Анна Вислоух – Время, которое живет в чемоданах. Родословный детектив-путешествие по временам и странам (страница 8)

В 1270 году Василий Ярославич едет защищать интересы новгородцев (его брат, князь Александр Невский княжил в Новгороде), поддерживая их возмущение правлением князя. Затем, сам став великим князем, Василий вынужден был бороться за новгородский престол с Димитрием Переяславским.

Очень многое связывает его с Новгородом. Видимо, руководствуясь мотивами защищённости и надёжности укреплений города, вступив на великое княжение, Василий не поехал в стольный Владимир, а остался в удельной Костроме, очевидно, считая её местом более надёжным в случае новых междоусобиц.

Таким образом, кажется вполне вероятным предположение, что Ипатьевский монастырь основан Василием Ярославичем или во время его княжения кем-либо другим. Согласно этой версии, назвать мурзу Чета строителем и основателем монастыря вряд ли возможно.

В пользу этой версии можно привести следующие аргументы. Итак, С. В. Веселовский подчёркивает хронологическую несообразность того, что Чет выехал из Орды в 6838 году (1330 г.) при митрополите Феогносте, будучи крещён митрополитом Петром. Святой митрополит Пётр умер в 6834 году (1328 г.), а Феогност был назначен митрополитом в Константинополе в 6836 году (1328 г.) и в Москву приехал только в 6841 году (1333 г.).

Поэтому приезд Чета-Захарии не мог произойти в 1330 году. Вряд ли Чет уехал и от междоусобиц, происходивших якобы в Золотой Орде, поскольку там после смуты 90-х годов XIII века власть упорядочилась, в 1299–1313 годах ханом был Тохта, а с 1212 года – его племянник Узбек.

Время правления этих двух ханов было периодом расцвета Золотой Орды, «великая замятня» и частые перевороты начались только после смерти Узбека в 1340 году. Следуя логике и ходу истории, можно увидеть, что официальная версия несостоятельна ни с хронологической, ни с генеалогической, ни с общеисторической точки зрения.

Поэтому можно уверенно говорить, утверждает Сазонов, что возникновение легенды об исцелении мурзы относится к более позднему периоду. Скорее всего, к XVI–XVII вв. – периоду возвышения Годуновых. Она может служить версией основания династии Годуновых-Сабуровых. Этой точки зрения придерживался известный историк А. А. Зимин, полагая, что легенда о татарском князе имеет исторические корни, доказательство чему он видел в восточном происхождении прозвищ Сабур и Годун.

Но ссылка Зимина на якобы татарское происхождение родов Сабуровых и Годуновых сомнительна: прозвище Сабур не имеет татарских корней, оно в переводе с арабского означает «долготерпеливый, выносливый», Годун в некоторых, в том числе и славянских, говорах, – «воспитанник, приёмыш». Ну и Вислоух прямо указывает на какие-то неправильные уши у носящего это прозвище (позже я раскопаю, какие – с отвислыми мочками). Или ещё какой-то недостаток. И я тоже узнаю, какой.

Такие фамилии говорят скорей в пользу версии о местном (славянском) происхождении этих знаменитых родов. Ну и плюс ко всему версия об основании монастыря мурзой Четом не записана в «Государевом родословце», составленном около 1556 года, и в «Бархатной книге», воспроизводящей, как известно, текст «Государева родословца».

«Бархатная книга» начинает род Сабуровых-Годуновых с Димитрия Зерно. Не знал легенды об исцелении мурзы и князь Андрей Курбский, который, перечисляя людей, казнённых царём Иваном Грозным, со знанием дела и видимой любовью говорит об их происхождении.

В рассказе о казни Замятни Сабурова князь Курбский отмечает родство Сабуровых через Соломониду с царствующим домом и говорит только о том, что Замятня был «велика роду». Хотя «Бархатная книга» называет род только от Димитрия Зерно, но существование Захарии и Александра подтверждается монастырскими Синодиками.

Димитрий Иванович Годунов в третьей четверти XVI века построил в Ипатьевском монастыре каменную усыпальницу и положил на надгробия своих предков покровы с вышитыми на них надписями. В переписных книгах монастыря описаны четыре десятка покровов, начиная с покровов Захарии и Александра, и далее, на протяжении трёх столетий.

С. Б. Веселовский выдвигает версию выезда не Захарии-Чета, а Димитрия Зерно, указывая на то обстоятельство, что в 1328 году князь Иван Калита получил из Орды ярлык на половину великого княжения – Кострому и Великий Новгород. Другую половину княжения получил князь Александр Васильевич Суздальский.

Когда в 1332 году он умер, князь Иван Калита стал обладателем всего великого княжества. На это время (1328–1332 гг.) и приходится приезд многих именитых княжеских бояр. Около 1330 года Димитрий Зерно выехал к московскому великому князю и принял боярское служение. Боярами были и его три сына: Иван Красный, Константин Шея и Димитрий.

