Анна Вулф – Оливия Джонсон и семерка испытаний. Книга вторая (страница 9)
– За что ты там меня ненавидишь, – сказала я, взяв эту ручку с иглой.
Он закатил рукав со стороны левой руки еще выше, открыв предплечье.
– Если что, то я не виновата, если ты останешься от небольшого куска кожи, – сказала я, начиная наносить рисунок. Он с силой сжимал кулак, видимо стараясь тем самым, уменьшить боль. Закончив вырисовывать эти символы, я попросила его посмотреть, все ли я правильно сделала.
– Кажется рука на месте, это уже хорошо, иероглиф тоже не отличается от того, как он должен выглядеть, думаю, ты справилась.
– Какое счастье, можем идти?
– Это еще не конец, сейчас самое страшное.
– Что может быть еще страшнее? Давай тебе тоже перевяжем, а то не хватало еще, потом переливание тебе делать.
– В этом нет нужды, – сказав он, убрав ленту с моей руки, которая уже полностью была пропитана кровью.
– Так, я совсем запуталась, что нам еще осталось сделать?
– Клятва. Нам осталось произнести клятву, которую должен знать каждый охотник королевских кровей.
– Здорово, а я ее не знаю, и вообще я ничего не знаю, что связано с этим миром.
– Нет, ты знаешь, это уже заложено в тебе, когда ты жила в детском доме, у тебя была фамилия?
– Нет, я всегда была просто Оливией.
– Вот именно, откуда же ты тогда взяла фамилию Джонсон? Не думаю, что ты просто увидела где – то в журнале, она пришла тебе в голову, в твой разум, и ты поняла, что это точно она. А когда мы только поступили в академию, ты говорила свое имя и фамилию, и магический шар никак не среагировал, так? Эта клятва, заложена в тебе, и ты ее знаешь.
– У меня просто нет слов, раньше я об этом не задумывалась.
Ничего не ответив, он отпустил мои руки, и приложил правую ладонь к кровавому иероглифу:
– Я Кэмерон Георг Льюис Андерсон, перед духами своих предков, даю клятву Оливии Хельге Джонсон, и обещаю оберегать ее от опасностей и невзгод, всегда поддерживать ее, не забывать историю своей семьи и соблюдать ее традиции. Я торжественно заключаю договор между моим духом и духом Оливии Хельги Джонсон. Благодарю Дракона, Фею, Эльфа и Русалку за создание нашей расы, – сказал он, и опустил руку, которая была покрыта тонким слоем крови. – Твоя очередь.
– Мне страшно, и я забыла твое полное имя.
– Ты все вспомнишь, когда начнешь говорить, а теперь, приложи правую ладонь к иероглифу, и начинай.
Я приложила ладонь и стала говорить клятву:
– Я Оливия Хельга Джонсон, перед духами своих предков, даю клятву Кэмерону Георгу Льюису Андерсону, и обещаю оберегать его от опасностей и невзгод, всегда поддерживать его, не забывать историю моей семьи и соблюдать ее традиции. Я торжественно заключаю договор между моим духом и духом Кэмерона Георга Льюиса Андерсона. Благодарю Дракона, Фею, Эльфа и Русалку за создание нашей расы, – сказала я, и опустила руку.
– Вот видишь, все получилось, осталось последнее, возьми меня за правую ладонь, правой рукой, – сказал он.
Я выполнила действие.
– «Ты меня слышишь?» – Прозвучал голос Кэма у меня в голове.
– Что? Мы можем говорить телепатически? – Спросила я.
Он кивнул, улыбнувшись.
– «Связь проверена, теперь можно продолжить, сожми мою руку крепче. И повторяй за мной, только вслух, хорошо, главное, чтобы мы говорили синхронизировано».
– «Хорошо, я готова».
– И пусть наш дух, кровь и плоть, соединятся воедино, – говорили мы одновременно вслух и в голове.
– И это все? – Спросила я.
Но не прошло и минуты, как я поняла, что ошиблась. Нас что – то подняло над землей, а затем словно коконом нас накрыл золотисто – желтый свет.
– А теперь слушай внимательно, не при каком раскладе не отпуская меня, и не снимай кольцо, ты поняла?
Я кивнула.
