Анна Завгородняя – Мужчина не для меня (страница 110)

Мужчина нагнулся над племянницей. Все вокруг него застыло. Не двигались люди и, казалось, даже не дышали, а пламя множества свечей будто окаменело и не шевелилось, пока он вливал в рот принцессы зелье из второго флакона.

«Вот и все!» — подумал Грэхем и встал, заняв то же самое положение, что и до этого момента, и время потекло дальше. Звуки наполнили зал Храма. Кто-то поднял на руки Мейгрид и понес к выходу, а сэр Джон повернулся к Виктору и произнес:

— Вы довольны теперь, Ваше Величество?

Бывший друг и родственник вытаращил глаза, но смотрел он не на Грэхема, а на старика в одеждах принца, который яростно рвал на себе одежды, плюясь злыми словами.

— Отец! — Одри оказалась рядом и обняла Хранителя. — Неужели она...

— Да! — коротко ответил он и повел дочь к выходу, намереваясь проследить за тем, кто и куда унес тело его любимой племянницы Мейгрид.

Страна и дворец погрузились в траур, хотя скоро стал известен обман. Принцессу выдали совсем не за принца Алистера. Его место у брачного алтаря занял родственник по отцовской линии, виконт Байе, но, как говорилось ранее, король любил своих родственников, всех до единого, и такой человек, как виконт все равно был обласкан во дворце Фредирика. Слишком часто королю сетовали на это, но мужчина только отмахивался от подобных слов. Он как никто другой, понимал, что семья и родная кровь — самое сильное и важное, что существует в этом мире. Вот и теперь он только пожал плечами и решил не удерживать своего новоиспеченного родственника, короля Виктора, когда тот захотел покинуть пределы его страны.

— Жаль, что все так произошло! — произнес Фредерик, прощаясь с Виктором на ступенях перед Дворцом.

— Вы хотели обмануть меня! — прошипел тот в ответ.

— Я и обманул вас. Ведь линия вашего рода прервалась на принцессе Мейгрид, а значит, рано или поздно, кто-то из моей семьи займет ваш престол! — с мягкой улыбкой произнес в ответ Фредерик и, повернувшись спиной, направился во Дворец.

Дорога через портал до границ обеих стран, заняла не так много времени. Уже оказавшись в родных краях, Виктор заставил кучера остановиться и вышел, как только они миновали поляну с порталами.

Ветер гулял в деревьях. Придворные обогнули королевскую карету и направили свои экипажи дальше по дороге. Виктор остался с самым близким окружением.

— Что происходит, почему стоим? — Грэхем выбрался из следовавшей за королевской, кареты и подошел к другу.

— Что я сделал не так? — тихо спросил Виктор, после минутного молчания. За это время по дороге, направляясь в сторону столицы, проехали еще несколько экипажей, среди которых была и карета Болтонов. А за спиной короля уже спешился Нортон и его гвардейцы, только Виктор не обратил на это особого внимания.

— Отдай мне Мейгрид! — попросил Грэхем, проигнорировав вопрос короля. — Она должна лежать там, где и ее мать. Отдай! Мейгрид никогда не захотела бы оказаться в королевском склепе. Ты погубил ее жизнь, так не погуби душу.

Виктор вздохнул и коротко кивнул.

— Хорошо, — а затем добавил, — это наказание мне за то, что нарушил слово, данное моей дорогой Виттории.

Грэхем положил руку на плечо короля.

— Ты правильно рассудил, мой друг! — сказал он, а затем повернулся спиной к Виктору и направился к карете, перевозившей тело принцессы. Забрался внутрь и увидел, что Маргот сидит, удерживая голову девушки на своих коленях. Красные глаза и опухшие веки нянюшки говорили о многом.

— Мы отправляемся домой, дорогая! — произнес Грэхем и велел кучеру трогать.

Едва стих шум удалившейся кареты, как Виктор услышал за спиной лязг стали. Он замер и, спустя секунду, обернулся, но сделал это так медленно, будто опасался, что за его спиной находится гремучая змея. Но там оказался всего лишь Второй Министр лорд Эдгар Нортон.

— Вы? — произнес король и уронил взгляд на руку Нортона, сжимавшую длинный нож.

— Я! — ответил министр и нанес удар. Одновременно с этим гвардейцы разделались в немногочисленной преданной королю охраной и убили кучера.

— За что? — падая и хватаясь рукой за рану на груди, прохрипел король.

— А разве вы сами не понимаете? — удивился искренне министр. — Я давно хотел занять трон вместо вас, а теперь, с поддержкой короля Фредерика я приведу нашу страну к успеху, а вы... — он усмехнулся, — стоило больше внимания уделять разбою на дорогах. Надо же, грабителей не остановил даже герб на карете, а Его Величество так неосмотрительно захотел побыть один после смерти горячо любимой дочери. Какая трагедия!

Но Виктор уже не слышал этих слов. Его глаза закрылись, и мужчина обмяк.

Нортон вздохнул и вытер о сюртук короля окровавленный нож, а затем распрямил спину и подозвал гвардейца с лошадью. Взлетел в седло и выкинул вперед руку, призывая всех следовать далее.

