Анна Залевская – Эхо забытых Богов (страница 1)

Анна Залевская

Эхо забытых Богов

Эхо забытых Богов.

Глава 1. Прибытие.

Если вы думаете, что поступление в магическую академию — это волнительные свечи, торжественная музыка и мудрые наставники с добрыми глазами, то вы очень сильно ошибаетесь.

Поступление в Академию Серебряного Ветра — это длинная очередь из нервных абитуриентов, запах озона от перегруженных артефактов и преподаватели, которые смотрят на тебя так, будто ты уже провалилась, просто ещё не знаешь об этом.

Я стояла в коридоре третьего яруса, стараясь не дышать слишком глубоко. Справа от меня парень с зелёными волосами начитывал молитву на неизвестном языке, судя по его виду, он делал это уже в сорок седьмой раз. Слева девушка в идеально отглаженной мантии проверяла магический резерв через личный амулет и каждые три секунды трагически вздыхала.

— А ты чего такая спокойная? — спросил меня парень с зелёными волосами, на секунду отвлекаясь от молитвы.

— Я не спокойная, — честно ответила я. — У меня просто лицо такое, застывшее от ужаса.

Он понимающе кивнул и вернулся к своему занятию.

Если честно, я врала. Я была не просто напугана. Я была в панике. Самой натуральной, с холодным потом и дрожащими пальцами. Потому что никто — слышите, никто — в моей семье не поступал в эту академию. Моя бабушка, царствие ей небесное, училась где-то в северных лесах у отшельников. Мать вообще считала, что магия — это «неприлично публично демонстрировать». А я вот стою тут, перед дверью с руной «Испытание», и понятия не имею, что меня ждёт.

Единственное, что я знала точно: внутри меня живут голоса.

Они проснулись в прошлом году, как раз в моё семнадцатилетие. Сначала я думала, что это ветер шумит в трубах. Потом, что соседи включили древний артефакт-приёмник. Но когда голоса начали шептать мне на ухо фразы на языке, которого я никогда не учила, пришлось признать: я или схожу с ума, или во мне проснулось то, что называли «эхом забытых богов».

Бабушкин дневник, который я нашла на чердаке после её смерти, подтвердил второе. И посоветовал: «Иди в академию, Ари. Только там тебе помогут».

Помогут. Как же.

Я посмотрела на дверь. На ней тускло светилась руна — стилизованное изображение глаза. Дверь была без ручки. Только руна. И табличка: «Коснитесь, чтобы начать».

— Ну, Ариана Эверлин, — прошептала я себе под нос. — Всё или ничего. Или ты научишься контролировать этих внутренних болтунов, или они превратят тебя в овощ.

Я коснулась руны. Мир моргнул.

---

Я стояла посреди огромного зала, похожего на перевёрнутую чашу. Потолок имитировал ночное небо, звёзды двигались, складываясь в причудливые узоры. Пол был чёрным, зеркальным, и в нём отражалась я сама — серебристоволосая, бледная, с глазами, которые в этом освещении казались почти прозрачными.

Передо мной на трёх возвышениях сидели экзаменаторы. Двое мужчин и одна женщина. Все в мантиях с серебряной вышивкой. Все с каменными лицами.

Центральный, лысый мужчина с густой бородой, кивнул в мою сторону.

— Ариана Эверлин, семнадцать лет, без предыдущего магического образования. Верно?

— Верно, — кивнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Приступим. Испытание состоит из трёх этапов: диагностика резерва, стихийная реакция и контроль эмоций. Ничего сложного. Просто делайте то, что чувствуете.

Я сглотнула. «Просто делайте то, что чувствуете». Если я сделаю то, что чувствую, я сейчас развернусь и побегу к выходу со скоростью звука.

— Начнём с диагностики, — женщина слева взмахнула рукой, и передо мной повис прозрачный шар размером с мою голову. — Положите ладони на сферу. Не напрягайтесь. Просто позвольте магии течь.

Я положила ладони.

И сразу поняла, что «не напрягаться» — это не про меня.

