Анна Вейл – Проклятые ночи (страница 6)

– Неа, перебьёшься, – бросил Бьорн спереди.

Иван оказался зажат сзади между Альваром и Петром. Всё-таки троим широкоплечим парням там было тесно, а ему досталось самое неудобное место – посередине. Пытаясь устроиться получше, он повернулся к Петру.

– То есть ты первым был в отряде?

– Не совсем, – Пётр, как всегда, был немногословен.

– Это как?

– Нас переформировали из другого отряда.

– Понятно, – протянул Иван, хотя понятно ему ничего не стало. Надо всё-таки дочитать инструкцию от Альвара.

Бьорн с Альваром продолжали переругиваться, когда на водительское место сел Марк. Он пресёк разговоры не по делу одним лишь строгим взглядом. Ещё один взгляд заставил берсерков синхронно пристегнуть ремни безопасности.

Глава 5. Первый бой и не первая смерть

Марк выглядел совершенно спокойным, но при этом гнал как безумный. Правда, перед этим потребовалось выехать со двора, открыть скрипучие ворота и поплутать по лесной дороге. Но когда джип вырвался на трассу, стрелка спидометра приблизилась к цифре двести километров. Фонарные столбы пролетали мимо со свистом.

Стоило Ивану задуматься, а где конкретно они находятся, как автомобиль вылетел на Западный скоростной диаметр. Марк, не сбавляя скорость, ехал на пункт оплаты. Он опустил стекло, вытащил руку и слегка покрутил ей в воздухе, словно разминал запястье. Шлагбаум со встроенными в него неоновыми огнями поднялся сам собой. Берсерки покатили по мосту, не заплатив.

Вскоре за окнами замелькали знакомые улицы и центр города. Марк обогнул Исаакий, проехал вдоль дома с колоннами напротив храма и свернул в проулок.

– Разделимся. Мы с Альваром пойдём на другую сторону площади, там чердаки проверим, – давал распоряжения командир, вытаскивая из багажника ножны и по очереди раздавая каждому из парней. – Остальные с Петром здесь.

Иван растерялся, не зная, что ему делать с мечом посредине центральной улицы Питера. Парни тем временем закинули ножны за спину, специальный ремень пересекал грудь каждому. Иван последовал их примеру и удивился, что ни один из прохожих даже не обратил на них внимания. В Питере много чудиков – видать, привыкли.

Марк поднял руку, показывая всем не двигаться, сам же подошёл к воротам для служебного транспорта. Он двинулся вдоль стены, словно просто гуляя, опустив низко голову. У самой железной ограды он быстро поднял руку и коснулся домофона. От его руки к коммутатору побежали молнии. Иван издали увидел, как табло устройства ярко вспыхнуло и сразу погасло. Марк поманил остальных.

– Систему безопасности замкнул, камеры отключил. У вас есть полчаса, потом встречаемся у машины. Альвар, пошли.

Главарь берсерков кивнул блондину и двинулся к концу здания. Парень поспешил за ним. Вскоре две высокие фигуры в одинаковых чёрных кожаных куртках скрылись за углом.

– Двинули, парни, – Пётр медленно толкнул створку ворот. Они даже не скрипнули, хоть и выглядели лет на двести. В старинном здании располагался модный и очень дорогой отель. Так что исторический фасад они сохранили, но за исправностью механизмов следили. Петли у ворот смазали, подумалось Ивану, чтобы те лязгом не мешали гостям. Он двинулся за Петром, невольно бросив ещё один взгляд на потухший домофон.

– Марк что, умеет, управлять техникой? – Иван постарался догнать Петра и заглянуть ему в лицо.

– Марк и не такое умеет.

– Круто. А я так смогу?

Пётр остановился и оглядел его с головы до ног.

– Нет, – бросил он, снова двинувшись вперёд.

Иван вновь вспомнил слова Альвара про то, что объяснений от парней не дождёшься. Поставив в уме галочку расспросить блондина поподробнее про дополнительные возможности берсерков, он двинулся за Петром. Тот шёл, аккуратно заглядывая за каждый угол. Они пересекли внутренний двор и приблизились к служебному входу. Иван понял – сейчас бояться нужно не гоблинов, а людей, которые начнут задавать вопросы.

Дверь легко открылась – на электронном замке сбоку лампочки не горели. Перед ними открылась лестница. Пахнуло средством для чистки посуды и мясным бульоном, впереди слышался гул голосов и звон металлических кастрюль, но видно никого не было.

Пётр,слегка согнув колени, двинулся вперёд и поманил за собой Ивана и Бьорна, который не особо старался прятаться и громко топал. Лестница изгибалась у приоткрытой двери. В щель можно было рассмотреть огромную кипенно-белую кухню. Несколько сотрудников в до смешного высоких колпаках носились с тарелками и сковородками и даже не повернули головы, когда мимо них прошмыгнули трое посторонних.

На каждом этаже было ещё по двери, но все они были закрыты. Поэтому парни добрались до чердака, так никого и не встретив. Вот только выход на этот чердак был закрыт на замок.

