Анна Югай – Сказания Росинихи. Сказка о золотом крыле. Белый ручей. Том 1 (страница 2)
Синея, поднялась с кровати, все тут же замолкли. Белый волк слез с подушки и направился к Родгару. Он взглянул в лицо ребенку и протяжно завыл.
– Я согласен с тобой, друг мой, – Родгар поднес ребенка к лицу и поцеловав того в лоб, произнес, – Янко, мой Янко. Наше сокровище и наша радость, дарованное нам богами. У тебя будет сильный характер, и красивая душа. Я чувствую, что ты принесешь нам радость, сынок.
Белозар дернул отца за пояс и указал на окно.
– Отец, я видел лису!
Адегелия тоже взглянула в окно:
– Где? Где лиса?
Гости стали беспокоиться:
– Разве в такое время тут кто-то ходит? Кто это еще посмел заглядывать в окна, господина Родгара?
– Не уж что оборотень, что с Зеленой рощи? О боги, ужас какой! Он ведь детей давит!
Все закопошились, Адегелия прижалась к отцу:
– Папа, там оборотень, я слышала о нем, он новорожденных девочек душит! В Зеленой роще всех девочек, что родились передушил!
Она уткнулась носом в отца и зарыдала. Тот бросил знак стражникам:
– Быстро поймать и убить! Еще оборотней нам здесь не хватало!
Родгар обнял дочь и стал успокаивающе гладить ее по голове:
– Ну-ну, милая, отец тебя защитит! Не беспокойся!
Адегелия указала на ребенка:
– Это из-за него! Она за младенцем пришла! Все говорили, что девочка родится! Вот она и явилась сюда! Она всех нас убьет из-за него!
Родгар стал утешать дочь:
– Адегелия, прекрати! Что ты такое говоришь? Никого она не тронет! Это может быть просто обычная лиса!
Адегелия с ревом кинулась к матери. Та прижала её к себе и стала успокаивать, но Адегелия продолжала плакать:
– Не хочу этого брата! Оборотень пришел за ним, и нас заберет! Зачем он нужен? У нас уже есть Белозар, мама верни его обратно!
– Адегелия, – обеспокоенно проговорила мать, – да что с тобой? Как ты можешь такое говорить? Я носила твоего брата не для того, чтобы отдать его какому-то оборотню! Родгар, поймай эту чертову лису! А, вы! – Синея обратилась к гостям, – постыдились бы, здесь при мне, да при детях такие байки рассказывать! Напугали мне ребёнка!
Гости виновато стали переглядываться, а затем кланяться и отходить назад:
– Да лиса это обычная!
–Да-да, лиса! Оборотень тот в Зеленой роще, а не у нас!
– Да и ведь только девочек душит, а у нас мальчик, значит не тронет, не зайдет в дом!
– Милая Адегелия, не бойтесь, здесь достаточно стражи и смелых мужей, чтобы защитить вас!
Синея прижала к себе рыдающую дочь и кинула на гостей злой взгляд. Голубая волчица тут же поднялась и закрыв собой хозяйку, громко рыкнула в их сторону, те отступили к самой двери.
– Дорогие господа, – Родгар стоял у окна, прижимая к себе ребенка, – давайте не будем лишний раз наводить смуту и устраивать волнение. Ребенка вы все увидели, на роженицу посмотрели, давайте выйдем обратно в зал и дадим ей отдохнуть. Слухи, что идут из Зеленой рощи, обсуждать здесь не будет. Близиться ночь, я не хочу, чтобы мои дети встречали свой сон в кошмарах.
Все одобрительно закивали и стали покидать комнату, перед этим поочередно кланяясь. Когда комната опустела, Родгар позвал нянь и велел уложить детей:
– Напоите их горячим молоком и капните туда сонного настоя. Пусть спят сегодня крепко.
Адегелия не хотела покидать мать, как и Белозар, но противиться приказу отца не стали, и покорно дали увести себя пришедшим няням. Оставшись вдвоём, Синея и Родгар крепко обнялись у окна, прижимая к себе свое дитя. Янко спал и время от времени открывал глаза, словно тоже о чем-то беспокоясь.
– Девочка, девочка, у вас родится девочка, – передразнивала Синея всех тех, кто предсказывал ей рождение дочери.
– Даже богиня, что приснилась тебе, ошиблась, жена моя. Как такое может быть?
– Ты не рад?
– Очень рад, я очень счастлив, Синеюшка. В одном никто не ошибся, у нас родился очень красивый и чудесный ребенок. Смотрю на него и не могу насмотреться. Так бы всю жизнь его в его розовые щечки целовал. Чудо то какое!
Синея обеспокоенно посмотрела в окно.
– Может Белозару показалось? А если нет? Не уж что за нашим Янко явился этот оборотень? Ведь все возможно! Пусть только сунется дрянь такая, я из неё себе воротник сделаю!
Родгар погладил Синею по руке.
– Успокойся, я приказал страже обыскать здесь всё, никто к тебе и к ребёнку не сунется. А если и сунется, сильно пожалеет, и мои птицы на страже. Я провожу гостей, и тотчас вернусь к тебе. Спать будем вместе, чтобы тебе спокойней было.
