Анна Вишневская – Солнце, море, любовь (страница 8)

— Очень странно. Извините за беспокойство.

Я вышла в коридор и взяла корзину в руки. Необычное чувство охватило меня. Корзины с розами мне не дарили с тех пор, как я развелась с мужем. Когда дарил цветы муж, всё было обыденно. Я знала, что получу их по расписанию: в день рождения, в день свадьбы и в день нашего знакомства. Это был своеобразный ритуал. Муж как бы сообщал мне, что, хотя ему глубоко наплевать на меня, как на женщину, он всё же помнит, что когда-то познакомился со мною, потом зачем-то женился, ну и то, что у меня, как у всех людей, в паспорте стоит дата рождения. Но сейчас эти цветы затронули какие-то мои давно забытые чувства, мне стало очень хорошо и в то же время немного тревожно. Такое состояние у меня бывает, когда в моей спокойной, размеренной жизни, должно что-то произойти.

4. Глава четвёртая. Давно не виделись (продолжение)

Тепло, море тихое. Я снова сидела за столиком в кафе и пила чудный эспрессо. Мысли летали где-то далеко, ни на чём не останавливаясь, на лице застыла блаженная улыбка. Подумав, что со стороны она может выглядеть несколько странно, я позвала официантку, расплатилась и ушла гулять по городу. После посещения всех обувных магазинов пришлось признать, что туфли, которые мне приснились, в природе не существуют, и поэтому я со спокойной совестью отправилась к Ленке.

— Заходи, — приветствовала меня подруга. — Только тихо, бабка спит. Если проснётся, не даст поговорить.

Мы устроились на кухне. За год здесь ничего не изменилось, может, только цветов стало больше. Ленка ещё со школы разводила их и у неё приживались самые капризные экземпляры.

— Что это за фикус?

Мне понравился необычный цветок, у которого листья были цвета персидской сирени, а из середины торчали зелененькие стебельки с белыми маленькими цветочками наверху.

— Сама ты фикус! Это кислица. Днём листья у неё открытые, а когда темнеет, они складываются как крылья у бабочки. Нравится?

— Очень. Впервые такой вижу. Дашь отросток?

Я была просто очарована этим растением.

— Боюсь, что ты его не довезёшь, — ответила Ленка. — Его пересаживать целая морока, стебли тонюсенькие. Я попробовала один раз, раздала отростки, так в живых остался только мой.

— У тебя всегда цветы хорошо растут.

— Есть будешь?

Как гостеприимная хозяйка, Ленка полезла в холодильник и стала доставать продукты.

— Не откажусь. Что у вас сегодня в меню? — поинтересовалась я.

— Отбивные по ребрам и гуляш по коридору. Солянку наливать?

— Давай, давно первого не ела.

— Ты что, дома не готовишь? — удивилась подруга.

— За время супружества наготовилась так, что теперь стараюсь это делать только по мере необходимости.

— А как же дочка питается?

— Утром чай, потом убегает в институт, днём с подружками в кафе идут, а вечером она не ест, чтобы не портить фигуру.

— Хорошо ты устроилась, — проворчала Ленка.

— Не жалуюсь.

— Наташка, неужели ты не жалеешь о разводе? — спросила Ленка, ставя передо мною тарелку.

— Жалею, что не развелась сразу после того, как родилась Катька, — вдыхая аппетитный аромат, исходящий от солянки ответила я.

— Почему же не до?

Ленка села напротив меня и подперев подбородок руками, приготовилась слушать.

— Качественный ребенок получился. Лучшим вариантом было использовать моего мужа как донора.

— Хорошая идея, не хочешь ему подкинуть? — заулыбалась Ленка.

— Поздно уже, старый он для того, чтобы детей на заказ делать.

— Ты ж говорила, живет с молодой бабой, — продолжала допрос подруга.

— Живёт.

— И? — Ленка закурила сигарету и продолжала внимательно смотреть мне в глаза.

— Откуда я могу знать события его жизни. Я с ним не общаюсь. Но знаешь, что самое интересное?

— Ещё нет. — Ленка заёрзала на стуле.

— Так вот. Своего бывшего мужа, красивого, богатого и умного я вспоминаю в трёх случаях. Первый: когда вижу очень дорогую шмотку.

— Можно подумать, она тебе не по карману? — удивилась подруга.

— Не в этом дело. Просто жаба душит на себя такие деньги тратить. Второй: когда приходится самой переносить тяжести. И третий: когда в поезде стелю себе постель.

— От постели, как от тяжестей, тоже спина болит? — съехидничала Ленка.

— Нет. Аллергия начинается.

— Ладно, ну его в пень, вместе с его новой пассией. У нас своя свадьба, а у них своя. Ты лучше скажи, туфли купила? — поинтересовалась Ленка.

— Таких нет.

— Каких таких? — заинтересовалась подруга.

— Во сне я видела туфли на высоком каблуке, с острым носом под золото и шнурки завязывались на щиколотке.

Я прикрыла глаза, и как на экране телевизора, передо мною вновь появились эти фантастические туфли.

— Ты их просто видела или мерила?

— Я их надела, они на меня как раз и пошла в них. Ещё удивлялась, что новые туфли, а не жмут.

— Теперь жди, — с удовлетворением сказала Ленка и затушила сигарету.

— Чего, у моря погоды?

— Мужчину, нового, с которым будет легко и просто.

— Ерунда всё это, я не верю снам.

Комментарий Ленки меня не удивил, но сердце почему-то ёкнуло.

— И совершенно напрасно, — нравоучительно продолжала Ленка. — Мне обувь всегда снится к новому ухажёру. Проверено годами.

— Не знаю насчёт ухажеров, но когда я сегодня выходила их номера, то наткнулась на корзину с розами. Позвонила дежурной, думала, ошиблись, а она говорит, принесли из магазина с запиской оставить у дверей. Как ты думаешь, что это значит?

— Сон в руку.

— Я всё же думаю, что это ошибка. В этом городе никого не знаю, ни с кем не знакомилась, даже не разговаривала, разве что с таксистом перекинулась парой слов. И если это не ошибка, то цветы мне могла прислать только ты. Больше некому.

— Узко мыслишь. А вдруг у тебя появился тайный поклонник, который увидел тебя и влюбился.

Ленка продолжала гнуть свою линию.

— В моём возрасте стрелы Амура падают, не долетев до цели, — грустно ответила я.

— Вот поэтому у тебя никого и нет, грамотная больно. Пока молчишь, очень даже ничего, а как рот откроешь со своими заумностями, народ пугается и разбегается в разные стороны, как тараканы от дихлофоса. Мужики любят дурочек, рядом с ними они себя чувствуют уверенно. А с такой мадам, как ты, надо быть, как минимум лауреатом Нобелевской премии. А их, как ты знаешь, не так много, и встречаются они не так часто. И посему мой тебе совет, лучше молчи и улыбайся.

— С тобою тоже?

— Нет, со мною можешь говорить абсолютно обо всём. Я тебя знаю со времен Брежнева, привыкла и как-нибудь, переживу твой словесный понос.

— Приятного аппетита, — сказала я и принялась есть солянку.

— И тебе не болеть. Обиделась?