Анна Янссон – Чужая птица (страница 19)

— Приготовьте аппарат искусственной вентиляции легких. Начнем с пяти литров кислорода. Но для начала повторите анализ газов артериальной крови. Может, это все-таки данные по венозной? — сказал Юнатан, взглянув на бумажку с результатами.

— Вряд ли, — покачала головой медсестра. — Пациентка выглядит из рук вон плохо: ногтевые лунки посинели, лицо серого цвета. Губ под маской не разглядеть, но не удивлюсь, если и там цианоз. Пульс неравномерный, около ста двадцати ударов в минуту, давление упало до критического уровня. Юнатан, я боюсь, мы ее не вытащим.

Они надели на себя защитную экипировку и вбежали в палату. Каждая минута была на счету. У постели больной сидел Петер Седеррот и держал жену за руку. Рядом стояла медсестра в защитной одежде и возилась с аппаратом искусственного дыхания. Послышался предупреждающий сигнал пульсоксиметра. Цифры, показывавшие сердечный ритм, исчезли с дисплея. Сатурация кислорода еще понизилась, и цифры на мониторе сменились пунктирной линией. Юнатан попробовал нащупать пульс у пациентки на шее.

— Мы теряем ее!

Юнатан сорвал с пациентки кислородную маску и схватил мешок Амбу для ручной вентиляции легких. Пока он ритмично качал воздух, медсестра подсоединила кислород. Кто-то принес доску для проведения наружного массажа сердца, и ее положили больной под спину. Юнатан уперся ладонями в грудь и начал массаж. В комнате царило напряженное ожидание. Отрывистые команды, четкие ответы — вот и все, что нарушало тишину. Минутная стрелка на часах неумолимо двигалась вперед.

— Дефибриллятор!

Прибор уже был на месте. Юнатан прижал электроды к грудной клетке женщины и приготовился пустить ток.

— Разряд!

Медперсонал, стоящий у кровати, отступил на шаг. Тело больной выгнулось и будто подпрыгнуло на кровати, но потом снова безжизненно опустилось на нее. Разряд за разрядом — все попытки спасти пациентку были тщетны. Посреди всей этой суматохи в заполненной аппаратурой и проводами комнате все забыли про Петера Седеррота, который сидел на соседней койке с напуганным видом и изо всех сил щипал себя за руку. Щипал до крови, надеясь, что боль заставит его очнуться от всего этого кошмара, внезапно обрушившегося на него. В обычной ситуации его бы давно вывели из палаты, чтобы уберечь от жуткого зрелища. Но угроза эпидемии поставила все с ног на голову, заведенный порядок оказался нарушен. Практически все время уходило на защитные мероприятия, а обычное человеческое участие отошло на второй план.

— Она умерла? — Голос Петера едва доносился из-под маски.

— Мне очень жаль. Мы сделали все, что могли. — Юнатан устало опустился на койку рядом с Петером и положил руку ему на плечо. Слов утешения ему было не найти, поэтому он просто сочувственно помолчал. Разговаривать через маску вообще казалось как-то смешно, но Юнатан не поддался импульсу и не снял ее.

— Теперь моя очередь? Грипп настолько опасен?

— Предугадать сложно, но я думаю, вы справитесь. Лекарство, кажется, помогает. Вам ведь не стало хуже по сравнению со вчерашним днем?

— Сонья, дорогая!

Юнатан понял, что Петер беззвучно плачет. Его плечи тряслись, а на рубашку капнула слеза, сорвавшаяся с края маски.

— Я вот что подумал, — произнес таксист уже совсем другим тоном, — я кое-что утаил от вас, когда вы меня расспрашивали о моих пассажирах. Вместе с тем доктором — Рейне Хаммаром то бишь — ехала девушка, симпатичная блондинка. Я отвез их на улицу Юнгмансгатан, это на окраине Висбю. Доктор дал мне пятьсот крон, чтобы я держал язык за зубами, но я могу вернуть их ему. Раз эта зараза чертовски опасна, я решил, нужно рассказать вам всю правду.

Юнатан кивнул.

— И еще одна вещь. — Петер крепко схватил Юнатана за руку. — Сонья была против кремации. Что угодно, только не это. Она до смерти боялась огня. Мы как раз утром с ней все обсудили. Пообещайте мне!

Юнатан уверил его, что постарается пойти навстречу его пожеланию. Осталось только догадываться, как Оса Ганстрём отреагирует на подобную просьбу.

— Юнатан, мне нужно поговорить с тобой, это важно! — послышался голос медсестры Агнеты из коридора. — Пришли результаты наших анализов!

Юнатан подал ей знак, что сейчас выйдет. Сначала требовалось разоблачиться. Сняв защитную экипировку, он почувствовал: его одежда насквозь промокла от пота. Юнатана знобило, и ему было немного больно глотать. Результаты! Пришли наконец-то. До сих пор он всячески отгонял мысль о том, что тоже успел подхватить вирус. Как быть тогда? Думать об этом не хотелось.

— Результаты пришли, — повторила Агнета и встретилась взглядом с Юнатаном.

