Анна Завгородняя – Добро пожаловать на "Райский" остров (страница 5)

— Вот и прекрасно, — голос Роберто был сухим и скрипучим, — значит, скоро можно будет назначить дату и оповестить всех?

— Конечно, — произнес Майкл, — а я сообщу вам, когда деньги будут перечислены на счет. Вот только, мистер Сантьяго…

Лоусон замолчал, выдерживая паузу и на другом конце линии тоже молчали.

— Вам не кажется, что это заходит слишком далеко. — Майкл не стал давить на жалость. Сантьяго не из тех, кто понимает это чувство. Для него важны только деньги, власть и…еще раз деньги.

— Когда я захочу узнать твое мнение, Майки, я его спрошу, — ответил босс. — Ты ведь не станешь делать глупости, не так ли?

Лоусон стиснул зубы. Выдержал паузу в три удара сердца, затем ответил:

— Конечно, нет, сэр.

— Отлично, — просипел Сантьяго и после минутного молчания спросил, меняя тему, — как там Изобель?

Лоусон едва сдержался, чтобы не выругаться в трубку. Он невольно вспомнил произошедший этим утром инцидент у отеля, и мужчину злость охватила. Впрочем, он быстро взял себя в руки и ответил спокойным, ровным, ничего не выражающим тоном:

— Отдыхает, мистер Сантьяго. Развлекается. Прогулки на яхте, рыбалка, погружение под воду…

— Я понял, — перебил его Роберто, — но я не о том тебя спрашиваю. Мне интересно знать, как обстоят ваши отношения?

— Наши отношения? — удивился Майкл искренне. — Они остались на том же уровне, что и раньше, сэр. Мы находимся в состоянии развода, и лично меня это вполне устраивает. И вам не стоит вмешиваться в это. Ест те границы, которые недозволенно переступать даже вам. Доброго дня, мистер Сантьяго.

Майкл почти швырнул трубку на рычаг и закрыл глаза, ощутив внезапный прилив гнева. Каким бы важным человеком ни был его бывший тесть, он ни за что не позволит последнему лезть в свою личную жизнь. Это, наверное, было единственным, в чем Майкл не мог и не хотел уступать Роберто. В остальном, их отношения оставались вполне адекватными, особенно когда Изобель не лезла куда не надо. Майкл всегда знал свое место и никогда не совал свой нос в чужие дела. Правда, зная, чем занимается Сантьяго, не одобрял подобного, только вот поделать ничего не мог. Слишком много было у Роберто на Майкла компромата и большинство из них носило вполне серьезный характер. А менять солнце и свой отель на другие условия, далекие от приятных, он совсем не торопился.

Майкл Лоусон вышел из кабинета и спустился по широкой лестнице на нижний этаж, где располагались его комнаты. Он прошел в спальню, миновав широкую, обставленную дорогими предметами мебели, гостиную и переоделся в светлый легкий костюм. Затем вышел из отеля, направляясь через весь пляж легким шагом человека, прекрасно знающего себе цену.

**********

Я удивилась тому, как долго и насколько мило мы проговорили с моим рыжим спасителем. Беседа длилась, наверное, минут сорок, не меньше. Разговор обо всем сразу и ни о чем. Так бывает, когда приятные, но малознакомые друг другу люди, не имеют общей темы для разговора, но хотят его поддержать. Вот так и мы с Клайвом болтали, пытаясь узнать друг друга.

«Он милый», — подумалось мне.

Попрощавшись с Клайвом, я вернулась в отель где переодевшись в купальник, и накинув поверх легкий костюм, решила, наконец, отправиться на пляж, который находился сразу через дорогу от отеля.

К моему удивлению, пляж был переполнен загорающими и отдыхающими людьми, которые лежали на песке, играли в волейбол и строили замки из песка в специально отведенной для этого части пляжа. Из бара, расположенного прямо на берегу, лилась приятная легкая музыка. Несколько столиков были заняты парочками, потягивающими коктейли. Семейных пар было мало. Я заметила только несколько детей дошкольного возраста, осваивавших первые азы плаванья под присмотром родителей.

Мельком посмотрев на все это, я прошла мимо. Признаться, толпа на пляже меня не утраивала. После сутолоки большого города захотелось побыть одной в первый свой день полноценного отдыха, а не слушать визгливые крики девушек, играющих в волейбол с молодыми, загорелыми до цвета молочного шоколада парнями, который наигранно выставляли свои накачанные бицепсы, явно бахвалясь ими перед женской половиной отдыхающих.

Поэтому приняв для себя решение, я бодренько зашагала мимо по длинной полосе пляжа, и вскоре, оставив за спиной шумную толпу, поднялась на небольшое возвышение, с которого открывался замечательный вид на тихую, пустынную лагуну с песчаным берегом и подступающими почти к самой воде пальмами, дающими волшебную тень.

«То, что нужно», — подумала я, аккуратно спустилась по дюне и ступила на берег лагуны.

Здесь и правда, никого не оказалось. Я огляделась вокруг и потом решительно сбросила одежду, оставшись в одном купальнике и, расстелив на песке яркое полотенце с жуткой надписью, «Я люблю вас, Гавайи», достала крем, который тщательно распределила тонким слоем по открытым участкам кожи. Коварное солнце могло испортить мне первый день пребывания в этом раю, и я решила перестраховаться.

Как же здесь было чудесно и, что главное, тихо!

