Анна Видзис – Невинные (страница 20)
Дрю подумал о том, чтобы рассказать им об участии отца в расследовании, но это был бы не очень мудрый шаг. Особенно с Кендал.
— Как дочь гангстера, она знает, как себя вести, чтобы избежать правосудия, — сказал Франциско. Его сестра тут же потрепала его по голове. — Я знаю, что ты со мной не согласна, но, может, хватит меня бить?
— Дело не в этом. Линетт ушла из школы, — прошептала она, глядя на главный вход.
Все разом повернулись. Линетт шла рядом с отцом. Ее ноги были обнажены, и на ней был его большой черный пиджак. Ее голова была опущена, а волосы закрывали лицо, не позволяя ей многого увидеть. Но, поскольку ее вел мужчина, ей это и не требовалось. Она вздрагивала от каждого дуновения холодного ветра.
Она подняла голову, и ее взгляд упал на Дрю. Она приостановилась, уставившись на парня, что не ускользнуло от внимания ее отца. Он закатил глаза, схватил ее за руку и практически потащил в машину. Мгновение спустя черный Range Rover отъехал и скрылся из виду.
§ § §
Ожидая возвращения отца с работы, Дрю сидел на диване в гостиной и искал в Интернете какие-нибудь новости об убийстве Дэвида. Было несколько статей, но все они не содержали никакой конкретной информации. Как будто расследование было тщательно защищено от любых утечек в прессу, что было ненормально. У всех журналов было множество способов заполучить полицейские документы.
Последние несколько дней были крайне хаотичными. Он не мог со всем этим разобраться. Особенно потому, что у каждой ситуации был один общий элемент — они произошли с Линетт. Он знал, что девушка была совсем не такой, какой ее представляли люди.
Для шестнадцатилетней девушки она была странной. Правда, ее поведение большую часть времени было ненормальным. Даже то, как она говорила и думала, не было тем, что другие могли легко повторить. Каждое ее слово, каждое движение было обдуманным. Он не знал никого другого, кто был бы так же осторожен, как она.
У Линетт был секрет. Возможно, даже не один. Это было очевидно. Таинственность была ее сильной стороной, поэтому выведать у нее что-то было нелегко. Но Дрю всем сердцем желал ее выполнить. Не только из-за любопытства, но и потому, что, по его мнению, девушке нужен был кто-то, кто не считался с ней с самого начала.
Вспоминая каждый момент сегодняшнего дня, он решил поискать ответы. Просматривая интернет, он нашел несколько статей. В основном они касались ее отца, который финансировал новую компанию, присутствовал на открытии итальянского ресторана и давал деньги в фонд, который собирал средства на исследования травм спинного мозга. Ничто особенно не касалось дочери этого человека. Дрю уже догадался, что ее отец, должно быть, был очень богатым бизнесменом. Но была одна статья, которая его заинтересовала. В ней говорилось об исчезновении Софии Сельваджио — мамы Линетт. Очевидно, она бросила свою семью и сбежала из страны. В этом не было бы ничего интересного, если бы не дата, когда это произошло. За несколько дней до этого он встретил Линетт в парке. Это не могло быть совпадением. Линетт могла узнать, что ее мать уехала в тот день. Вот почему она была так не в себе.
В половине девятого домой вернулся Марк Райдер, выглядевший так, словно у него не осталось сил после долгого и тяжелого рабочего дня. Начало любого расследования всегда было самым худшим. Собирать улики на месте преступления, допрашивать студентов, родителей Дэвида и его родственников было далеко не интересно, но крайне необходимо.
Мужчина прошел на кухню, чтобы поприветствовать жену, а затем прошел в гостиную. Он сел на диван рядом с сыном, на мгновение закрыв глаза. Единственное, о чем он мечтал, — это съесть что-нибудь и лечь спать с надеждой, что следующий день будет немного легче.
— Ужин будет готов через несколько минут. Мне нужно только разогреть его, — сказала Эрин, следуя за мужем.
Она улыбалась с явным обожанием в глазах.
