Анна Завгородняя – Ведьмина Сила (страница 42)

Преподаватели снова переглянулись.

— Да, вы правы. Та, сила которой сейчас в Ладе Кузьминой. Получается, — Северский выдержал паузу, чтобы смысл его слов достиг ушей каждого, кто находился в кабинете, — получается, что Лада именно та ведьма, которая сможет открыть заветный замок, поскольку получила чужую силу.

— Я не понимаю, к чему выведете, господин куратор? — произнесла Маслова.

— Я говорю о том, что у ведьмы Глафиры есть внучка. Именно ей должна была перейти сила старой ведьмы после ее смерти. Но вышло так, уж сам не знаю, почему, но старуха передала силу не Веронике, а Ладе Кузьминой, тем самым наделив ее властью над третьим ключом. И я уверен, что Земская будет пытаться отнять эту силу и вернуть ее себе, потому что она, или кто-то еще, возможно, целая организация темных, хотят восстановить ключ и они смогут это сделать, — сказал Демитр.

— Но как? — удивилась Ядвига.

— Темный кузнец, слышали о таком? — куратор выразительно изогнул брови.

— Темные кузнецы давно сгинули, — сказал Озеров. — Это бред, Северский!

— Нет, не бред. Темный кузнец появился снова и уже несколько лет творит свои темные дела, — взглянул на директора академии куратор.

— Но почему никто не в курсе? — сдвинул брови Добрый.

— Потому что это все лишь нелепые предположения господина старшего куратора, — не удержался Озеров.

— Я был в квартире Земской, я общался с ней. Она что-то скрывает. Она, или они, что-то задумали. Я почувствовал в ее ритуальной комнате слишком яркий запах серы, такой бывает, только когда ведьма творить опасные, запретные заклинания, — тут же сказал мужчина.

— Почему же вы ее не задержали? — удивился Озеров и несколько из преподавателей поддержали его возмущение, активно закивав головами.

— Потому что я пришел слишком поздно. Я не смог определить, какое именно заклинание использовала Вероника.

— Но вы уверены в том, что все вертится вокруг последнего ключа? — Озеров поднялся на ноги и развел в стороны руки. — Господа, все это не стоит и выеденного яйца. Я полагаю, что господин старший куратор излишне эмоционально отнесся к несуществующей проблеме. У нас нет доказательств, что Земская планирует причинить вред студентке Кузминой. И мы не можем утверждать, что она претендует на ее силу.

— Тогда вы недальновидны, господин директор и напрасно занимаете свое место, — не выдержал Северский. — Девушке грозит опасность. Если ее сила вернется к истинной наследнице Глафиры, то беда будет не лично Кузьминой, она станет нашей общей.

— Так, — Озеров улыбнулся. — Хватит нас стращать, Демитр. Мы все услышали, все поняли и давайте теперь расходиться.

— Я настаиваю на том, чтобы к Кузьминой приставили охрану, — не обратив внимания на слова директора, заявил Северский.

— Крайне лишние меры, — отмахнулся Озеров.

— Я хотел бы сам присматривать за ней в таком случае, но у меня есть проблема, — продолжил куратор, — она называется работой.

— Нет, господа, это уж слишком, — Озеров театрально присел на свое место и подпер лоб кулаком, изображая Роденовского мыслителя.

Несколько секунд в кабинете царило молчание. Все размышляли.

Демитр ждал вердикта, Ядвига опустила голову, словно заинтересовавшись узкими носками своих дорогих туфель. Добрый хмурил брови и нервно постукивал пальцами по колену. Наконец, старшая баба яга подняла взор и произнесла:

— Как декан темных, я решила.

Озеров услышал ее слова и оживился.

— Так вот, — она поднялась со своего места, окинув взором присутствующих, — я не уверена в опасениях господина куратора, но, — в тишине повисла долгая пауза. Северский различил, как тикают часы на полке в кабинете и тут яга закончила, — я хочу перестраховаться. У студентки Кузьминой будет охранник, но кто именно, не скажу.

Демитр облегченно вздохнул.

— Спасибо, — только и сказал он.

— Повторяю, я ни в чем не уверена, но эта студентка слишком нужна моему факультету. А потому, пусть будет так, как просите вы, — и закончив, взглянула в глаза куратору.

Он кивнул, не удержавшись от улыбки победителя. Пусть даже победа пока была не столь велика. Но он немного успокоился, уверенный в том, что Ядвига выполнит свое обещание. Она была из тех женщин, кто не бросает слова на ветер.

И только Озеров демонстративно состроил гримасу, явно недовольный тем, что его слова проигнорировали. Только Северскому было все равно, что испытывает директор академии. Главным было то, что Кузьмина будет под охраной. А больше ему пока ничего и не надо.

— Что, уже все учебники прочитала? — Призрак выплыл из неоткуда, явно решив меня напугать. Но не на ту напал. Я была уже готова его увидеть. Меня, как человека современного, одно и тоже дважды не напугает. Тем более призрак-библиотекарь.