Сегодня Нортон займет трон. Сбудется мечта, о которой он грезил столько лет.

Гейл не верил своим глазам. Его Мейгрид, его принцесса, его любовь умерла, предпочла смерть объятиям ненавистного жениха, оказавшегося в довершение жалким и ничтожным в своей злобе и ярости стариком.

В сутолоке, воцарившейся в храме, Льюис не смог даже близко подойти к телу девушки. Ему хотелось рвать и метать, и убивать медленно каждого, кто причинил боль его женщине. Не думал Гейл, что все обернется таким страшным образом.

Храм он покинул в числе приглашенных и почти выбежал оттуда, пытаясь прогнать вид мертвой Мейгрид из воображения.

«Почему? — вопрошал он. Глаза жгли непролитые слезы. — За что? Она ведь была такой живой, такой сильной! Его маленькая мужественная женщина!», — а он просто опоздал. Ведь решись Гейл на похищение чуть раньше, и пусть, что не сложилось бы, слишком много сопровождало свадебный экипаж стражников, но кто знает, как могла обернуться эта встреча. Может быть, Мейгрид осталась бы жить!

Гейл не мог не винить себя и понимал, что без девушки его жизнь потеряет всякий смысл.

«Уже потеряла!» — сказал он себе.

И уже после, следуя за кортежем короля Виктора, Гейл думал только о том, как бы перехватить экипаж с телом девушки и выкрасть ее, чтобы проститься с любимой. Но произошедшее на его глазах хладнокровное убийство отцом короля Виктора, заставило мага придержать своего коня.

«Что он натворил?» — подумал Льюис, провожая отца и его людей холодным взглядом. И Виктор, и его дочь оказались просто пешками в руках Нортона. Его способом получить власть, и лорду Эдгару это удалось.

«Надолго ли?» — мелькнула мысль в голове молодого мужчины.

Когда стихли звуки копыт, Гейл выехал из своего укрытия и спешился рядом с телом короля. Мягко опустился на одно колено и прикоснулся к шее мужчины, там, где билась жилка. С удивлением усмехнулся, когда понял, что Виктор еще жив.

«Везучий, гад!» — сказал себе Советник и потянулся к своему заплечному мешку.

Нужное зелье отыскал почти сразу. Влил его в рот короля и стал ждать, пока подействует магический отвар. А когда спустя несколько долгих минут Виктор открыл глаза, Гейл усмехнулся и протянул ему свою руку.

— С возвращением в мир живых, Ваше Высочество! — произнес он, помогая мужчине встать.

— Я умер? — пробормотал удивленно король.

— Можете мне поверить, еще нет! — ответил Гейл и направился к карете короля, чтобы разнуздать лошадей. Одну из них он подвел к Виктору. — Седла нет! — пояснил. — Но если хотите жить, усидите и на крупе! А мне пора, Ваше Величество! — и с этими словами взлетел в седло своего жеребца, купленного в столице государства Олсопп.

Ему еще надо было отыскать Мейгрид, но, по крайней мере, тут он мог предугадать, куда отвезет дядюшка свою племянницу.

Конечно же, он вернет ее домой, туда, где все и началось. Туда, где покоится в семейном склепе ее мать, так и не ставшая королевой, как и дочь.

Эпилог

Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, когда я открыла глаза и сделала первый глубокий вдох, наполнивший мои легкие свежим воздухом, таким вкусным, каким он бывает только в предместье.

«Я дома?» — подумала и села, оглядываясь, но нет. Комната, в которой я находилась, вовсе не напоминала мои покои в поместье Грэхемов, а значит, дядюшка исполнил свое обещание и перевез меня в безопасное место.

— Есть тут кто-нибудь? — позвала неожиданно слабым голосом. Но меня услышали и скоро за дверью послышались шаги, а затем, жалобно скрипнув, она распахнулась и на пороге возникла моя Маргот.

— Леди Мей! — закричала нянюшка и бросилась ко мне, едва не подхватив на руки, словно я была маленьким ребенком. — Вы очнулись, а я все не верила милорду, что вы живы, думала, он смеется над моим бедным сердцем!

— Как видишь, жива! — ответила я.

— Сейчас я принесу водички и бульон, вы же, наверное, совсем проголодались! — заторопилась женщина. — Шутка ли, проспать целых трое суток и ни крошки во рту! — она метнулась было к двери, но тут же остановилась и повернулась ко мне. — То-то сэр Джон будет рад! И не только он! — и лукаво мне улыбнулась.

— А кто еще? — удивилась я.

— А вот скоро увидите! — пояснила нянюшка. — Вчера он заявился, чуть дом не перевернул, но лорд Грэхем ему все рассказал и объяснил, что да как!

— О чем ты говоришь? — спросила непонимающе.

— Так я говорю, скоро увидите! — и она поспешила из комнаты, прикрыв за собой с осторожностью дверь.

Я же сделала попытку встать на ноги, но почти сразу же поняла, что слишком слаба, и опустилась обратно на кровать.