Анна Виор – Ветер из Междуморья. Книга 2. Астри Масэнэсс (страница 18)
- Привел? Это он? – хмуро спросил человек, который, как знал по видениям Джай, был Тиликом Топросом.
- Это Иниш Хатэм, - представил его Ливио.
- Принес? – Топрос предпочитал быть кратким.
Джай молча кивнул, вынул из-за пазухи свое изделие.
Топрос взял его огромной медвежьей ручищей (таких рук просто не могло быть у ювелира, но Топрос и не был ювелиром), и принялся пристально разглядывать огонек, светящийся сейчас в полутьме то синим, то оранжевым. Ливио смотрел на него завороженно, а на лице Тилика не дрогнул ни один мускул, и глаза оставались такими же по-лягушачьи холодными.
- Где взял? – снова нелюбезный короткий вопрос.
- Это важно? – спросил Джай, который не собирался повторять еще раз, выдуманную им для Ливио историю, тем более, что купец, скорее всего, рассказал ее Тилику.
- Нет, - осклабился Тилик. – Условия знаешь?
- Три - золотом. Четыре - расписками.
- Знаешь.
- Только золота не вижу.
В ответ Топрос махнул ручищей, и из-за его спины появился очень низкий и очень кривоногий человечек с неприятным, искаженным насмешливой полуухмылкой лицом. Он исчез в задней комнате, появился через минуту в сопровождении двух крепких ребят, тащивших сундук.
Низкорослый открыл крышку, явив взору Джая сверкающие пламени. Джай кивнул.
- Итак? Тебя устраивает качество перла? – спросил он у торговца редкостями.
- Устраивает.
- Тогда закончим сделку? – Этот дом и это общество не нравились Джаю, он хотел как можно скорее покинуть это место.
- Уважаемый Тилик Топрос, - заметил Ливио, обливающийся отчего-то потом, хотя в комнате не было жарко, - предложил помощь своих ребят, они донесут сундук до гостиницы и уберегут его от грабителей.
- Это – бонус. Огонек и вправду, хорош, – подтвердил Топрос и Джай вздохнул с облегчением. Сделка завершена – быстро и просто, как он и хотел.
- Где Астри Масэнэсс? – спросил вдруг Тилик тем же ледяным неприятным, лишенным всяческих эмоций, голосом.
- Мне откуда знать, - Джай внутренне напрягся. Не хотелось бы уходить отсюда с боем или с применением Силы, раскрывая себя.
- Садись! – повелел торговец-бандит.
- Я спешу, - возразил Джай. – Разве мы не договорились?
- Договорились, потому – садись. Любая моя сделка скрепляется чашей талси. Если откажешься пить – я откажусь платить! - это была самая длинная речь Тилика за весь вечер.
- Это такой обычай, - зашептал перепугано Ливио ему ухо, - Садись, Иниш, садись. Выпей до дна то, что принесут, и считай – сделка завершена.
- Откуда ты родом? – Джа й не помнил подобных обычаев, во многих краях принято было смочить горло вином во время переговоров, отпраздновать заключенную сделку хмельным застольем, но пить, скрепляя сделку?...
- Я не спрашиваю, когда ты не расположен отвечать. Поступай так же. Выпьем – и завершим! – Тилик вновь осклабился.
- Пей залпом, - советовал Ливио, - этот напиток очень крепкий и обжигает горло.
Джаю казалось, что после низинской вуривихи, он никакой напиток крепким не назовет.
Кривоногий принес поднос с двумя чашами. Не будь Джай уверен в своем Даре Отсекателя, который убережет его и от сильнейшего яда, пить бы не стал.
Одну чашу карлик поставил перед ним, вторую перед Тиликом, Ливио ничего не предложили.
Топрос медленно склонил голову, поднял чашу, Джай сделал то же самое, и они, одновременно поднесли напитки к губам. Джай последовал совету Ливио - проглотил быстрее, чем распробовал, тем более что жидкость была неаппетитного едко-синего цвета и пахла чем-то знакомым и неприятным.
То, что случилось с ним в следующее мгновение, Джаю уже приходилось испытывать, хотя тогда это было несколько иначе. Синяя маслянистая масса разлилась у него внутри, охватив солнечное сплетение, сердце и легкие, она тошнотворной волной подкатила к горлу, затем начала сжиматься, причиняя острую непереносимую боль. Так он чувствовал себя внутри миильфинны! Боль мешала соображать, перед глазами плясала кровавая сетка, в ушах гудело. Джай сполз со стула, грохнулся на колени и согнулся пополам. Дары молчали. В прошлый раз ему помог огонь, но сейчас он не успел даже попытаться развернуть огненный потоки Силы - карлик подбежал к нему и поспешно надел оковы Огненосца.