Потом желтовато – золотистый свет стал охватывать нас целиком, и в палец с кольцом ударила острая, невыносимая боль, но я знала, что нельзя его снимать, и убирать руку, постепенно боль настигала предплечья, а когда достигло, иероглиф полностью заполнился золотым светом, ослепив меня на некоторое время. Потом боль заполнила все тело, и я закричала от ужаса.
– Оливия, борись с этим, ты можешь, я верю в тебя, – говорил Кэм.
И я сама стала замечать, почему он так говорит, мои руки попеременно менялись на драконьи лапы, а кожа на чешую.
– Оливия, ты сможешь, только не давай ему завладеть тобой, и держись за руку, – кричал он, сжав мою руку сильнее.
Я почувствовала сильный удар в грудь, и закричала, видимо Кэм почувствовал то же самое, потому что закричал точно также, и из него вырвался золотой свет, такой же как из меня. А затем все закончилось, и мы упали на поляну. Немного полежав, я встала, меня трясло, но боль прошла. Я посмотрела на предплечье, весь иероглиф был полностью закрашен черным, как будто кожа в этом месте почернела. Кэм также сидел и рассматривал руку.
– Вот и все, теперь вы леди Оливия Хельга Камилла Андерсон, – сказал он, рассмеявшись и рухнув на мягкий мох, от которого полетели какие – то странные золотистые пылинки.
– Камилла? Ты серьезно? – Ответила я, рухнув рядом.
– Таковы традиции, имя матери или отца супруги или супруга, ставится в конце предыдущих имен, меня теперь зовут Кэмерон Георг Льюс Эндрю Андерсон.
– Ужас. А теперь может, расскажешь, что значит этот иероглиф на наших руках?
– Да, конечно, смотри, – сказал он, оторвав какой – то светящийся розовый цветок, и на стволе дерева его соком нарисовал этот знак. – Очертание глаза, то есть непосредственно веки, это означает чувство, я буду чувствовать то же, что и ты. Точка посередине – это сердце, горизонтальная линия – это защита, а стрела – это связь, я всегда буду знать, где ты.
– Это немного жутко, тебе так не кажется? А если меня убьют? Или я погибну? Что будешь чувствовать ты?
– У всех по – разному, кто – то чувствует сильную боль в груди, кто – то понимает, что связь потеряна, и нет, ты же сама знаешь, леди Агнесса не даст никому убить тебя.
– Она нет, но я не кукла, она не сможет управлять мной, мои резкие вспышки гнева прекратились, так что думаю, собой я управлять умею. А как это вообще происходит? Ну, я имею в виду, как ты будешь знать, где я? В этом символе есть встроенный GPS16?
– Ну, я думаю, что просто буду чувствовать окружающую тебя среду, и что такое GPS?
– Долго объяснять, теперь я спать спокойно не смогу, потому что буду знать, что кто – то следит за мной, и это жутко.
– Эх, никуда ты теперь от этого не уйдешь, это навсегда.
Я усмехнулась.
– Слушай, нам уже наверно пора возвращаться, а то родители волноваться будут, – сказал он, поднявшись.
– У них есть какие – то эмоции? Вау, я даже поаплодирую, – сказала я, похлопав.
– Да, все – таки ты королева сарказма, прошу ваше высочество, – сказал он, указав на выход из пещеры.
– Благодарю, – сказала я, поклонившись, и вышла из пещеры.
Снаружи было очень темно, даже звезды и луна не могли осветить это место достаточно хорошо.
– Ох, нет, я же забыл, что сейчас ночь, да в темноте идти будет тяжело, если мы не потеряемся, то возможно вернемся домой.
– Знаешь, несмотря на то, что я хорошо вижу в темноте, я предпочитаю остаться здесь.
– Я согласен, но если мы все же пойдем…
– Нет, – отрезала я.
– Ты только час моя жена, а уже указываешь.
– Вжилась в роль, что поделаешь? А мне, кажется мне идет, я чувствую себя такой важной персоной.
– Зря, мама с завтрашнего дня начнет учить тебя этикету, поэтому рано радуешься.
– Меня уже не переучить, так и будем стоять здесь, или что?
– Пойдем в пещеру, там хотя бы светло, – сказал он, и мы вернулись.