Синея понимающе закивала и взяв из рук мужа ребенка, прижала его к себе. Когда Родгар покинул комнату, Синея вместе со своей волчицей легла на кровать, рядом на другую сторону она положила ребенка. В комнату вошла большиха и поинтересовалась у Синеи, не нужно ли чего.
– Принеси мне мятного чая с молоком, и найди мою шерстяную вуаль, и погаси верхний свет, ужасно болят глаза.
Большиха тут же все выполнила, она взглянула на Синею:
– Что с вами? Вы выглядите обеспокоенной.
– Расскажи мне что за слухи ходят в Зеленой роще? Что за оборотень, что душит детей?
– Ох, светлейшая, на кой вам это слушать? Вам, недавно родившей? Зачем страхов на себя лишних напускать? Вы же ночь не заснёте, молоко ещё от волнения пропадёт. А утро, чем кормить дитё будете? Кормилицу вам нельзя, сами знаете, а другим такого маленького ничем и не покормишь!
Большиха, хоть и говорила это строгим тоном, но всё же была в нём и материнская забота, Синея, лишившись родителей, любила большиху, как мать и всегда прислушивалась к ней. Всё же женщина старшая, в возрасте, на своём веку повидавший многое. Может и не надо было сейчас Синеи, родившей меньше часа назад, слушать эти страшные сказки. Но любопытство распирало её и было сильнее страха.
– Ну матушка, – взмолилась Синея, специально придавая голосу ласку и нежность, чтобы разжалобить большиху, та, услышав в свой адрес ласковое «матушка», да и в душе её любя, не могла ни в чём ей отказать, – прошу, расскажите. Может страх мой пройдет, если буду знать, чего мне бояться. Я на войне меч держать не боялась, не уж то думаете, оборотня испугаюсь?
– Муж ваш, ругаться на меня будет!
– Так никто ему и не скажет, а спросит, так скажу, что подслушала.
– Бесовая ты девка! – строго произнесла большиха. Аккуратно оглянувшись и проверив двери, она присела к Синее на кровать, – с началом зимы объявился оборотень. Говорят лиса, ведьма, не знают откуда, а только в домах её, у порогов видеть стали. Ко всем приходит, у кого дети родились недавно, или к тем, кто должен родить, в окна заглядывает, говорят, смотрит, кто родился. Девок только душит, а мальчиков не трогает. Поэтому слава богам, у вас мальчик. Поймать не могут, а только с начала зимы, по сей день, всех девочек, что родились, передушила, тварь такая, никого в живых не оставила. Три деревни за ней охоту ведут, поймать не могут. В эту зиму то, в Росинихи, почти одни мальчики родились, вот жена советника мужа вашего тоже ребенка носит и молится чтобы мальчик был. Но ей то, чего боятся? Весной разродится, не раньше, да и мальчика все сулят, а всё равно страшно. Сейчас на каждое зверье думать будешь из страху то. У вас у одной только девочку то ждали, поэтому могла и явиться лиса эта за ней. Может придёт, увидит, что мальчик и уйдёт.
– И дальше пойдет детей душить?! Ну уж нет!
– Синеюшка, успокойся. Не твоего ума, это забота, в доме есть мужчины, стражи полно. Ведьма, не ведьма, не рискнёт она к вам сунутся. Должна же понимать к кому в дом лезет. Муж твой знахарь из знатного рода, потомок бога. Нет, не посмеет, да здесь ей и разгуляться не дадут, как придёт, так и смерть свою встретит! Успокойся, я принесу тебе чая с молоком, отпей и ложись, да и муж сегодня с тобой. Не думай лишнего!
Наступила ночь, весь дом уже спал, а Родгар всё не приходил. Синея держала ребенка подле себя и боялась положить того в колыбель. Ей казалось, что сделай она эта, тут же явится эта лисица и утащит Янко.
– Нет, так не годиться. Я не могу оставить это так! Луна!
Перед Синеей тут же возникла голубая волчица и вопросительно посмотрела на хозяйку.
– Закрой ребёнка, чтобы ни духу, ни запаху его учуять не могли.
Волчица запрыгнула на кровать, и мягким облаком покрыла младенца. Синея, подошла к колыбели и повязала на неё розовую ленту. А затем обернула в пелёнки подушку и положила её в кроватку за место ребенка. Внезапно она почувствовала на себе чей-то взгляд. Кто-то следил за ней, Синея склонилась над кроваткой и стала громко причитать над ребенком:
– Моя дорогая, моя девочка, моя красавица, спи, моё сокровище!
Она закрыла кроватку вуалью и легла в кровать, волчица в это время, лежала, не шевелясь и не сводила глаз с хозяйки. В комнате погасла последняя свеча, стало темно, Синея специально повернулась спиной к окну, чтобы тот, кто следил за ней, подумал, что та давно уснула. Синея, засопела, через несколько минут комнату наполнил тяжелый воздух, Синея покосилась на кроватку и увидела как высокая темная фигура, склоняется над колыбелью. Она приподняла вуаль, и поднесла к кроватке горящий камень. Фигура была одета в длинный черный плащ, на голове ее был капюшон, лицо было трудно разглядеть и из-за плохого света, исходящего от камня. Фигура сорвала ленту с колыбели и начала что-то шептать, голос был женским. Синея прислушалась:
– Последняя, эта будет последняя, больше нет… Ирма, ты меня слышишь? Где ты? Ты тут?