- Чтоооо… это… - смог выдавить он из себя.
- Миильфинна, - сказал чей-то незнакомый приятный голос, но, тем не менее, тоном весьма неприятным. – Вовнутрь.
Джай ухмыльнулся и, сделав над собою невероятное усилие, вымолвил:
- Я был… внутри… миильфинны… теперь… она внутри меня… Можно умирать… спокойно… Я все… в жизни… попробовал… - шутка не была смешной.
Боль сжала тисками грудь, отозвалась в позвоночнике и в голове. Джай не выдержал… потерял сознание.
Старший
- Джай, Джай… - звучал с укоризной тот же приятный женский голос, отзывающийся низкими гортанными нотками.
Джай поднял голову. Боль не ушла, и он к ней не привык, но почему- то мог ее терпеть, мог даже ясно мыслить, свободно двигаться и говорить, хотя ему каждое мгновение казалось, что внутри течет раскаленный свинец. Он был в совершенно другом месте, не просто в другом доме, или другом городе – другом краю. Он знал, потому что воздух здесь был иной. И ему ни с чем не спутать этот воздух – Междуморье. Просторное мраморное здание с изящными колоннами, с высокими окнами без стекол, по которому вольно гуляет его брат – морской ветер. Утонченная позолота на строгих лаконичных линиях немногочисленной мебели, изящные изгибы мраморных статуй, которых в помещении намного больше, чем мебели, журчание фонтана, расположенного в самом центре зала, - напомнили ему о молодости, такой стиль был популярен много-много лет назад, а ныне давно забыт. Джай лежал на низкой софе, твердой и неудобной, впрочем, что может сказать об удобстве тот, в ком нечто мерзкое внутри сжимает и выкручивает внутренности.
Он не сразу сообразил, что красивая стройная женщина с золотистыми локонами, уложенными в высокую замысловатую прическу, назвала его настоящим именем. Она сидит сейчас напротив и смотрит на него то ли с презрением… то ли с нежностью… взгляд настолько загадочный, что и ему с его опытом не понять, что в нем.
- Никак не могу разобраться, - продолжила она, - почему ты, проживший столько лет, имеющий в распоряжении Дар Пророка и Дар Стратега, всегда предпочитаешь бросаться в омут с головой, выбираешь именно тот путь, на котором сложнее всего просчитать риск? Что это? Желание почувствовать себя вновь молодым, рискуя жизнью и всем, что у тебя есть?
- Я никогда не чувствовал себя старым, - возразил Джай и достаточно искренне.
- Да? Что ж, рядом со мной это действительно так, - смысла этой фразы он не понял.
- Откуда знаешь мое имя? И зачем дала мне выпить эту мерзость? Чего ты от меня хочешь?
- Ты не вежлив. Даже не спросил мое имя.
- И каково оно?
- Что Джай? Не так-то просто жить, когда в распоряжении нет множества и множества Даров, нет могущества, нет Силы, открывающей перед тобой неограниченные возможности? При других обстоятельствах тебе не пришлось бы спрашивать, как меня зовут.
- Меня уже пытались раз лишить Силы, - Джай вспомнил оковы, подаренные им когда-то человеком, выдававшим себя за друга. Это неприятное воспоминание шло рука об руку с другим – не просто неприятным - невыносимо болезненным… Мирая…
- Гавэр Типас и Пэйелон Тауш?
Откуда она знает? Джай нахмурился.
- Ты хорошо изучила мою историю. Пророчица?
В ответ женщина только улыбнулась одними губами – глаза оставались серьезными и холодными. Джай попытался сесть, громыхая неудобными, особо грубыми и громоздкими оковами Огненосца, соединенными футовой цепью (такие еще надо было поискать).
- Ты очень беспокоен, Джай.
- Обычно Пророкам не удавалось узнать мое имя. Ты прочла по крови, пока я был без сознания? Впрочем, нет – тогда ты бы мучилась от боли, как и я сейчас.
- Боль не оставит тебя пока, но и мешать не будет – я немного приглушила ее.
- За сколько миильфинна пожрет меня?
- Она не сможет тебя пожрать, ты выпил лишь ее сок, который связал Дары. А оковы лишают тебя Силы Огненосца. Ты беспомощен, но не умираешь.
- Так откуда тебе известно мое имя?
- Какой же ты беспокойный, Джай.
- Называй меня Астри, неприятно звучит имя Джай в твоих устах.