Родители Дрю развелись, когда ему было всего девять лет. Мальчик жил с матерью, видя отца только по выходным, пока ему не пришлось переехать в Сиэтл по одному из дел. Здесь Марк наладил свою жизнь. Он встретил Эрин и женился на ней. Вскоре после этого женщина забеременела, а через девять месяцев появилась маленькая Софи. Это означало, что с этого момента у Дрю было две семьи. Он путешествовал между Новым Орлеаном и Сиэтлом. Его это ничуть не беспокоило, потому что его родители по-прежнему общались друг с другом, и, кроме того, ему нравился парень его матери Адам, так же, как и Эрин. А когда родилась Софи, она стала для него всем миром, и он чувствовал ответственность за нее, как и положено старшему брату.
Но Новый Орлеан никогда не был для Дрю домом. Он жил там только из-за матери. Он не хотел покидать ее, ведь в какой-то момент он был всем, что у нее было. Однако через некоторое время она получила возможность уехать по работе в Париж, и Дрю решил переехать к отцу. Последнее, что ему было нужно, это начать жизнь в совершенно другой стране, где он даже не знал языка. Он привык к Сиэтлу, завел друзей и предпочел жить в штате Вашингтон, а не переезжать за границу во Францию.
Благодаря этому у него появилось больше возможностей проводить время с Марком. Не только на Рождество или во время экстремальных отпусков, в которые они ездили каждый год. Они оба любили адреналин. По этой причине они путешествовали по разным странам и пробовали головокружительные, нестандартные вещи. Они плавали с акулами в Южной Африке, прыгали с тарзанки в необычных местах, таких как Макао, Китай. Они были очень близки, и развод не изменил этого.
Однако ни одна поездка не вызывала у Марка такого беспокойства о сыне, как сегодняшняя ситуация. Когда он увидел его вблизи места преступления с Линетт Сельваджио, его сердце замерло. Он понятия не имел, что Дрю дружит с этой девушкой, и это была самая ужасная новость, которую он когда-либо узнавал.
Марк Райдер знал о присутствии мафии в Сиэтле. Именно по этой причине его и перевели в Сиэтл. Неважно, что он сказал своему сыну. Он расследовал дело Северо Сельваджио с самого начала. Он хотел найти неопровержимые доказательства, которые могли бы упечь его в тюрьму на всю жизнь. Но тот был умен. Даже если они что-то находили, этого было недостаточно, чтобы
Когда он узнал о смерти Дэвида Родсона и обвинениях против Линетт, он счел это возможностью, которой ждал все это время. Дочь Северо всегда была под защитой, поэтому поговорить с ней наедине было практически невозможно. Однако даже после того, как такая возможность появилась, ему пришлось сменить тактику. Он не ожидал, что подросток окажется достаточно наблюдательным и умным, чтобы понять, кто он такой. Не раз ему удавалось мельком взглянуть на девушку и увидеть, что она не выглядит особенно довольной своей жизнью. Поэтому был шанс, что она захочет изменить ее, и осознание того, что кто-то может ей помочь, может стать тем самым толчком, который ей необходим, чтобы сделать это.
Самым большим препятствием на этом пути могла стать связь Дрю с Линетт. Марк не хотел вовлекать своего сына в процесс расследования. Знакомство с мафией редко бывает удачным шагом, а Дрю шел опасно близко к этому пути. Он должен был держаться подальше от Линетт Сельваджио.
— Ты узнал что-нибудь об убийстве? — спросила Эрин, вернувшись с тарелкой, полной еды. Она поставила ее на стол. Дрю был благодарен, что не он начал этот разговор.
Мужчина покачал головой в ответ.
— Вы, конечно, что-то узнали. Что угодно.
Настала очередь парня.
— Нет, мы ничего не знаем. Это только первый день, а дела об убийствах не так-то просто раскрыть. Особенно это.
— Почему?
Наступила минута молчания.
— Из-за Линетт?
— Потому что это дело об убийстве без какой-либо связи с местом преступления, без оружия и при полном отсутствии свидетелей, — ответил он и внимательно посмотрел на Дрю. — И ты должен держаться подальше от этой девушки. Я смертельно серьезен.
Дрю нахмурился.
— Почему? Ты только что сказал, что у тебя нет никаких доказательств ее причастности к смерти Дэвида. Линетт обнаружила его тело. Вот и все.
— Ты не можешь быть уверен. И даже если это так, она не та девушка, которая тебе нужна. Найди себе других друзей и оставь ее в покое.
Дрю встал с дивана и взял свой ноутбук.
— Пока ты не дашь мне честный ответ, не рассчитывай на это.
Он вышел из гостиной без малейшего сожаления.