Голоса внутри встрепенулись. Обычно они вели себя тихо, если я была спокойна. Но в стрессовой ситуации они начинали галдёж, как базарные торговки. Сегодня был именно такой день.

— Смотрите, смотрите, она боится, — прошептал один голос, низкий и тягучий, как патока.

— Конечно, боится. Её сейчас будут оценивать, как корову на ярмарке, — вторил второй, более резкий.

— Тихо вы, — рявкнул третий, похожий на скрип несмазанной телеги. — Девчонка старается. Помолчите.

Я зажмурилась и попыталась представить, что голоса — это просто шум за окном. От них можно отгородиться. Можно представить стену. Стекло. Что угодно.

Шар под моими ладонями засветился тусклым серым светом.

— Хм, — сказал лысый экзаменатор. — Нестабильный резерв. Перепады. Словно... словно внутри не один источник, а несколько.

Я внутренне похолодела. «Не один источник». Точно. Голоса — это не просто шум. Это осколки забытых богов, которые когда-то жили в этом мире. И каждый из них отдельная магия. Отдельная сила. Отдельная угроза.

— Интересно, — женщина наклонилась ближе. — Ваша семья имела дело с древними культами?

— Не то чтобы... — начала я, но она уже отмахнулась.

— Неважно. Второй этап. Стихийная реакция.

Сфера исчезла. Вместо неё передо мной появились четыре маленьких огонька: красный, синий, зелёный и жёлтый.

— Мы будем бросать в вас простейшие стихийные заряды. Ваша задача — интуитивно погасить их той же стихией. Не думайте, просто реагируйте.

— А если я не погашу? — спросила я.

— Тогда вы загоритесь, — сухо ответил второй мужчина, до этого молчавший.

Я решила, что это шутка. По его лицу было непонятно.

Начали с красного — огонь. Маленький шарик пламени полетел мне прямо в лицо. Я взвизгнула, выставила руки и из моих пальцев вырвался... нет, не водяной поток. Не ледяная струя. А серебристая дымка, которая сбила огонь с траектории, и он улетел в стену, оставив на ней чёрное пятно.

— Что это было? — спросила женщина, прищурившись.

— Я... не знаю, — честно ответила я.

— Не знает она, — фыркнул второй мужчина. — Ладно. Синий.

Вода. На этот раз я была готова, настолько, насколько можно быть готовой к летящему в тебя водяному шару. Я снова выставила руки, и опять серебристая дымка. Вода застыла в воздухе, превратившись в лёд, и с глухим стуком упала на пол.

— Нестандартное погашение, — прокомментировал лысый. — Земля.

Зелёный огонёк превратился в комок грязи, который летел медленнее, но выглядел внушительнее. Я попыталась представить, что могу его развеять. Дымка снова появилась — на этот раз ярче, плотнее. Грязь рассыпалась в пыль, не долетев до меня полуметра.

— Седьмой уровень защиты, — прошептала женщина, глядя на какой-то артефакт у себя на запястье. — Это невозможно. У неё нет образования.

— Воздух, — рявкнул второй мужчина, явно начиная злиться.

Жёлтый шар ударил быстрее всех. Я даже не успела вскинуть руки, дымка вырвалась сама, обернув меня коконом. Воздушный заряд разбился об него, как волна о скалу.

Тишина.

Экзаменаторы переглянулись.

— Явление редкое, — сказал наконец лысый. — Синдром «Открытого эха». Девушка, вы слышите голоса?

У меня отвисла челюсть. Они знают? Они могут это диагностировать?

— Да, — выдохнула я. — Уже год.

— И вы не обратились к целителям?

— Бабушка сказала, что целители не помогут. Только академия.

— Ваша бабушка была права, — кивнул лысый. — Но есть проблема. С таким диагнозом вас не возьмут на обычные факультеты. Слишком опасно. Голоса могут вырваться наружу, и тогда...

— Что тогда? — мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы.

— Тогда вы можете нанести вред себе и окружающим.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Всё. Конец. Меня не примут. Вернусь домой, буду слушать голоса до тех пор, пока они не сотрут мою личность. Бабушка предупреждала: если не найти способ контролировать эхо, оно поглотит тебя.