И все же Захария-Чет как историческое лицо существовал. Тем более, костромское происхождение Сабуровых-Годуновых несомненно. Мы знаем, что произошедшие от Чета-Захарии знаменитые боярские и дворянские роды Сабуровых, Пешковых, именовавшиеся первоначально Сабуровыми-Пешковыми, роды Шеиных, Вельяминовых, Годуновых приняли от своего предка эстафету усердного участия в устроении Ипатьевской обители. Своими богатыми пожертвованиями и вкладами они способствовали превращению монастыря в «Великую Лавру», в «царский монастырь».

При возвышении Годуновых легенда о мурзе Чете приобрела документальный характер. Монастырь стал вотчинным владением Годуновых-Сабуровых. В древнем Синодике Ипатьевского монастыря записано: «…и во вторый день сентября поминать начальников обители: князя Чета, во святом крещении Захарии, и детей его Александра, Димитрия Зерна, Вениамина, Ивана Годунова, Иоанна Красного, Иоанна Подольского, Федора Вениаминова, Михаила убиенного».

Выражение «начальника обители» говорит о том, что все или почти все потомки Чета принимали участие в устройстве обители, а обозначенное число – 2 сентября – наводит на мысль: не в этот ли день на месте, где устроена была обитель, Чет увидел явление Богородицы?

В 1276 году, после смерти Василия Ярославича, центр великого княжества вновь вернулся во Владимир. В 1332 году князь Иван Калита, после смерти Александра Васильевича Суздальского, получает полный ярлык на великое княжение. Кострома становится одним из городов Московского княжества.

В связи с версией об основании монастыря великим князем Василием Ярославичем можно сказать, что монастырь был основан Рюриковичами и служил им надёжной защитой в случаях опасностей. Что подтверждает тот факт, что они, как, например, великий князь московский Димитрий Донской, находили в нём убежище.

От Рюриковичей монастырь перешёл к Захарии – его потомкам Сабуровым, от них – к Годуновым, которые с течением времени стали государями российскими. Потомки Захарии, крупные костромские вотчинники: сын Димитрия Зерно Иван Красный, сыновья Ивана – Федор Сабур, Даниил Подольский (по вотчине в Костроме, села Подольского), Иван Годун, от которых пошли ветви родов Сабуровых и Годуновых, заняли видное положение при дворе великого князя.

Но и это ещё не все версии!

Ну и наконец ещё одна версия происхождения Захарии Чета, ставшего прародителем родов Годуновых, Сабуровых, Зерновых, Шеиных, Вельяминовых… И Вислоухов (Вислоуховых), к которым имею честь принадлежать.

Вот какой вариант предлагает историк М. А. Емельянов-Лукьянчиков. Оказалось, что просто нужно хорошо посидеть над картами, и тогда станет ясно, где чаще всего упоминается географическое название с корнем «Чет». Как известно, чуть ли не половина населённых пунктов в России, и не только в России, происходит от имени собственного – кто село или город основал, в честь того и названо.

Где же можно найти населённые пункты с названием Четово? Во-первых, на границе Рязанской области с Мордовией их целых три: Старое Четово, Новое Четово и просто Четово. Кстати, рядом расположено озеро Зерново (!). И, во-вторых, на Украине – на границе с Венгрией.

Что общего между этими землями? Село Четово сплошь населено венграми. Оно получило своё имя от имени помещика Чета, который владел им около 1260 года. А Четово на границе с Рязанской областью заселено мордвой и названо по имени прежнего владельца Чета. Так вот, и мордва, и венгры – финно-угорского происхождения. У них общие корни, схожие языки и культура.

Венгерское село Четово – это земли Галицко-Волынского княжества, соседа Киева. Сейчас это Западная Украина, а раньше это были исконно русские земли, земли, где прославился князь Даниил Галицкий, многие годы успешно лавировавший между Западом и Ордой.

История этих земель нам известна из «Галицко-Волынской летописи», которая вошла в «Ипатьевскую летопись», точнее – в летописный свод. Другими составными частями свода стали «Киевская летопись» и знаменитая «Повесть временных лет».

«Ипатьевская летопись» была найдена в костромском Ипатьевском монастыре в XIX веке. И уже давно исследователи пытаются ответить на вопрос, как эта уникальная летопись попала на северо-восток Руси, где она стала частью летописного свода, получившего название «Ипатьевский»?

Емельянов-Лукьянчиков утверждает, что туда её привёз основатель монастыря Захария Чет. И отсюда можно сделать следующий вывод. Костромская Ипатьевская икона «Явление Богоматери боярину Захарии» имеет только одну аналогию – киевскую. Прозвище Захарии Чета имеет аналогию в галицко- волынских землях. Биография Захарии Чета тесно связана с выходцем из галицко-волынской земли митрополитом Петром. Потомки Захарии активно общались с родом Квашниных, которые также вышли из Галича Волынского. И наконец, «Ипатьевская летопись» описывает историю Киевских и галицко-волынских земель.