— Добрый вечер, Никита Алексеевич, — решив быть вежливой, я посмотрела на Волконского, который печально вздохнул, или сделал вид, что вздыхает, и проплыл мимо меня к своему рабочему столу.

— Итак, первокурсница Кузьмина, — произнес он важно, садясь в кресло, или точнее, паря над ним так, будто сидит. — Что привело тебя сюда? Какие учебники нужны? — он щелкнул пальцами, и моя читательская карта тут же появилась, зависнув в воздухе.

— У меня особенный интерес, — проговорила, подходя ближе. — Хочу узнать о запретных заклинаниях, — добавила, глядя пристально на Никитку.

— Что? — удивился тот, затем моргнул, ну очень живо и по-человечески, и сказал, — нельзя.

— Как нельзя? — удивилась я.

— Книги на данную тему находятся в закрытом отделе, — пояснил Никита. — Выдаю только по разрешению подписанному кем-то из преподавательского состава и только старшим курсам темного факультета.

— Я темная, — парировала громко.

— Ты — первокурсница, а вам такое знать пока не надо, — ответил Волконский и поднялся со стула, уперев руки в боки.

Я притихла. Подумала и сказала.

— Мне не нужны сами заклинания. Я не собираюсь их использовать, да и не сумею. Я просто хочу знать, что они из себя представляют, — сказала честно.

— А зачем тебе это? — прищурил взгляд призрачный князь.

— Можно сказать, любопытно. Недавно я была свидетелем того, как одно из запрещенных заклинаний было использовано старшекурсником и его за это, кажется, наказали.

— А… — протянул Никитка. — Наслышан. И да, кстати, наказали. Драит этот молодой студент санузлы в общежитии на первом и втором этажах и еще будет драить до конца второго семестра. Если бы кто у меня спросил, я бы придумал наказание менее гуманное. Но… — он демонстративно развел руками.

— Но, может быть есть какая-то общедоступная энциклопедия, где эти заклинания просто упоминаются. Не будет ведь зла, если я просто прочитаю о них? — сменив тему, снова попросила я.

Никитка задумался. Поднял руку и постучал указательным пальцем по своему гладковыбритому подбородку. Думал он почти минуту, что меня, признаюсь, немного напрягло. Так и хотелось уже плюнуть и растереть, да уйти несолоно хлебавши, когда Волконский ожил и взглянув на меня, вдруг предложил:

— А давай я помогу тебе, насколько, конечно, смогу, не нарушая правила, а ты мне? — и хитро так улыбнулся.

— В чем подвох? — спросила я, догадываясь, что не все так просто.

— Видишь ли, студентка Кузьмина, — принялся объяснять призрак, — мне, чтобы книги переставлять с полки на полку, нужно тратить очень много энергии, ведь я призрак. А тут прибыло несколько ящиков с новой литературой для вас, студентов. И мы сделаем так, если ты, конечно, согласишься. Я дам тебе почитать про эти заклинания, а ты поможешь мне расставить книги. — Он выдержал паузу и протянул: — Ну как? По рукам?

— Просто расставить книги? — я чувствовала, что здесь может быть подвох. Зная немного этого призрака и его любовь и разного рода жутким шуткам, как напугать приличного человека до икоты, я подозревала недоброе.

— Нет, нет, — тут же качнул головой Никита, словно догадавшись о том, какие мысли меня посетили в этот миг, — никакого баловства, обещаю. Просто выгодная взаимопомощь.

Тогда-то я и поняла, что вариантов, кажется, нет. Разве что топать к Северскому за разрешением. Но лишний раз дергать куратора не хотелось, тем более, что все можно было разрешить собственными силами. А ведь я как раз и хотела быть независимой и сильной, этакой прилежной студенткой нового мира.

— Хорошо, — кивнула и призрак протянул мне руку, словно для того, чтобы закрепить договор.

Я сперва опешила, а потом вспомнила, что он же как-то книги переставляет с места на место. Значит, и пожать мои пальцы вполне в состоянии.

Так и случилось.

Правда, когда мы пожали руки, между нашими пальцами вспыхнула какая-то голубая искорка, но призрак лишь улыбнулся и произнес:

— Так, сейчас принесу тебе обещанную книгу. А ты пока присаживайся. У меня тут давно не было гостей. Все почему-то книги берут на руки. Мало кто сидит здесь, хотя, как мне кажется, у меня тут вполне уютно, — он поплыл куда-то в темноту. Я присела, оглядевшись и не удержалась от кривой усмешки, глядя на царивший в помещении полумрак.

Да, для книг это самое оно, но для студентов слишком мрачно. Неудивительно, что мало кто задерживается здесь дольше чем получает книгу. Я и сама бы уже сделала ноги, да пришлось ждать возвращения Никиты. Да и книгу мне никто не даст забрать. Придется читать здесь.

Но вот Волконский вернулся. В его руке был такой себе увесистый фолиантище, что я невольно подивилась физической силе призрака.