Я достала очки и только хотела их надеть, когда внезапно увидела плывущего к берегу человека.

Первой мыслью была мысль о том, что я не одна облюбовала это тихое местечко, а затем, следя за пловцом, я невольно залюбовавшись тем, как красиво и мощно он плывет, рассекая волны, в сторону берега.

К своему сожалению, я не могла похвастать подобным талантом. Плавала я посредственно, что и не удивительно, потому как всю свою осознанную жизнь жила вдали от природы, а ходить в бассейн сначала не было интереса, а затем времени.

Пока я размышляла над превратностями своей судьбы, мужчина достиг берега и вышел из воды, бросив на меня ленивый взгляд. Он встал, повернувшись ко мне спиной, позволяя телу высохнуть под солнечными лучами, а я только и моргнула, пристальнее вглядываясь в пловца.

Узнав в нем своего недавнего знакомого, я тут же нацепила очки и, достав из сумки книгу, положила первую под голову. Наобум раскрыв роман, сделала вид, что читаю, а сама, как бы между прочим, принялась рассматривать мужчину, благо очки были настолько темными, что не позволили бы ему увидеть мои глаза, если бы он обернулся и тоже посмотрел на меня.

Мой взгляд прошелся от его головы до пят, и закончив беглый осмотр, я удовлетворенно хмыкнула. Хорош! Ничего не скажешь. Мужчина — просто сошедший с обложки глянцевого журнала. У него были густые волосы, что спадали на плечи мокрыми локонами. Как я вчера и догадалась, они оказались темно-каштанового цвета. Спина, невероятно широкая и мощная, мышцы на руках буквально бугрились под загорелой кожей. Талия тонкая, узкие бедра и аппетитные ягодицы, затянутые в черные плавки, длинные, стройные ноги…

Все было просто идеально, подумала я. Внезапно мне захотелось, чтобы он повернулся, и я увидела его лицо. Он вышел из воды так стремительно, что я не успела его толком разглядеть, но была уверена, что при дневном свете он окажется еще привлекательнее, чем вчера ночью на пристани в свете фонарей. И уж точно лучше, чем подсмотренный урывками во время утреннего завтрака.

И тут, словно прочитав мои мысли, Майкл Лоусон, а это был именно он, действительно повернулся, и я едва сдержалась, чтобы не вжать голову в плечи и впилась невидящим взглядом в книгу, ругая себя за то, что так откровенно позволила себе рассматривать мужчину.

Сердце гулко забилось в груди. Я едва дышала и отчаянно надеялась, чтобы он ушел, не обратив на меня внимания, да не тут — то было.

— Интересный у вас способ чтения, — внезапно услышала я низкий приятный голос Майкла.

— Что? — удивилась я и только теперь заметила, что держу книгу вверх тормашками. Отчаянно покраснев, я резко захлопнула ее и отложила в сторону и, уже не таясь, взглянула на нарушителя моего уединения.

Что ж, мне пришлось признаться, что вид спереди ничуть не уступает тому, что я уже рассмотрела ранее. Широкая грудь, покрытая темными волосами, плоский рельефный живот и ниже…

Ох, ниже все было тоже очень и очень прилично! Но, боже, куда я пялюсь и что вообще себе позволяю? Не иначе, на меня действуют наставления сестры!

Я моргнула и резко подняла взгляд, встретившись с веселым взором мужчины. Лоусон определенно заметил, куда я секунду назад откровенно пялилась, и это его развеселило. Майкл медленно прошел мимо меня, и только тут я увидела аккуратно сложенную в сторонке под деревом одежду и мысленно укорила себя за невнимательность. Если бы я заметила вещи до того, как расположилась здесь, я бы непременно ушла! А теперь поздно.

Лоусон быстро надел светлые брюки и белую майку, выгодно подчеркивающую загорелую кожу и сильные руки, а тонкий пиджак перекинул через плечо и, кивнув мне напоследок, удалился в направлении отеля более не сказав ни слова.

Едва он пропал из вида, как я с облегчением вздохнула и откинулась на полотенце. Только теперь я начала спокойно дышать, стараясь унять странное сердцебиение. Этот мужчина меня взволновал! Хотя прежде я не считала себя падкой на подобных красавцев.

Я сглотнула, ощутив желание окунуть лицо в холодную воду и понимая, что миг блаженства от ощущения одиночества куда-то пропал. Настроение испортилось, хотя я никак не могла понять, что было тому причиной! Полежав еще с полчасика для порядка, я быстро встала и, даже не окунувшись, собрала вещи и вернулась в отель. Уже оказавшись в своем номере, переоделась в короткие шортики и майку, после чего забралась с ногами на кровать и взяла в руки трубку телефона. Набрав номер ресторана (список телефонов прилагался и был прикреплен к стене) я заказала себе в номер бутылочку шампанского и клубнику, после чего стала ждать. Заказ принесли спустя несколько минут. Я была приятно поражена сервисом и дала щедрые чаевые, после чего перебралась с шампанским, стоящим в ведерке со льдом, и вазочкой с отборными ягодами на балкон. Усевшись на восточный манер в плетеное кресло, налила себе полный бокал и залпом осушила его, почувствовав, как в горле приятно лопаются пузырьки. Улыбнувшись самой себе, наполнила бокал вновь, и второй пила уже стараясь растянуть удовольствие и закусывая сладкой ягодой и при этом стараясь не думать о Майкле Лоусоне, мысли о котором продолжали тревожить сердце.