Анна Владимирова – Мой папа - медведь (страница 9)

- В зоомагазине. И ещё мучных червей, зофобаса….

- Ладно, - обреченно кивала я. - Сразу после встречи мы этим займемся.

- Я могу написать, - огорошил он меня.

- Хорошо, - медленно кивнула я, - тогда тебе будет, чем заняться, пока будешь меня ждать. Да?

- А ещё нужно будет замороженных мышей, - серьёзно сморщил он лобик.

- Напишешь… кхм… все. Все купим.

- Ладно, - с готовностью закивал он, но следом погрустнел над остатками десерта. - Мне раньше папа все покупал.

- Тиш, он найдется. Уверена, со дня на день он объявится…

- А вдруг его тоже убили? - неожиданно спросил он, поднимая на меня совершенно не детский взгляд.

- Тиш… - я поднялась со своего стула и пересела на диванчик рядом с ним, - почему ты так решил?

- Ну.… - он вздохнул и с готовностью прижался к моему боку, когда я обняла его, - у него опасная работа. Я слышал.

- Ты очень напуган. Но это не значит, что с папой тоже что-то случилось. Ты ведь говорил, что он в командировке. Он приедет, и ему дадут мой номер. А потом он позвонит, и я все ему расскажу.

И я крепче прижала его к себе, лихорадочно соображая, как ещё успокоить ребёнка.

- Я буду рядом, Тиш. Не брошу тебя.

Он шмыгнул носом.

- Давай, доедай десерт. И купим тебе блокнот для записей, а после моих встреч поедем покупать все по списку, да?

- Да, - тихо выдохнул он.

- Ну вот и славно, - улыбнулась я и потерла его маленькие плечи.

Хотя, сейчас мне самой хотелось, чтобы меня кто-то также прижал к себе и дал тепло взаймы. Встречи с адвокатом по делу о похищении моего сына лишали меня сна и вообще жизни.

И новая не стала исключением.

10

- Добрый день, Диана, - улыбнулась мне Нина от стола, когда я заглянула в кабинет. - Проходи. О, ты не одна?

- Здравствуйте, это Тимофей, мой подопечный, - и я провела Тишу следом за собой. - Можно, он посидит на диване, пока мы пообщаемся? К сожалению, не с кем оставить….

- Конечно, садитесь.

Нина явно оттягивала неприятные новости, продолжая с улыбкой смотреть на то, как располагается Тиша за столиком, как достает блокнот и карандаш.

- Я буду писать в столбик, - серьёзно сообщил он мне.

- Да, так будет удобнее отмечать то, что купим, - кивнула я, пытаясь заглушить адреналиновый пожар в груди.

Но, когда повернулась к адвокату, сердце рухнуло в пятки.

- Новости не очень, - призналась она удрученно.

Я прикрыла глаза, давая себе секундную передышку перед вопросом:

- Испанский суд вынес решение?

- Пока нет, но их затягивание уже само по себе плохой знак. Более того, вчера мне поступила информация от коллег в Мадриде - ваш бывший муж подал встречное ходатайство о лишении вас родительских прав.

Я спрятала лицо в ладонях. Теперь становилось понятно, что вся эта история с поездкой свекрови заграницу спроектирована специально, чтобы у Игната появилось основание затянуть процесс.

- Я понимаю, на каком основании.

- Диана, я знаю, что вам тяжело. И то, что вас спровоцировали специально - тоже. Мы будем бороться.

- Но они тянут время, - сипло возразила я. - Мы же с вами знаем, что, когда пройдет год, мы уже не вытащим Рому из Испании…

- Год ещё не прошел, - твердо возразила Нина. - Соберитесь, Диана. Мы будет продолжать придерживаться прежней стратегии….

- Я сама виновата, - прошептала я и тяжело сглотнула.

Нина подняла трубку и попросила секретаря принести мне кофе, давай всем передышку.

- Тимофей, ты будешь что-нибудь? - глянула она на Тишу.

- Я буду печенье, - с готовностью отозвался он.

- С молоком?

- Можно.

Нина улыбнулась:

- Откуда у вас этот прелестный мальчик?

- Это долгая история, - вымучено ответила я на ее улыбку и понизила голос: - Ввиду трагических обстоятельств он остался один в лесу и вышел к моей станции.

- Ох, ничего себе, - ахнула Нина. - Вы же работаете на станции наблюдения за пожарами в области…

- Да. Пока органы опеки ищут папу Тимофея, он остается у меня.

- Понятно, - удивленно кивнула она. - У вас - большое сердце, Диана.

Я потерла виски и скосила глаза на папку с моим делом на столе, пытаясь собраться с мыслями.

- Вы говорили, что суд должен вынести решение по Гаагской конвенции в течение шести месяцев, - заговорила я, когда Нина вернула на меня взгляд.

- Испанские суды нашли способ обходить эти сроки. Они заявляют о необходимости «тщательного изучения обстоятельств дела» и психологического состояния ребёнка. Психолог, назначенный судом, пришел к выводу, что Рома «успешно адаптировался к новой среде» и «демонстрирует стресс при упоминании о возможном возвращении в Россию».

- Что?! - воскликнула я. - Что за бред?

- Они начали давить на адаптацию, как я и предупреждала. Адвокаты вашего бывшего мужа представили свидетельские показания воспитателей, которые подтверждают, что мальчик «хорошо интегрировался в испанскую систему».

Я сделала медленный вдох, а Нина кивнула:

- Да, мы все это проговаривали, и я гарантировала, что именно так и будет.

- Я ведь даже не знаю адреса его проживания…. - бессильно выдавила я и почему-то повернулась к Тише.

Мальчик увлеченно писал в блокноте, временами прерываясь на печенье с молоком.

- До конца месяца суд должен вынести предварительное решение. Если оно будет отрицательным, у нас останется право на апелляцию. После я подаю иск об определении места жительства.

Я впала в ступор, и Нина, не дождавшись ответа, продолжила:

- Диана, у меня к вам ещё одно предложение есть… Вернее, момент, который надо бы обсудить.

- Да, - шмыгнула я носом, поднимая на нее взгляд.

Нина вздохнула, а потом заговорила, подбирая слова:

- Следующее, на что будет давить адвокат вашего мужа - ваше одиночество и финансовое состояние. И, если из этого инцидента с вашей свекровью я вырулю относительно легко, то в этом вопросе мы конкретно забуксуем. Во-первых, времени уже пройдет больше, во-вторых, когда давят на приоритетность адаптации, будут учитывать то, что у отца Ромы гораздо больший доход, чем у вас.

- У меня было всё нормально с доходом, пока не случилось похищение! - вспылила я. - Конечно, ведение дела меня оставит в глубокой финансовой яме!