Анна Завгородняя – Помощница ведьмака. Книга 1. Начало (страница 42)

Роланду пришлось обороняться. В тупике было слишком узко для маневров, а стены были высокими и гладкими, словно отшлифованные умелой рукой. По ним не вскарабкаться на крышу, не убежать.

Медведь нападал и нападал, и Роланд, пытаясь сохранить жизнь существу, все же вынужден был защищать свою собственную. Несколько выпадов, и огромная лапа разодрала правое бедро ведьмака, обожгла пламенем боли. Мужчина в ответ ударил мечом, рассекая правую лапу зверя. Берендей напал снова и снова задел противника. Кровь потекла из глубоких отметин на боку Роланда. Солоноватый запах крови еще больше раззадорил тварь, а когда два врага сошлись — меч против когтей — брызги солнечного света уничтожили остаточную магию, и Роланд едва успел отвести руку, уже было занесенную для удара. Медведь упал и дернулся всем огромным телом. Горевшие еще мгновение назад злобой глаза прояснились, но скоро их затянула пелена боли.

— Ведьмак! — Роланд услышал голос берендея и увидел, как тело медведя становится прозрачным. Он исчезал.

— Найди кузнеца! — прохрипел уже почти человеческий голос. — Найди кузнеца и все поймешь! И не забудь про яд… — на ведьмака взглянули уже полностью человеческие глаза, такие нелепые на острой медвежьей морде, ясные, синие, чистые как небо после грозы.

Прежде чем Роланд успел что-то ответить, берендей исчез. Ведьмак достал последнее припасенное зелье и откупорив опрокинул содержимое колбочки в рот. Поморщился от горького вкуса, вложил меч в перевязь. Бросил тяжелый взгляд на место боя и направился к выходу из тупика. Действие яда, которым были пропитаны когти берендея, он остановил, но вот кровотечение пока не останавливалось. Регенерация у ведьмаков отличная и Роланд знал, что скоро кровь перестанет идти. Он прижал руку к порезу на боку, чуть стиснул зубы. Яд медведя причинял боль, хотя уже не нес опасности. Теперь ведьмак торопился вернуться в таверну. Он догадывался, что до смерти напугает Ульяну своим видом, но она могла помочь ему и девушке стоило привыкать к тому, что, возможно, Роланду придется часто пользоваться ее услугами, как лекаря.

Проходя мимо городской стены, ведьмак бросил взгляд на поднимавшуюся к небу башню. Те стражники, что находились в ней, когда Роланд вступил в схватку с берендеем, не вышли. Ни один и, наверное, поступили правильно. Вне стен сторожки их ждала смерть. Когда берендей принял полностью облик зверя, он вряд ли уже стал бы раздумывать над тем, кто перед ним — враг или друг.

Солнце уже встало и утро вступило в свои права, когда ведьмак зашел во двор таверны. Он мельком заметил спрятавшегося Ежи и направился к входной двери. В зале его окликнул Влодек.

— Роланд, что с тобой? — скосил глаза на окровавленную одежду постояльца жихарь. Прищелкнул языком и качнул головой. — Вижу, ночка выдалась тяжелая. Но пан стражник останется доволен?

Ведьмак усмехнулся, подумал про себя, что вряд ли Эрвин удовлетворится произошедшим этой ночью. Роланд еще не завершил начатое и после завтрака, после того, как Ульяна подлатает его раны, намеревался отправиться к кузнецу. Мужчина еще толком не знал, кого именно он ищет, но Кубек был не таким большим городом, чтобы в нем находилось сразу несколько кузней.

— Прикажи подать нам с панной завтрак наверх, — попросил Роланд, так и не ответив на вопрос Влодека.

Хозяин только кивнул в ответ. Ведьмак подошел к лестнице и стал подниматься, думая о том, как его встретит Ульяна. И что-то подсказывало ему, что девушку совсем не обрадует то, в каком виде вернулся ее спутник.

Этой ночью мне не спалось. Лежа в кровати, то и дело вертелась, не находя себе места. Мрак сперва игнорировал мое тревожное поведение, а после, увидев, что я села уставившись в пол, встал и подошел, виляя хвостом. Положив лохматую морду на мои колени, посмотрел в глаза, да так пристально и с таким пониманием, что мое сердце невольно сжалось.

— Мрак? — проговорила тихо и, потянувшись, взъерошила шерсть на большой голове пса. — Я переживаю за твоего хозяина, — призналась, спустя некоторое время.

Мрак моргнул и вывалил яркий язык из пасти, затем тихо заскулил, словно разделял со мной тревогу за Роланда.

— Я знаю о берендеях, — продолжила, больше рассказывая себе, чем псу, но в его лице, или морде, как оказалось, нашла отзывчивого слушателя. — Роланд силен, но на это существо магия ведьмаков не действует, — вздохнула, опустив голову. — Когда же он вернется! — проговорила почти шепотом…

За окном растекалась ночь. Я иногда вставала и, пробежавшись по студеному полу, забиралась с ногами на подоконник, чтобы прильнуть лицом к стеклу. Посмотрела вниз, на двор, ожидая, что вот-вот мелькнет у калитки в воротах высокая знакомая фигура. Что ярким серебром загорится в лунном свете растущей луны серебряная рукоять меча, но нет… Ночь подходила к концу, а Роланд все не возвращался.