– Что теперь? Искать другой вход? – Иван потрогал запор, а потом, в очередной раз ощутив прилив силы, резко дёрнул. Замок не поддался, но петли, на которых он висел, погнулись.

– Тихо ты, – Пётр толкнул его в плечо и вытащил меч из ножен.

Он прижал лезвие к замку и повёл оружие вперёд, словно перочинным ножом резал яблоко. Замок тут же упал на пол.

– Сам ты тише, – Иван подхватил куски металла, которые уже со звоном покатились вниз по ступенькам. Срез был идеально ровным.

Пётр не слушал, он опустил лезвие меча вдоль тела и поднимался по пожарной лестнице. Наверху он замер, упёр свободную руку в крышку люка и стал медленно его поднимать. С минуту он пытался что-то рассмотреть в узкую щель. После открыл люк шире, в помещении не было света, и разглядеть хоть что-то всё равно не получалось. Пётр выругался, откинул крышку и нырнул в темноту чердака.

– Не тупи, – рыкнул за спиной у Ивана Бьорн и сильно ткнул его в спину.

Иван медленно последовал за Петром. Вскоре они с Бьорном уже стояли на чердаке. Кругом были лишь тёмные очертания давно спрятанных и забытых на чердаке вещей: пирамиды из коробок, манекен, новогодняя наряженная ёлка. А вот Петра не было.

– Их здесь нет? Они в другом… – шёпотом начал Иван.

Твёрдая ладонь закрыла его рот. Пётр оказался у него за спиной.

– Тс-с, – прошипел он в ухо Ивану, отпустил и, схватив за плечо, заставил развернуться.

Пётр молча ткнул пальцем в дальний угол, где стоял покосившийся стеллаж. Он не доходил до потолка, в крыше над ним виднелся ещё один люк. Через открытую крышку с улицы доносился обычный городской шум: машины, уличные музыканты, гуляющая допоздна молодёжь. Но к этим звукам примешивалось что-то ещё. Тише, но ближе. Иван напряг слух. Рядом кто-то чавкал, шумно глотал, рычал, повизгивал и снова чавкал. И этот кто-то был не один.

Пётр поднял меч и сделал несколько шагов к стеллажу. Иван и Бьорн достали своё оружие и тоже придвинулись к покорёженным полкам. Иван заглянул сквозь стойку. На полу в пятне лунного света копошилась куча из серых склизких тел. Их торчащие позвоночники выгибались дугами, тощие лапы погружались в толщу своры и взметались с кусками добычи, от которой разлетались тёмные капли.

Пётр дёрнул Ивана за плечо. Так же не произнося ни слова, он указал на себя и на один конец стеллажа, потом на Ивана и Бьорна и на другой конец. По его команде они должны были обойти стойку и зажать нечисть в клешни.

Иван перехватил меч поудобнее и вновь ощутил эту жажду боя. По рукам прошла мелкая дрожь, дыхание участилось. Он аккуратно двинулся вдоль полок, краем глаза заметив, как Бьорн пошёл за ним, а Пётр направился в противоположную сторону. Стеллаж закончился, и Иван аккуратно выглянул за край. Гоблины не видели и не слышали ничего вокруг себя. Они всё так же стояли плотным кругом, время от времени толкаясь и вгрызаясь друг другу в плечи и острые большие уши. Но больше всего их занимала главная добыча – та, что была скрыта за их телами. Они самозабвенно рвали её на куски и заглатывали, поднимая головы вверх. Иван вдруг понял, что совсем не хочет знать, вокруг чего сгрудились гоблины, и остановился.

Именно в этот момент от дальнего конца стеллажа в круг света шагнул Пётр и со свистом опустил меч на голову ближайшему гоблину. Нечисть как единый организм вскинула уродливые морды и завопила.

На Ивана сзади налетел Бьорн. Берсерк не ожидал, что Иван вдруг остановится и засмотрится на серых тварей. В итоге оба свалились на вонючий пол.

– Не тупи! – снова крикнул Бьорн, вскочив и больно наступив Ивану на пальцы.

Иван тоже попытался встать, повернул голову и тут же оказался лицом к открытой пасти. На него пустыми глазницами смотрела синевато-бледная голова свиньи. От её тела гоблины оставили только кости. И, кажется, были не прочь продолжить трапезу. Один из них бросился прямо Ивану на лицо. Лишь инстинктивно он закрыл глаза и уберёг их от острых когтей. Лёжа он попытался поднять меч, но в руку с оружием впились зубы. Впились глубоко – по коже побежала горячая кровь.

Иван бросил меч и размашисто откинул кусачего гоблина, потом двумя руками содрал с головы второго и отбросил от себя. Тварь отлетела на Бьорна, который только что снёс голову другой паре нечисти. Гоблин угодил берсерку в голову. Он схватился за ухо парня и с силой оттолкнулся ногами от его лица. Бьорн взревел. На его щеке остались три глубокие царапины, из которых уже бежали струйки крови. Гоблин же отлетел к стене, зацепился за трубу, раскачался на ней всем телом и метнул себя к открытому люку. В следующую секунду его голое мерзкое тело скрылось на крыше. Иван увидел, что за ним метнулось ещё три или четыре твари.