Анна Завгородняя – Помощница ведьмака. Книга 2. Путь Мрака (страница 8)

– А вы почему не пьете, дорогой зять? – спросила она, чуть нахмурив брови, едва заметила, что молодой княжич так и не притронулся к вину.

– Нет никакого желания, – ответил мужчина. А сам подумал о том, что предстоящая брачная ночь обязывала его как минимум напиться вдрызг. У Анджея было стойкое нежелание даже прикасаться к Терезе. Он и сам не понимал, откуда оно появилось.

– Ну же, сынок, – проговорила княгиня Северин, – выпей с нами за свою свадьбу!

– Да, дорогой зять. Поднимем бокалы! – Малгожата потянулась к своей чаше, подняла ее вверх, отсалютовав новым родственникам, и сделала вид, что пригубила вино, в то время как мать Анджея выпила больше половины из своей чаши.

– Ммм! – произнесла она, глядя на вино. – Я даже не знала, что в подвалах моего мужа хранится нечто подобное.

– Да, – кивнула, соглашаясь Малгожата, – букет удивительно насыщенный, – и улыбнулась.

 Анджей перевел взгляд в сторону. Прошелся лениво по залу, выглядывая среди гостей своих родственников, когда заметил Генриха, который целенаправленно шагал в его сторону и выглядел при этом настроенным очень решительно и несколько встревоженно. Анджей поднялся навстречу, удивленно изогнул брови. Вид молодого княжича Велке говорил ему о том, что произошло нечто из ряда вон, поскольку совсем недавно, Северин заметил, как Генрих следует за одной из молодых прислужниц, и в его намерениях относительно девушки, Анджей не сомневался. А это значит, только нечто действительно важное могло оторвать Генриха от утех.

– Прошу меня извинить, – поклонился женщинам княжич Велке и поманил друга за собой.

– Анджей? – удивилась Клаудиа Северин. От ее внимательного взгляда не ускользнула та напряженность, что читалась на лице Генриха.

– Я сейчас вернусь, – ответил сын, и они с молодым Велке направились в сторону, прочь от шума и музыки. Малгожата проводила княжичей долгим взглядом и извинившись перед княгиней Северин, поднялась из-за стола.

– А вот и моя любимая родственница, – чьи-то сильные руки схватили Гижицкую в стальные оковы мужских объятий. В лицо женщине дыхнуло перегаром, и она скривившись подняла глаза, но тут же спешно улыбнулась, широко и радостно.

– Князь Северин, – произнесла Малгожата.

– Куда торопимся, княгинюшка! – мужчина, кажется, не собирался отпускать свою добычу. – Может быть, танец? Все веселятся, и мы не должны отставать от молодых и, кстати, – он посмотрел за спину Гижицкой на стол, где должен был сидеть его сын, – а куда делся Анджей?

 Клаудиа посмотрела на мужа с недовольством, но промолчала, хотя ей определенно не понравилось то, как по-свойски обнимал князь Северин мать ее невестки. Но княгиня Северин была женщиной умной и терпеливой и решила подождать, пока закончится праздник и лишь затем, утром, когда муж проспится и от выпитого останется только головная боль, она выскажет ему все, что думает о его неподобающем поведении. А сейчас…Сейчас она стерпит и смолчит.

– Ну, да ладно! – проговорил мужчина. – Дело молодое, – а сам потянул за собой Малгожату в круг танцующих. Княгиня вздохнула, скрывая раздражение, и позволила закружить себя в быстром танце. Веселая музыка, казалось, звучала со всех сторон, отражаясь от высоких стен зала. Гости продолжали пить и смеяться. Вот мелькнуло лицо короля, танцующего с кем-то в паре, вот и чета Биллевичей – оба раскрасневшиеся, хватившие лишку на празднике счастья, а затем княгиня Гижицкая стала замечать, что у ее партнера по танцу стали какими-то неловкими движения рук и ног. Он наступил женщине на мысок туфельки, а затем и вовсе повалился на нее всем своим весом. Малгожата едва успела отступить в сторону, позволив свату упасть на пол. Она встала над ним, долго всматривалась в тело. Кто-то из гостей вскрикнул, заметив, что князь Северин лежит на полу, а затем, один за одним, как подкошенные, стали падать на пол и остальные гости. Сперва мужчины, которые, как водится, всегда пьют больше женщин, затем и их дамы. Музыканты совсем прекратили играть, когда Малгожата нашла взглядом дочь.

 Тереза уже стояла одна: ее партнер распластался на полу раскинув руки и глядя в потолок на огромную люстру с сотней свечей. Молодая княжна Северин склонилась над ним и усмехнулась, а после посмотрела на мать, стоявшую неподалеку.

«Сейчас?» – словно бы спрашивали ее зеленые глаза и Малгожата кивнула.

– Что случилось? – Анджей стоял за дверью, глядя на друга. Генрих выглядел очень странно.

– Настуся, – проговорил он. – Она пропала.

– Что? – сдвинул брови маг. – Куда она могла пропасть? Что ты такое говоришь?

