Анна Владимирова – Маша против медведя (страница 39)
- Ты знаешь номер ее машины?
- Не помню.…
- Тогда поищи по имени. И выпей чаю.
Но, видя что я всё ещё не в состоянии функционировать, отвел меня к дивану и усадил рядом со спящими енотами:
- Маша, сейчас ты поддаешься эмоциям, но в реальности еще ничего не ясно. Слышишь меня?
- Да.
- Постарайся сопротивляться негативным мыслям. И скажи мне, где посмотреть нужную информацию…
- Можно по номеру позвонить…
Пока Миша набирал номер службы спасения, я чувствовала себя так, будто меня сейчас удар хватит. У меня сперло дыхание, пока он говорил с диспетчером, и я упала на спинку дивана без сил, когда выяснилось, что никаких данных на мою дочь не поступало. Через номер машины, который нехотя сообщил мне муж, тоже ничего не нашлось. Юра, как выяснилось, трубку для вида бросил, но поехал все таки к дочери домой, и мы решили ждать от него новостей.
- Иди сюда. - Миша утащил меня к себе на колени и прижал к себе. Я же чувствовала сопротивление непривычной заботе. - Ты вся напряжена…
- Я снова порчу тебе жизнь… - промямлила я глупое.
Он тяжело вздохнул мне в шею и покачал головой:
- Маша, ты не права, - произнес совершенно спокойным хорошо поставленным голосом того, кто привык наводить порядок среди хаоса, - мне важно быть сейчас с тобой. С женщиной, которая привыкла решать все проблемы в одиночестве. Как бы я еще объяснил тебе, что мне не просто секс с тобой интересен?
- Не просто? - обернулась я.
- Нет, не просто, - устало моргнул он. - Поэтому, перестань рефлексировать на тему твоей ненужности. Ты мне нужна. Я буду с тобой. Но у меня к тебе один вопрос.
- Какой?
- Ты будешь разводиться с этим твоим экземпляром?
- Конечно. Он же придурок…
- Ну вот и славно. Главное, что ты это понимаешь. Остальное поправимо.
Я вымучено улыбнулась и предложила:
- Может, проверим Моцарта?
- Давай.
Мы собрали оставшихся енотов по гостиной, подняли их в мансардную комнату и нависли над спящим Моцартом. Миша проверил у него сердцебиение, посчитал пульс, оценил дыхание. Моцарт недовольно бурчал на все эти манипуляции, сонно моргая и уворачиваясь.
- Он, видимо, совсем немного выпил - больше разлил по столу, потому что я застал его за вылизыванием пустого бокала, - размышлял Михаил вслух, пытаясь прощупать еноту живот. - Точно он рассчитал дозировку, молодец какой… Принял почти что не токсичную, но достаточную для настроения…
- Может, надышался? - прыснула я.
Миша улыбнулся, поднял Моцарта, чтобы проверить, не блевал ли он тут поблизости, пока нас не было, но все выглядело достойно. Моцарт постигал азы интеллигентного пьянства. Оставалось надеяться, что в первый и последний раз…
- Сколько у мужа займет времени, чтобы добраться до квартиры дочери? - спросил Миша, когда мы вернулись в гостиную.
- От пробок зависит. Сейчас вообще непредсказуемо.
- Маша, может, ты ляжешь отдохнешь?
- Я не усну, - мотнула я головой. - Миш.… спасибо тебе.
54
- Не за что, - мягко улыбнулся он.
Только еле уловимое напряжение все же читалось на его лице. Но я решила не ковырять ему голову. Мало ли, что его напрягает?
Я вскинула мобильный и машинально набрала номер дочери. И вдруг, спустя пару гудков, звонок приняли.
- Люба? - вскинула я мобильный к уху, только из трубки вдруг послышался крик:
- Мама!
И меня будто вышибло из тела. Я замерла с раскрытыми глазами, и если бы не Миша, оказавшийся рядом, я бы наверное отъехала.
- Люба! - просипела я, а Миша обхватил мое лицо ладонями и посмотрел в глаза, давая понять взглядом: «Держись». А потом он дал мне знак слушать и успокоиться.
- Мария Петровна, - послышался мужской голос в трубке дочери, и я с трудом узнала Антона.
- Что… что с моей дочерью?! - дрожащим голосом спросила я, еще не совсем понимая, почему он вообще ядом с ней.
- С ней все в порядке, да, Любочка? - усмехнулся он отчетливо.
- Мам! - услышала я плач Любы.
- Что тебе нужно? - просипела я, едва ли веря в то, что сейчас происходит.
- Чтобы ты приехала ко мне одна, - заговорил Антон четко и собрано. И это странным образом вернуло меня в реальность. - Твоему коллеге - этому мужику, который с тобой был, говорить запрещено, поняла? Чтобы духу его не было и близко!
Я взглянула в глаза Мише, и он кивнул мне, что все слышит и чтобы я соглашалась.
- При чем тут он вообще? - хрипло возмутилась я.
- Ты меня поняла?! - надавил Антон.
- Да.
- Следователям тоже не звонить. Позвонишь - дочка твоя умрет страшной смертью. А меня не найдут, не переживай. Могли бы - уже бы нашли.
- Я поняла, заставила я себя выдавить слабое.
- Тогда записывай адрес. И жду тебя как можно быстрее.
Он продиктовал мне данные и отбил звонок.
- Спокойно, - первое, что сказал мне Миша, когда я опустила мобильный.
- Он ее украл, - просипела я и забегала взглядом по гостиной, но Миша снова обхватил мое лицо и заставил смотреть ему в глаза:
- Маша, я со всем разберусь…
- Что? - прошептала я. - Как?
Он медленно вздохнул и заговорил тем самым убеждающим голосом:
- Я поеду туда и заберу у него Любу. Он же не просто так сказал мне не говорить, правильно? Боится меня, сука.
- Вот именно! - пискнула я. - Если ты там появишься, то…
- Он ничего не успеет сделать, - мягко перебил он меня. - Маш, этот дегрод рассчитывает на то, что ты - одинокая женщина и мать, которая помчится сломя голову выполнять его условия.…
- Я это и планирую сделать…
- Он тебя убьет, - возразил Миша. - И твою дочь - тоже.
Я громко сглотнула.
- Черт, он же какой-то обычный программист! - хрипло возмутилась на вдохе.
- Нет, Маш, он - хладнокровный упырь, который пытался убить свою бабушку. А теперь убьет любого, кто встанет ему поперек дороги. Ты - ключевой свидетель, показания которого он не сможет оспорить.