Под утро, вернувшись в постель, провалилась в беспокойный сон, в котором мне снились какие-то чудовища. Медведи, что ходили на задних лапах, волки, которые были вовсе не волками, а когда проснулась, то поняла, что меня разбудил тихий стук в дверь.

Мрак уже стоял у порога и радостно вилял хвостом, проявляя нетерпение. Он не лаял, но то и дело оглядывался на меня, словно просил: вставай, открой двери, это вернулся хозяин, что же ты лежишь, Ульяна?

— Роланд? — вырвалось у меня.

— Это я, Уля, — последовал короткий ответ из-за двери, и я мигом слетела на пол, запнувшись о маленький коврик. Еще мгновение, и я открываю двери и вижу ведьмака, застывшего перед входом.

— Роланд, — повторила тихо и обвела взглядом его фигуру, отметив кровавые разводы на одежде.

Дурнота подступила к горлу, а в глазах на миг потемнело.

— Яд я уже нейтрализовал, — ведьмак переступил порог, — а вот раны не мешало бы зашить, — и посмотрел на меня теплым карим взглядом, от которого подкосились ноги, а сердце забилось часто и гулко.

— Ты убил его? — спросила у мужчины.

— Нет, — покачал головой Роланд, — я не смог.

— Почему? — проследила взглядом, как ведьмак сел на кровать и принялся снимать с себя меч и очередную почившую с миром разодранную рубашку.

— Потому что не уверен, что в этом случае берендей несет в себе опасность! — ответил ведьмак.

Не могла не согласиться. Невольно вспомнила мерзкий взгляд Конрада, и внутри все продернуло от отвращения. Неужели дядя не видит, каков его племянник? Эрвин показался мне вполне разумным человеком, хотя иногда говорят, любовь слепа, а этот воин относится к своему племяннику, как к собственному сыну, вот и не видит очевидного. Или не желает видеть.

Рубашка полетела на пол. Я проследила за ее полетом, а затем подняла глаза и застыла, глядя на обнаженную мужскую грудь. Роланд поднял на меня удивленный взгляд, а я, покраснев, перевела взор на рану на его левом боку.

— Глубокая, — произнесла сдавленным голосом, — придется шить! — а сама чувствую, что начала продолжаю краснеть. Наверняка, лицо мое просто пылало. Пытаясь удержаться от того, чтобы прижать ладони к щекам, уронила взгляд на правое бедро мужчины. Берендей и там достал своими когтями.

— Я бы хотел попросить тебя выгулять Мрака, — произнес ведьмак, — мне надо переодеться и сделать кое-что.

— А… — начала было я, но взмах руки Роланда заставил меня замолчать.

— Рана пока подождет, — он улыбнулся, — я ведь не человек, Ульяна. Самое опасное, что может мне грозить — немного ослабеть от потери крови и получить очередной уродливый шрам.

— Как скажешь, — не стала спорить и, надев теплые вещи, вышла в дверь, кликнув пса. Он отправился со мной с видимой радостью, пару раз даже для приличия гавкнул и, довольно ощутимо, ударил меня по ногам виляющим хвостом.

Мимо прилавка прошла молча — Влодек отсутствовал.

Во дворе нас встретил неприятный морозец — резкий контраст с вчерашним теплом. Видимо, зима всерьез решила заявить свои права, подумалось мне, пока Мрак шнырял где-то за сараем делая свои собачьи дела. Вернулся он довольный и веселый, и мы вместе вошли в двери, чтобы присоединиться к Роланду.

Когда я открыла двери в нашу съемную комнату, оказалось, что Роланд уже переоделся и более того он, видимо, зашивал спешно рану на бедре. Я увидела иглу и куски ткани, пропитанные кровью. Заметив мой взгляд, ведьмак поспешно объяснил:

— Я сделал все сам, — и тут же добавил, — тебе достанется только мой драный бок! — его губы тронула улыбка.

Мрак вошел в комнату и посмотрел на хозяина умными глазами. Лохматый хвост чуть вильнул и застыл.

— Хорошо, — спокойно произнесла я и, закрыв двери, подошла к Роланду, — давай, я закончу начатое.

Мужчина кивнул и позволил усадить себя на кровать.

— Подними руку, — скомандовала спокойно. По крайней мере, мне показалось, что удалось выровнять голос, передававший волнение мыслей.

Облив под насмешливым взглядом ведьмака спиртом иглу, протянула нить и принялась шить, отметив, что Роланд уже промыл рану.

«Шустрый», — подумалось невольно, хотя, с его профессией нельзя быть ни медлительным, ни глупым, ибо итог может привести к печальным последствиям, даже ведьмака с его хваленой регенерацией.

И снова мои пальцы ощущали тепло мужской кожи. И снова трепет по всему телу. Ведьмак действовал на меня как одурманивающее зелье, заставляя мысли пускаться вскачь, а сердце стучать бешено и часто.