– Я видел, как какая-то женщина уводит ее за руку из комнаты. Не нянька, – торопливо объяснил княжич.

– Так почему ты ее не остановил? – удивился Анджей, а затем, догадавшись о том, чем в тот момент был занят друг, раздражено добавил: – Ее надо непременно найти, пока не хватились Биллевичи. Король не пожалует нашу семью, если узнает, что из нашего замка увели его родственницу, – и тихо выругался, – проклятье, а если это похищение?

– Сперва обыщем дом, – предложил Генрих и тут оба мужчины замерли. – Они не могли далеко уйти. Может все еще находятся где-то здесь?

 Мужчины переглянулись и вдруг Анджей замер, сдвинув брови.

– Что происходит? – проговорил он и повернулся к входу в зал.

– Я не понимаю… – Генрих осекся.

– Музыка стихла, – молодой князь Северин рванул обратно в зал, откуда уже раздавались крики. В голосах людей звучал ужас. И когда оба княжича ворвались в помещение, их глазам предстало зрелище от вида которого едва не заледенела в жилах кровь.

 Почти все гости, приглашенные королем и отцом жениха, лежали на полу. Несколько женщин и слуги пытались помочь, кто-то истошно вопил во всю глотку: «Лекаря!», кто-то ожесточенно тряс своего мужа, жену, брата… Мраморный пол большого зала отчего-то напомнил Анджею поле битвы, устеленное телами убитых. Страшное, жуткое предчувствие, которое давило на него все это время, оказалось правдой.

«Отец, – мелькнуло в голове молодого князя, – мама!» – его взгляд нашел одинокую фигуру, которая пробиралась переступая через тела. Малгожата Гижицкая.

 А вот, чуть поодаль и ее дочь, его жена… Обе на ногах. Обе выглядят так, словно совсем не удивлены тем, что произошло.

«Зачем им удивляться, если все случившееся их рук дело!» – догадался княжич и, прежде чем Генрих смог хоть что-то понять, рванулся вперед, намереваясь догнать опальную вдову.

«Стой, Анджей!» –крикнул было Велке, а затем бросился за другом, мысленно заставив себя не думать о родителях, которые, скорее всего, лежат среди тел на полу. Эти мысли страшили княжича, назойливо стучались в сердце неприятным холодком. Он пытался отвергнуть их, по крайней мере, пока.

 Князь Северин был замечен старшей княгиней, едва успел сделать несколько шагов в ее направлении. Он поднял руку, концентрируя энергию для нанесения магического удара, чувствуя, как струится по мышцам сила, когда Малгожата повернула к нему лицо.

– Тереза! – рявкнула женщина и Анджей успел увидеть, как его жена что-то бросила на пол. Раздался громкий звук, словно раскат грома прозвучал под сводами зала. Звук прошелся под потолком, что -то в воздухе просыпалось искрами вниз, похожими на дивный звездопад. Мгновение, и перед молодой княжной, уже носившей имя рода своего мужа, открылся темный проход, похожий на воронку. Волосы Терезы взвились в диком танце, и девушка шагнула в портал, даже не оглянувшись на мать. Секунда и портал закрылся с неприятным чавкающим звуком, поглотив молодую ведьму.

– Прощай, дорогой зять, – рассмеялась Малгожата и Анджей выкинул вперед руку. Гижинская успела отклониться от черных нитей, вырвавшихся из пальцев княжича. Ее глаза расширились от удивления, которому на смену пришла злость и негодование. Генрих, оказавшийся за спиной друга, остановился и огляделся, заметив, что все слуги разбежались, оставив господ лежать на паркете.

«Трусы!» – подумал он, понадеявшись, что хотя бы один из тех, кто прислуживал за столом, сейчас бегут за стражниками, охранявшими вход в замок. Только вряд ли последние успеют уже хоть что-то сделать.

– Чертов маг, – прошипела меж тем ведьма, когда Анджей, наступая, втянул назад нити. Он подобрался, намереваясь ударить снова, а княгиня спешно стала стягивать с пальца перстень.

– Я убью тебя, ведьма! – сказал молодой Северин. – А затем найду и твою дочь!

 Малгожата рассмеялась. Ее рука нырнула в складки платья, отыскав потайной кармашек.

– Попробуй, – предложила она насмешливо, и Анджей снова ударил, но в тот самый момент, когда он выкинул было руку с темными нитями, кто-то схватил его за ногу, и молодой мужчина пошатнулся, уронив взгляд на того, кто лежал у его ног.

– Отец, – проговорил Анджей, глядя на белое лицо князя Северина. С губ князя тонкой струйкой вытекала темная кровь.

– Получи, пес! – Малгожата швырнула в зятя какой-то предмет. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Генрих оттолкнул друга, закрывая его своим телом, и тут же почувствовал, как в спину ударило что-то мягкое. По коже пробежались мурашки, вызывая сильный зуд.

– Генрих! – Анджей попытался поймать друга, у которого внезапно заболела спина и все суставы. Молодой князь вытянулся от боли и тут же согнулся, падая на пол.