За все четыре года совместной работы он еще ни разу не видел ее такой убитой. Он схватил протянутую ему пачку листков и сел за стол, просматривая их. Полицейский Еспер Эк — результат положительный. Пожилая женщина, просившая Седеррота отвезти ее на Форё, — положительный. Мужчина с сердечным приступом — положительный. Владельцы голубей — все с положительным результатом. Люди, сидевшие в приемном покое в одно время с таксистом, чудом избежали заразы. Рейне Хаммар — отрицательный. Когда он взял следующий листок, в глазах зарябило от волнения. Ему даже пришлось несколько раз перечитать написанное, чтобы убедиться: Юнатан Эриксон — результат отрицательный. Он быстро просмотрел оставшиеся листки: четверо из тех, кто ухаживал за Берит Хоас, подхватили вирус, в том числе и Агнета.

— Что теперь со мной будет? Мне так страшно, — всхлипнула она у Юнатана за спиной.

Глава 15

— Еще один человек, уже третий по счету, пал жертвой разразившейся на Готланде эпидемии птичьего гриппа. Двенадцать человек, по опасениям врачей, находятся в зоне риска. Еще раз обращаемся к жителям острова: при подозрении на грипп не приезжайте самостоятельно в больницу Висбю и не приходите в поликлиники. Позвоните по горячей линии, и вам назначат время, когда врач посетит вас на дому. Объявляем также, что мы разыскиваем женщину тридцати лет с длинными светлыми волосами, которая ехала в ночь с первого на второе июля в такси и вышла на улице Юнгмансгатан, Висбю. Для нас очень важно связаться с ней как можно скорее или получить информацию от тех, кто ее знает. Эпидемиолог Оса Ганстрём считает, что ситуация под контролем и причин для беспокойства нет.

— Ложь, наглая ложь! — Юнатан Эриксон выключил радио и оттолкнул от себя бумажную тарелку с картофельным пюре и котлетой.

Кусок в горло не лез. Он поднялся со стула и выбросил уже остывшую еду вместе с тарелкой и пластиковыми приборами в специальный мусорный мешок, помеченный желтой клейкой лентой с надписью «Опасные отходы!». Если тревога поселилась в душе, становится не до еды. Ситуация вышла из-под контроля. Юнатан надеялся, беседа с Рейне Хаммаром поможет выяснить, что за девушка ехала с ним в такси в ту ночь, но от коллеги пользы было мало. Поначалу Хаммар все упорно отрицал, но потом был вынужден признать, что какая-то блондинка с ним ехала, «если вспомнить хорошенько», как он сказал. Проведя вечер в баре, сложно удержать в голове всякие детали. Он же живой человек, в конце концов! Да, они ехали вместе с одной девушкой, но Рейне понятия не имеет, кто она и где ее дом. Они взяли такси у бара и расстались где-то неподалеку от школы Гробу. Да не знает он, как ее зовут, сказал ведь уже! Еле вон вспомнил вообще, что она тоже сидела в машине. Ну, оставил лишних денег таксисту, что теперь? Перепутал, наверное, купюры, всякое бывает. Нет, он даже не собирался там выходить, перепутал, вот и все. Вы же понимаете: с кем не случалось?

По большому счету, Юнатану было плевать. Главное — разыскать девушку и взять у нее кровь на анализ: вдруг она инфицирована? Если это так, количество пациентов скоро сильно возрастет, да и процент смертности тоже повысится. Юнатан опустил лоб на руки и прикрыл глаза. Больше всего ему хотелось выбраться отсюда, прочь из этого дома, где поселилась смерть! Оса Ганстрём звонила ему сегодня и описала текущую обстановку совсем иначе, чем в официальном сообщении для прессы. Кризисная группа так и не смогла собраться, обязанности не были распределены. Двенадцать заболевших — такого они не предполагали! А сколько еще людей окажется на больничной койке? Ничего не остается, пора раскрыть карты и признать: имеющегося запаса лекарства на всех не хватит.

Еще в декабре один врач на каком-то производстве выписал тамифлю всему персоналу. Люди неправильно поняли его инструкции и стали принимать препарат как средство от обычного гриппа во время зимней эпидемии. Скандал! По-другому не скажешь. Что, если из-за ошибки того врача вирус разовьет резистентность к препарату? Что, если тамифлю окажется бессилен против птичьего гриппа? Врач работал в частной медицинской организации и был отправлен на предприятие консультантом. Руководство намекнуло ему, что с клиентом лучше не спорить, а на предписания эпидемиологов можно смотреть сквозь пальцы. Вот и расхлебывай теперь. Оставалось обратиться за помощью к соседним странам. Вопрос жизни и смерти. Оса Ганстрём приказала проверить информацию по торговцам медицинскими средствами в Интернете. Их деятельность, к сожалению, пока не признана незаконной. В худшем случае придется приобретать тамифлю у них. Если, конечно, кто-то из них готов продать лекарство и оно не окажется подделкой. Придется тщательно исследовать полученный от них препарат. Вопрос в том, можно ли провернуть это все быстро и аккуратно. Разумеется, лучше всего было бы приобрести лекарство через официальные источники, хотя они уже получили отказ. А если обратиться к производителям через прессу? Вдруг поможет: бесплатная реклама и пиар в обмен на тамифлю. Газетчики, ясное дело, поднимут шум. Население, в свою очередь, перепугается, а в состоянии страха народ способен на что угодно. Хорошо, что не Юнатану выпало принимать столь сложное решение!