прав. Его на месте не оказалось. Кто-то раскопал его и увез. Вот почему я хочу, чтобы ты была максимально осторожна. И училась. — Он внезапно подошел ко мне, обхватил руками за предплечья и посмотрел в глаза, да так пристально, что у меня началась икота, будь она неладна.

А все оно…волнение!

— У тебя большая сила. Учись, старайся. Я очень надеюсь, что моя история поможет тебе преодолеть все. Потому что на кону может быть твоя жизнь, — он опустил взгляд и посмотрел на мою шею, затем снова поднял глаза и наши взоры встретились. Сердечко стукнуло быстрее и понеслось вскачь.

Но нет, я же совсем не люблю блондинов! А этому еще и тридцатник, как минимум. И это только на первый взгляд. А там, кто знает, сколько он веков куковал до моего рождения?

Подумала и сама едва не рассмеялась собственным мыслям.

Если бы только Северский залез в мою голову и увидел все то, что я себе там представляю, бежал бы от меня не оглядываясь, как от вселенского зла.

Он мне про опасность, а я о том, нравится мне куратор, или нет. С ума сойти!

— Ты меня услышала и поняла? — уточнил Дима. — Я донес до твоего сведения нужную информацию, которая сможет стимулировать твое желание овладеть силой?

— Вроде бы, да, — промямлила и куратор с усмешкой отпустил меня.

— Не веришь?

— Верю, наверное. Но почему-то не боюсь, — сказала честно.

— Бояться надо, только бояться правильно. Страх питает твою силу, но он же и лишает тебя возможности контролировать ее. Надо найти нечто среднее, понимаешь?

Я кивнула. Вопрос только, как? Ему, с его опытом, говорить легко. А мне, родившейся и прожившей почти всю свою сознательную жизнь, за исключением последнего месяца с лишним, обычным человеком, который магию видел только в книгах и в фильмах, этого было не понять.

Блондин усмехнулся.

— Я помогу.

Прозвучало вполне обнадеживающе.

— А теперь дай мне снова свою руку, Лада, — он протянул мне руку, и я с готовностью вложила пальцы в его ладонь. Тотчас мужчина открыл портал, и мы снова вошли в темноту, но только для того, чтобы выйти где-то на верхнем этаже старого здания.

— Лестница в плачевном состоянии, — сказал мужчина, а я вошла в комнату, в которой сохранились остатки былой роскоши. Конечно, здесь не ходят нищие и разные там забулдыжки. Не валяются пустые бутылки, битое стекло и окурки. Не пахнет непристойно, как в подворотне. Но какая-то сила почти стерла со стен мраморную обивку, разрушила узорчатый пол, превратив его в решето, разломала в щепки то, что когда-то было мебелью. Но взгляд приковала чаша из черного мрамора — единственная вещь, сохранившая свою первозданную красоту. И Демитр подошел к ней, поманив меня за собой.

— Именно здесь осталась толика магии, некогда бывшей огромным источником силы, — сказал он. — Истощенный маг мог подойти и испить из чаши и восстановиться снова, — он заглянул в темную глубину и я, движимая любопытством, тоже вытянула шею.

На дне был мокрый песок. Никакой воды и ничего такого, что походило бы на магию.

Видимо, на лице моем отразилось разочарование, потому что куратор рассмеялся.

— Не ожидала?

— Там пусто, — констатировала я.

— Да, но возможно, когда-нибудь магия вернется сюда, — он на миг застыл, прикрыв глаза. Я зачем-то повторила все за ним и секунду спустя мы оказались в звенящей тишине, наполнившей воздух. Словно что-то тоненько так пело, высокий, но совсем не раздражающий, голос лился отовсюду сразу.

— Слышишь, Лада? — спросил Демитр.

— Что это?

— Голос магии, — ответил он.

И мы снова замолчали. Я стояла, чувствуя невероятный подъем в душе. Казалось, время вокруг нас остановилось, а затем плеча коснулась сильная рука.

— Все. Нам пора.

Я открыла глаза и Демитр провел рукой в воздухе, пробуждая портал. Только прежде, чем шагнуть в темноту перехода, еще раз посмотрела на чащу и, кажется, снова услышала, как магия этого места поет. Для меня одной.